Логотипы ПРПЦ и ПГП

 

"МЫ ВЫБИРАЕМ АЛЬТЕРНАТИВНУЮ
ГРАЖДАНСКУЮ СЛУЖБУ"

 

Евгений ВыльюровЕвгений Выльюров
МЫ НУЖНЫ ЛЮДЯМ

Когда мне исполнилось 18 лет, то я не особо задумывался над проблемой службы в армии, поскольку учился в техническом университете и поэтому мог спокойно забыть о военкомате на пять лет.

Когда началась первая чеченская война, мои взгляды к военной службе и к людям в погонах резко изменились. Смотря телепередачи о Чечне, я не мог понять, как можно 18-летнего солдатика, только что окончившего школу, посылать под пули профессиональных боевиков. Я не мог поверить, что мой знакомый, с которым мы учились в школе, не вернулся из Чечни живым. Меня поражало, какими варварскими методами военные ведут так называемую контртеррористическую операцию, в результате которой гибло столько мирного населения. Наверное, именно в это время я решил для себя, что военная служба не для меня. После этого я отказался от обучения на военной кафедре.

Прошло время, я защитил диплом и передо мной встал вопрос о военной службе. Я получил повестку из военкомата. Неожиданно в Интернете я обнаружил информацию о том, что можно заменить военную службу на АГС. Тогда то я по настоящему задумался, почему не хочу служить в армии. Зная, что творится в армии, я не пожелал поддерживать существующие там порядки, нарушающие права человека (право на жизнь и здоровье, на честь и достоинство.) Вот это и были первые ростки моих убеждений.

Я написал заявление об участии в эксперименте. В качестве рабочих мест были предложены комплексные центры социальной защиты населения, Хоспис. Немного подумав, я выбрал выездную службу помощи онкобольным на дому.

Скажу прямо, увиденное задело меня до глубины души. Грязь, неприятный запах, множество тараканов. Ведь в основном это очень плохо обеспеченные люди. Первое, что приходило в голову: «Куда я попал? А не развернуться ли мне и уйти?». Но я остался и прошел этот путь до конца.

Хотелось бы рассказать о работе с одним моим подопечным. К сожалению, сейчас, когда я пишу эти строки, его уже нет в живых.

Евгений ВыльюровЕго звали Тельнюк Виктор Николаевич. За свою жизнь он многое пережил. Из-за своей болезни он нигде не работал и получал небольшую пенсию по инвалидности. Болезнь прогрессировала, отнимала все больше сил. Поэтому ему постоянно была необходима чья-то помощь - он все время был один. Ему не с кем было пообщаться. Вот мы и разговаривали с ним по полтора - два часа. Точнее сказать, я был в роли внимательного слушателя, а он все время что-нибудь рассказывал. О своей прожитой нелегкой жизни, о своей семье, о своем детстве (сам он с далекого острова Сахалин). Нетрудно было заметить, как он оживал при моем приходе. Улыбался, шутил, у него появлялась какая-то радость в глазах. Он был очень рад каждому моему приходу. Ждал моего визита с нетерпением и немного расстраивался, когда мне нужно было уходить.

Ему каждый день были нужны лекарственные препараты. И когда они заканчивались, начиналась беготня по больницам и аптекам. Дело в том, что необходимые таблетки можно было достать только по рецепту, выписанному участковым врачом. То есть сначала нужно вызвать врача, который частенько просто отказывался приходить. Тогда мне самому надо было идти в поликлинику, сидеть в очереди, а потом еще объяснять, кто я такой и что мне нужно. А сам врач никакой вины за собой не видел и на мой вопрос о том, почему он не приходит по вызову, отвечал, что в квартире больного нет нормальных санитарных условий.

Когда таблетки были выкуплены, я шел к подопечному с приподнятым настроением, знал как он обрадуется этому. Как говориться, у каждого свое счастье, а у таких людей наличие под рукой необходимых лекарств – уже счастье. Когда у человека последняя стадия рака, лекарства, в основном, нужны не для лечения болезни, а для снятия боли, иногда невыносимой боли.

