НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Самое актуальное / Общественная экологическая экспертиза утилизации ракет / Публикации

ОБЩЕСТВЕННАЯ ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА УТИЛИЗАЦИИ РАКЕТ - ЗАДАЧА № 1
Главная
Документы
Публикации

Общественная экологическая экспертиза утилизации ракет

Приказано уничтожить

Не стихают споры по поводу уничтожения твердотопливных ракет в Перми. Этой теме корреспондент Московского бюро Радио "Свобода" Марина Катыс посвятила свою очередную передачу. Публикуем стенограмму ее беседы с российскими и пермскими экологами с некоторыми сокращениями.

Марина Катыс: В Перми - непосредственно в черте города - Российское авиационно-космическое агентство (при финансировании США) начало реализацию экологически опасного проекта по утилизации межконтинентальных баллистических твердотопливных ракет. По мнению экологов, данный проект осуществляется с грубыми нарушениями конституционных прав граждан Перми и Пермской области и природоохранного законодательства (в частности - законов Российской Федерации "Об охране окружающей среды" "Об экологической экспертизе" "Об охране атмосферного воздуха" "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения"). Обязательная государственная экологическая экспертиза проекта до сих пор не проведена. Жители города и экологи пытаются протестовать, но местные и областные власти их не слышат.
Об истории вопроса я беседую с доктором химических наук, президентом Союза "За химическую безопасность" Львом Федоровым.

Лев Федоров: Предыдущий губернатор Геннадий Игумнов в 1996 году выпросил для Перми уничтожение твердотопливных ракет, выпросил в Москве. Москва дала - было издано постановление, все такое. Тогда нынешний губернатор Юрий Трутнев был только что избранным мэром города Перми. Поэтому, когда в 1997 году экологические активисты начали задавать вопросы: "Что за ракеты? Какие выбросы? Как же так? А мы ничего не знали..." - вдруг к ним присоединился мэр города Трутнев, и они вместе провели митинг, они вместе боролись за референдум по вопросу уничтожения ракет в городе Перми. Референдум тогда не состоялся, но само уничтожение сорвалось.

Через несколько лет Трутнев пошел на взлет - на губернаторский пост, в 2000 году он был избран губернатором области, и жители города его очень поддержали (это миллион голосов), потому что думали, что это человек прогрессивный, борется за права жителей на экологически чистый город. Но как только Трутнев стал губернатором, он немедленно договорился с Москвой о возвращении твердотопливных ракет в Пермь для уничтожения.

В феврале 2001 года было подписано распоряжение правительства, но жители города до лета этого года ничего об этом не знали. Однако дальше скрывать было невозможно, так как уничтожать ракеты тайком от жителей нельзя: во-первых, ракеты приходится возить по городу, во-вторых, вонища от сжигания ракет такая, что смог стоит над городом три дня.

Марина Катыс: Но если Трутнев (еще не будучи губернатором) выступал против уничтожения твердотопливных ракет в Перми, то что его заставило изменить свою точку зрения по этому вопросу после избрания губернатором? В чем выгода этого процесса?

Лев Федоров: Выгода (я сейчас цитирую губернаторское окружение) состоит в том, что в город придут инвестиции, и инвестиции в виде долларов, - это первое. Второе - рабочие места. Рабочих мест называют от 350 до 500 - для миллионного города это ерунда, тут и разговаривать не о чем. То есть внешне для города ничего - кроме экологических неприятностей.

Марина Катыс: Население Перми до сих пор не имеет полной и достоверной информации, какие вредные вещества выбрасываются при утилизации ракет, каково их влияние на здоровье и окружающую среду, каковы объемы выбросов и площади их распространения по территории Перми. Неизвестно, какова потенциальная опасность для жителей при транспортировке ракет или их частей по улицам Перми от одного предприятия к другому по цепочке выполнения программы утилизации. Какова реакция жителей Перми на действия властей?

Лев Федоров: Жители реагировали нормально: они писали письма, они устраивали пикеты, они устраивали "круглые столы", они устраивали пресс-конференции. Затевается гигантский проект, а экологической экспертизы проекта в целом и его частей не существует, декларации о промышленной безопасности будущего объекта не существует, - все это называется преступлением.

Марина Катыс: О каких объемах уничтожения идет речь и сколько это будет длиться?

