НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Самое актуальное / Юго-Камский / Публикации

СОЦИАЛЬНО-ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ КРИЗИС В ЮГО-КАМСКОМ
Новости
Публикации
Другие СМИ
Документы

Дозы для паники нет?

"Страшилки об отравлении юго-камских детей сильно преувеличены", - утверждает глава пермского центра детской экопатологии профессор Нина Зайцева, ответившая на вопросы нашего корреспондента.

В апреле этого года в Юго-Камске произошла авария: в Северинский пруд вылилось 130 тонн нефтепродуктов. Пруд очистили. Прошло полгода. Но тема Юго-Камска не сходит со страниц газет. И вот уже разнеслась новая страшная весть... В крови детей, пользовавшихся водой из водопровода обнаружены нефтепродукты.

- В опасности ли жизни детей?

- Информация о том, что у обследованных нами детей из Юго-Камска найдены в крови нефтепродукты, поступила от представителей "общественности" Юго-Камска. Экологическая комиссия при поселковой думе проанализировала данные выписок, выданных детям на руки нашим институтом. И началось! Прессу заполонили сообщения: "нефть в крови", "дети отравлены"... К нам даже с НТВ приезжали. Упрекали меня, что скрываю массовое отравление нефтепродуктами.

Да, ароматические углеводороды и в самом деле найдены в крови у нескольких детей. Но истолкована эта информация была совершенно неверно.

- Детей на обследование направляли юго-камские врачи. По какому принципу отбирали пациентов "с нефтью в крови"?

- Поселковые врачи знают каждого малыша. Они предполагали, что в аварийной ситуации первыми могут пострадать ослабленные дети из категории часто и длительно болеющих - те, что состоят на диспансерном учете. Их мы и обследовали. Выезжали на место, старались исключить любые последствия аварии для здоровья детей. Ситуация была экстренная. В июне ребят из Юго-Камска мы приняли, отказав группам из других районов. В июле обследовали детей в местной поликлинике, чтобы еще раз перестраховаться и убедиться, что пагубных воздействий нет.

- Экологи Юго-Камска сделали любопытную сравнительную характеристику - разделили детей из частного сектора и детей, пользовавшихся централизованным водоснабжением. И получили жуткую статистику: семь детей из микрорайона, пользовавшихся водой из-под крана, имели в крови ароматические углеводороды.

- Экологи вообще не имели права делать какие-либо выводы. Я, например, не могу работать по лягушкам - не специалист. И не претендую! Но в отрасли экопатологии за меня никто не имеет права сделать заключение, потому что именно я имею лицензию. Это могут сделать и другие, но тоже лицензированные медики. Экологи же посмотрели анализы и дали им свою, вольную, интерпретацию.

Вот сейчас перед вами - анализы крови. Все они выданы на руки, это можно проверить. Кровь - основная среда, по которой можно делать какие-либо умозаключения о наличии токсикантов. Видите, бензол обнаружен у троих из 26 детей. Этилбензол, ксилол не обнаружены ни у кого. Толуол присутствует у одного ребенка. Причем у мальчика, который снабжается водой из частного сектора, а не из вероятного источника "отравления" - центрального водопровода. Мы разделили детей по месту проживания. И получили совсем иную статистику, чем экологи. В группе детей, имевших централизованное водоснабжение, среднее значение бензола - 0,0006 (его в крови имеет лишь одна девочка). Но кто знает, отчего он появился? Может, в квартире у ребенка что-то красили? У другой же группы, что пила воду из колодцев, среднее значение на порядок выше: 0,005. Где же логика? Ведь первая группа, если верить экологам, брала воду из Северинского пруда в течение 2 недель, а вторая - пользовалась чистой! По другим токсикантам ситуация похожая - их уровень в обеих группах одинаковый. Мы достали прошлогодние анализы, за октябрь 2001 года, сделанные другим детям из Юго-Камска. И обнаружили: у них были в крови те же нефтепродукты. Более того, у одного мальчика, Дениса Тетюева, попадавшего в клинику два года подряд, в 2001-м токсиканты в крови были, а после аварии 2002 года их не стало! Какие же тут можно сделать выводы? Что содержание нефтепродуктов в крови юго-камских детей не связано с аварией.

- Откуда же такие "глубокие" выводы - о массовом отравлении?