Прошло немного времени. Мы настолько привыкли друг к другу, что наши встречи, общение, мои походы в больницы, аптеки, магазины стали такими обыденными, что я не задумывался, работа ли это по проекту или взятые на себя личные обязательства по ухаживанию за больным человеком.

Иногда мне казалось, что больной выздоравливает, что болезнь отступает навсегда. Это было заметно и по самочувствию и по желанию что-нибудь мастерить (он был великолепным резчиком по дереву). Но все это длилось не так уж много времени.

Евгений ВыльюровЗабота о таком больном отнимала не столько много физических сил, сколько моральных. И чем тяжелее болен твой подопечный, тем тяжелее работать в психологическом плане. Ведь ты понимаешь, что в немалой степени зависит от тебя, как долго проживет твой подопечный. И стараешься передать ему как можно больше положительных эмоций, выполнить все его желания, прихоти, ведь не так уж они и сложны – быть внимательным слушателем, приятным собеседником, чем-то вроде брата, внука или просто настоящего друга.

Мы настолько сдружились, что даже начали отмечать праздники – Новый год, дни рождения, пасху. С чаем, конфетами, иногда даже с бутылочкой пива.

Я несколько раз фотографировал его. Печатал фотографии. Он хотел послать их к себе на родину своим родственникам.

К сожалению, в марте 2001 года его не стало. В это время я был на конференции в Нижнем Новгороде. И эта новость была как снег на голову. Не буду скрывать, но мне было очень плохо. Плохо, как будто умер очень близкий мне человек. Какое-то время я ходил сам не свой. Почему-то я винил себя в том, что меня не было рядом, и я не смог ничем ему помочь. После его смерти я как-то сам изменился. Стал серьезней относиться к жизни, я тоже когда-нибудь буду стариком и мне тоже будет нужна чья-то помощь.

С нами в проекте работал психолог. Раз в неделю мы собирались в нашем тесном дружеском кругу. Мы (участники проекта) настолько сдружились, что были очень рады видеть друг друга. На занятиях все могли высказаться, излить, как говориться, душу. И поверьте, после тренингов мне становилось лучше. Кроме того, занятия, упражнения на тренингах помогли всем ребятам не теряться, быть более уверенными в любых ситуациях, будь это судебное заседание или общения с военкоматчиками. Думаю, благодаря этим занятиям у меня сформировалось умение общаться с другими людьми. В какой-то степени я научился управлять собой и своими эмоциями.

Миф.
Некоторые думают, что альтернативная служба не нужна нашему обществу.

Опровержение.
Наше общество - это в основном пожилые люди, среди которых много одиноких. Они в свои молодые годы отдали все свои силы служению Родине и потеряли здоровье, заработав при этом нищенскую пенсию. Святая обязанность молодого поколения позаботиться о них, раз у государства нет на это ни сил, ни средств. В этом я вижу свой гражданский долг.

Совет от Евгения Выльюрова

Всю свою жизнь я старался делать добро людям, и считаю, что только так наш мир можно сделать лучше, чище и сострадательней. Как гражданин своей страны я обязан служить Родине, и я от этого не отказываюсь, но как служить, каждый должен выбирать для себя сам. Я так воспитан, что не могу причинять вред другому человеку, поэтому я хочу служить Родине только мирным способом.

Уважая тех, кто с оружием в руках осуществляет свой долг перед Родиной, знайте, что на АГС вы принесете не меньше пользы своему государству, помогая больным старушкам, беспризорникам или онкобольным, которые нуждаются в вашей помощи.

НАЗАД ОГЛАВЛЕНИЕ ВПЕРЕД

Сайт создан в рамках программы "Интернет для регионов - 2000, 2001" при финансовой поддержке Межрегионального фонда "За гражданское общество".
Designed by VNV