Лев Федоров: Речь идет пока о 56 ракетах, одна ракета в месяц. Вес ракеты - около 100 тонн, из них примерно 70 тонн - топливо. Итак - 56 штук, они решили управиться с этим делом почти за 5 лет. Жители обратились к мэру города, жители обрались к губернатору, жители обратились к премьер-министру Касьянову, Президенту нашему писали - везде отписки. Они даже Бушу написали, жители, но тот вообще не ответил. Круг замкнулся.

Марина Катыс: Теперь я хочу предоставить слово представителю сторонников утилизации твердотопливных ракет в Перми. Заведующий кафедрой охраны окружающей среды Пермского государственного технического университета, доктор медицинских наук Яков Вайсман полагает, что свидетельства горожан об их плохом самочувствии не могут быть достоверными.

Яков Вайсман: Говорить люди могут все, что угодно. Вот мне сегодня кажется, что у меня болит голова, и это потому, что там сожгли ракету. Это ощущения: мне кажется, я вижу облако и все прочее. Не жгли ракеты 8 лет, однако заболеваемость в этом районе была выше, чем в других районах города, были и жалобы, и все прочее было. Связывать, что люди болеют, именно с тем, что сожгли ракету... Нет такой прямой связи, такая связь не установлена. Людям - кажется, а еще и подогревают их в этом плане. Очень сложно все это однозначно оценить, эту ситуацию.

Марина Катыс: Но ведь несложно оценить тот факт, что не были проведены ни государственная экологическая экспертиза этого проекта, ни общественные слушания по этому вопросу.

Яков Вайсман: По нашему закону должна быть экспертиза проекта строительства. Программы как таковые никогда экологическую экспертизу не проходят. Сейчас как раз Трутнев обещал, что должна быть экспертиза этого проекта. Предприятия как раз подготовили развернутую программу, которая направлена на экспертизу. А отдельные элементы объектов, которые будут участвовать в утилизации, должны проходить экспертизу по мере их готовности. Многие из них еще не готовы, допустим, до сих пор нет полигона для захоронения неутилизируемых остатков (сейчас они просто валяются на промышленных площадках). Но отдельные элементы этих процедур уже готовы, на них уже можно вести работу по уничтожению.

Марина Катыс: Прокомментировать происходящее я попросила кандидата географических наук, доцента кафедры биогеоценологии и охраны природы Пермского государственного университета Романа Юшкова.

Роман Юшков: Конечно, это полнейший произвол со стороны властей, потому что все это делается вопреки десятку нормативных актов. Но это - не просто "чисто правовые шалости". Это несет совершенно реальную угрозу населению. На сегодняшний день в Кировском районе по итогам ограниченного сжигания, которое происходило в предыдущие десятилетия, здоровье населения уже сильно подорвано и младенческая смертность (это показательно) - в два раза более высокая, чем в среднем по городу. Там, наверное, не только эти ракеты, там и другая химия есть. Но, безусловно, сжигание ракет вносит большой вклад. А после реализации этого ракетного проекта все это будет явно усугубляться и усугубляться. Понятно, что все эти сотни ракет (около тысячи), которые сейчас снимаются с боевого дежурства, в большинстве своем все они поедут сюда, в Пермь, на утилизацию.

Марина Катыс: Такой перспективы для Перми не отрицает и заведующий кафедрой охраны окружающей среды Пермского государственного технического университета профессор Вайсман.

Яков Вайсман: Я думаю, что когда будут уничтожены эти 56 ракет, подоспеют еще и другие ракеты. Их же сейчас продолжают делать, и их тоже надо будет утилизировать. Это процесс бесконечный, на мой взгляд. Есть еще и другие классы ракет, которые сейчас стоят на боевых дежурствах и которые тоже будут потом уничтожаться. Поэтому, конечно, этот процесс будет длительным и будет продолжаться.

Марина Катыс: Уничтожение твердотопливных ракет фактически уже ведется, но при этом никто не знает, каков состав токсичных выбросов при утилизации этого топлива.

Яков Вайсман: Почему "никто не знает"? Создается такое ощущение, что все это делается беззаконно, подпольно, нелегально. Предприятие, которое проводит эту процедуру завершения жизненного цикла, имеет для этого всю необходимую документацию. У них есть оборудование, у них есть регламенты работ, которые уже прошли в установленном порядке всякие утверждения, они проводят контроль. Есть уполномоченный орган, который дает им разрешения на эту деятельность. Эти разрешения есть. Такое ощущение, что кто-то пытается раздуть эту проблему. При новой широкомасштабной утилизации (когда будет 56 изделий) будут разработаны и новые лимиты, и новые разрешения.

Марина Катыс: С экологической точки зрения вас эта ситуация не волнует?