- Экологическая комиссия при юго-камской поселковой думе взяла так называемый фоновый уровень (нечто вроде природного уровня радиации - эта величина присутствует всегда). Это понятие экологи выдают за предельно допустимую концентрацию и пишут: ПДК превышена в 25 раз! Но дело в том, что ПДК содержания токсикантов в крови не существует! Зато существуют установленные "референтные" уровни - уровни обеспокоенности, о которых экологи почему-то забывают. Так вот, ни у одного из детей этот уровень не превышен. Их показатели даже близко не стоят. Да, ксенобиотики есть в крови. Они есть у вас, есть у меня. Но ведь все зависит от дозы! Например, 11 миллиграммов фенола на литр мочи - это вполне допустимая норма. На содержание некоторых веществ в крови влияет даже еда. Если вы съедите два кусочка соленой рыбки, у вас тут же повысится содержание хлоридов в крови.

- Что же нужно съесть, чтобы в крови появился бензол?

- Мы живем не в стерильной среде. На содержание нефтепродуктов в крови может повлиять транспорт, промышленные предприятия, близлежащая свалка. Нефтепродукты относятся к летучим соединениям. И в не очень благополучной среде они могут попадать в организм не только из воды, но и из воздуха. У меня в процессе работы с больными из Юго-Камска возник вопрос: "А пили ли они эту воду?" Я почти уверена, что не пили. Потому что в этом случае показатели по бензолу были бы совсем другие - разница между пользователями колодцев и водопровода была бы кардинальной. А те результаты, которые получили мы, наводят на такую мысль: в Юго-Камске и до аварии был некий не связанный с ЧП источник токсикантов. Что это - мы можем только предполагать. Быть может, промышленное предприятие. Если посмотреть предоставленные охраной природы данные о выбросах Юго-Камского машиностроительного завода, можно увидеть летучие органические соединения, среди которых есть и бензол, и толуол.

- Вы собираетесь что-то предпринимать по отношению к детям из Юго-Камска?

- Нет. Наша задача была проверить, нет ли опасности. Ничего экстремального, что отличало бы этих детей от детей других территорий, обнаружено не было. Поэтому никакой специальной терапии им не назначили. Просто пролечили по хроническим заболеваниям, немного очистили организм. При выписке мы обязаны были ознакомить родителей с результатами анализов. И мы каждому родителю объяснили: вот получена такая цифра. Она не должна вас беспокоить. Этот показатель в пределах нормы. Ребенок ни в каком специфическом лечении не нуждается. И паники у родителей не было. В институте ежегодно около тысячи детей проходят полное обследование, на их фоне юго-камцы не выделялись. Есть гораздо более серьезные проблемы по другим городам - Березникам, Губахе, Соликамску.

- В каком случае вы были бы обеспокоены обстановкой в Юго-Камске?

- Если бы референтные уровни были превышены. Если бы у детей были жалобы на головокружение, рвоту, светобоязнь. Вот тогда надо было бы бить тревогу, проводить детоксикационную терапию, разрабатывать специальные схемы лечения детей. Хотя разовое воздействие на организм во время аварии вряд ли оставило бы серьезные последствия. Есть средства детоксикации, ребенка быстро привели бы в нормальное состояние. И никаких раковых опухолей, которыми пугают экологи, не появилось бы. Для того, чтобы получить злокачественные опухоли, под воздействием подобных веществ надо находиться 15-20 лет.

- Но какие-то шаги нужно предпринимать - для оздоровления экологической обстановки в Юго-Камске?

- Все, что сейчас необходимо, - это мониторинг. Должны проводиться постоянные наблюдения за качеством питьевой воды. Существуют государственные стандарты - по содержанию нефтепродуктов в питьевой воде (в небольших количествах они имеют право на жизнь), существует даже стандарт по запаху - не более 2 баллов. Если разработанные Минздравом нормы не превышены, значит бояться нечего.

- Если в Юго-Камске все так благополучно, с чем связан всплеск общественного негодования, суды, заявления о техногенной катастрофе?

- Я не могу понять, чем это вызвано. Первоначально Юго-Камский общественный комитет произвел на меня очень хорошее впечатление. Я подумала: как здорово, что люди обеспокоены аварийной ситуацией в поселке. Казалось, у них исключительно благородные побуждения. Но когда я увидела, каким образом используется ситуация, меня это крайне возмутило. Недопустимо, чтобы такие серьезные выводы делали дилетанты.

Наталья Калюжная,

опубликовано 24 сентября 2002 года
в газете "Звезда"

Размещено 25.09.2002

 Главная / Самое актуальное / Юго-Камский / Публикации






При использовании материалов с сайта Пермского регионального правозащитного центра ссылка на prpc.ru обязательна.