Яков Вайсман: Я живу в Перми. Если бы я хоть в чем-то сомневался, что это опасно и все прочее... Я же выступал "против" этого в 1985 году. Сейчас я выступаю "за" потому что я убежден и я сам приложил к этому руки, чтобы это сделать безопасным. Ведь при работе на старом стенде - 100 процентов веществ выбрасывалось в атмосферный воздух, а новый стенд, закрытый, строительство которого должно сейчас быть закончено, будет давать 85 процентов очистки. Поэтому я считаю, что это - нормально. Есть, конечно, сбои в программе, и этим пользуются недобросовестные люди: строительство не всех объектов завершено, не все объекты прошли государственную экологическую экспертизу. Но это все должно быть сделано в свое время.

Марина Катыс: Твердотопливные ракеты, снятые с боевых дежурств по российско-американскому соглашению, должны быть уничтожены - этого никто не оспаривает. Вопрос только - где и как это делать? Сторонники данного проекта считают, что раз третьи ступени ракет делались в Перми, то в Перми они и должны уничтожаться. Президент Союза "За химическую безопасность" Лев Федоров придерживается другой точки зрения.

Лев Федоров: Уничтожать ракеты и создавать ракеты - это абсолютно разные задачи. Завод делал топливные вставки. Если вставка была бракованная - он тут же в открытую сжигал ее (ценой здоровья сограждан).

Марина Катыс: По данным российских и зарубежных экспертов, при сжигании (утилизации) твердых топлив в выбрасываемых газах образуется множество особо токсичных веществ, сравнимых по своей токсичности и распространению с химическим оружием. В числе выбрасываемых веществ присутствуют и диоксины - самые ядовитые из всех известных на планете веществ.

Лев Федоров: Статистики, разумеется, мы не знаем, о выбросах никто не говорит. Как вообще сказывается работа завода имени Кирова на здоровье людей - нет публикаций.

Марина Катыс: Попробуем подвести некоторые итоги. По словам Льва Федорова, о том, что 15 сентября на территории Кировского завода была проведена утилизация одной из твердотопливных баллистических ракет, жители узнали только потому, что над этой частью города повисло облако и висело три дня.

Лев Федоров: Но вот так жить нельзя. Нельзя повторять. Был закрытый город Пермь, он делал бездну всяких вещей, но то время - ушло. Поэтому или уничтожение ракет будет организовано по всем экологическим правилам (с экспертизой, с фильтрами на выбросах, закрытым образом, разумеется), или - никак.

Марина Катыс: Но ведь жители не встанут живой стеной по периметру территории завода...

Лев Федоров: Давайте не будем решать за жителей. Твердотопливные ракеты уничтожаются по договорам СНВ в четырех местах: в Павлодаре (это Украина), в Воткинске, в Перми и в Бийске. В Павлодаре местная экологическая организация очень бьется за чистоту процесса. И они добились своего - там американцы применили другую технологию, не прямого, наглого сжигания, как в Перми, а гидроразмыв, то есть дробление с помощью струи воды и дальше утилизация этого топлива. Это в экологическом смысле очень щадящий процесс. В Воткинске планировали открытое сжигание, просто внаглую: сжигать - и все. В Воткинске отбились, потому что жители понимали, что 916 ракет - это не для слабонервных. В Перми сейчас воюют.

А в Бийске население промолчало. Ну, промолчало и промолчало - там спокойно жгут. И все договоры СНВ спокойно выполняют за счет Бийска. Но никто за жителей Бийска, за их здоровье биться не будет. Вот жители Перми сейчас бьются за свое здоровье. Они не хотят повторения. Жизнь самоценна, поэтому пусть те, кто хотят уничтожать ракетное оружие, выполняют законы, действующие в Российской Федерации. Если по этим законам все будет построено, будет все очень аккуратно.

Марина Катыс: По мнению экологов, корни проблемы заключаются в следующем: не было и нет "нормальной" программы ликвидации ракетной техники и вооружений, которая прошла бы национальную и международную экологическую экспертизу. А пока это не будет сделано, попытки уничтожать списанную военную технику без соблюдения экологических требований будут продолжаться.

Марина Катыс, Радио "Свобода", 19 января 2004 г.
Опубликовано в газете "Звезда" 24.01.04
Размещено 16.02.2004

 Главная / Самое актуальное / Общественная экологическая экспертиза утилизации ракет / Публикации






При использовании материалов с сайта Пермского регионального правозащитного центра ссылка на prpc.ru обязательна.