Логотипы ПРПЦ и ПГП

 

АЛЬТЕРНАТИВНАЯ ГРАЖДАНСКАЯ СЛУЖБА:
пермский эксперимент

 

Ирина Кизилова
НА ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ ОРБИТЕ АГС

 

Давай сыграем в короля

Странные вещи творятся иногда в нашем офисе. Странные, с точки зрения постороннего для "мемориальцев" человека, случайно зашедшего сюда в субботний день.

Он, посторонний, видит, к примеру, такую картину: в небольшой комнате собралось 10 - 15 молодых людей. Двое из них, юноша и девушка, сидят рядком на обыкновенных стульях. Остальные поодиночке друг за другом подходят к ним и начинают вести удивительные речи. Поражает уже само их обращение к сидящим: "Досточтимый Король! Досточтимая Королева!" Некоторые заменяют эпитет "досточтимый" на более современный - "уважаемый" или на общее для Короля и Королевы обращение - "Ваши величества".

После такого обращения каждый из подошедших к королевской чете начинает уговаривать высоких особ принять его в королевство на работу в качестве… О рынок предлагаемых услуг очень разнообразен. Один называет себя звездочетом, другой - садовником, третий - бродячим музыкантом. А четвертый или пятый претендент на рабочее место представился… пудренником королевских носиков (и сумел - таки доказать свою незаменимость при дворе).

Каждый так азартно убеждает королевскую чету принять его в дворовый штат, словно иначе претенденту ни жить, ни быть. Но и Король с Королевой проявляют завидное упорство и находчивость, стремясь найти предлог, чтобы отказать нанимающемуся.

Однако довольно испытывать терпение читателей. Да они и сами уже, наверное, догадались, что мы описали здесь момент психологического тренинга. Тренинги проводятся обычно по субботам для соискателей альтернативной гражданской службы (или, если хотите другое название, - для альтернативщиков) нашим психологом Г. Ивановым.

А все роли в этой игре, кто менее, кто более вдохновенно, исполняют участники эксперимента "Отработка модели прохождения альтернативной гражданской службы", который проводят с октября 1999 года пермский "Мемориал" и Центр поддержки демократических молодежных инициатив.

Психологическая игра в короля, по утверждению Глеба Леонидовича, "призвана развить в играющих социально значимые качества, осуществить коррекцию их личностных свойств". Так, чтобы доказать королевской чете свое право на вакантную должность при дворе, играющему необходимо проявить коммуникабельность, убедительность, настойчивость, хорошую реакцию на поведение оппонента, знание его психологии, умение определять слабые места и использовать их для достижения своих целей, наконец, умение "держать удар", если получишь отказ.

В скором времени большинству из участников игры предстоит доказывать в судах свое право на замену военной службы альтернативной гражданской (подробнее об этом мы расскажем в следующих главах), но социально значимые качества, развитые с помощью психотренинга, пригодятся не только в суде, а и в любой другой серьезной жизненной ситуации.

Впрочем, по субботам в офисе "Мемориала" проводятся не только психологические, но и юридические тренинги под руководством юриста - правозащитника Романа Маранова. Они тоже, как и наши психологические "экзерсисы", могут вызвать изумление случайного посетителя "Мемориала" и его вопрос самому себе: "Не в театр ли я попал?!" Юридические тренинги тоже обычно проходят в форме импровизированного спектакля, в основу которого положена пьеса "На суде" (полностью она опубликована во второй части этой брошюры). "Пьеса" очень, если можно так сказать, жизненна, ибо списана ее автором Романом Марановым с натуры: он как представитель общественной организации защитил в судах, настоящих, а не игровых, уже тридцать соискателей АГС (данные на февраль 2001 года), выступая в роли их доверенного лица.

В наших же импровизированных спектаклях автор "пьесы" обычно берет на себя роль судьи. Заявителя жалобы на призывную комиссию, отказавшую ему в праве на замену военной службы - альтернативной гражданской, играет тот, кому в ближайшее время предстоит исполнять эту же роль, но уже не в игровом, а во всамделишном суде. Остальные роли (представителя призывной комиссии и свидетелей) распределяют между собой все ребята - участники эксперимента (и уже прошедшие через суды, и те, кому еще только предстоит эта неприятная процедура), а также координаторы и руководитель проекта.

О какой важный вид напускает на себя в нашем спектакле "представитель призывной комиссии", как усердно старается доказать, что "заявитель жалобы" - обыкновенный "косильщик" от армии, какие умные, бьющие под дых (с его точки зрения) вопросы задает самому "заявителю", "доверенному лицу" и "свидетелям". Это, как говорят в Одессе, надо видеть!

Между прочим, мой собственный опыт (я обычно выступаю в настоящих судах в качестве свидетеля и могу, хоть недолго, наблюдать поведение участников процесса), так вот, мой жизненный опыт дает мне основания утверждать, что участники нашего эксперимента, занятые в игровом суде в роли представителя призывной комиссии, часто делают это даже, как бы точнее выразиться, ну, более профессионально, что ли, чем их прототипы. По крайней мере, их вопросы ставят "заявителя" в тупик гораздо чаще, чем это происходит в настоящем суде, и нередко игровые процессы заканчиваются не в пользу соискателя АГС. Тогда "суд" в офисе для этого же "заявителя" мы повторяем через неделю, а если надо, - еще несколько раз, до тех пор, пока он не одержит победу.

Только прошедшему через такие психологические и юридические тренинги соискателю АГС мы со спокойной совестью говорим: "Теперь ты можешь идти в настоящий суд".

Вообще-то, ни в одной цивилизованной стране претендент на АГС не обязан доказывать наличие у него каких-либо убеждений или веры. Это слишком интимная вещь, считают там, чтобы выставлять её на публичное обозрение. Достаточно соискателю письменно изложить свои убеждения в заявлении в комиссию по альтернативной гражданской службе.

Россия же, как всегда, "идет своим путем", и убеждения нашим соискателям требуется доказывать в судах. Что ж, надо так надо.

Правда, есть и другие мнения российских правозащитников. Они, приходя в суд как доверенные лица соискателей АГС, заявляют, что их подопечный не обязан и не будет доказывать свои убеждения. И те молчат, как рыбы. Что в итоге? В итоге полный проигрыш.

С таким отношением автору этих строк вплотную довелось столкнуться на одном из семинаров в Москве, как раз посвященном проблемам защиты прав претендентов на АГС. Там тоже проводился игровой судебный процесс, в котором в качестве заявителя жалобы на "призывную комиссию" выступал участник нашего эксперимента Василий Жигалов, уже победивший в настоящем судебном процессе в Перми. "Доверенное лицо заявителя" (эту роль исполняла женщина - лидер одной из правозащитных организаций) запретила Василию отвечать на любые вопросы "судьи" и "представителя призывной комиссии", касающиеся его убеждений.

Итог оказался предсказуемым: наш альтернативщик проиграл. "Зато мы не отступили от своих принципов!" - гордо заявила правозащитница. А я с ужасом представила, что случилось бы с Василием, если бы правозащитник на его всамделишном суде вел себя таким же образом.

Мы не можем ставить во главу угла пусть даже самый распрекрасный, но все равно абстрактный по существу принцип, а не реальную судьбу доверившегося нам человека. Потому и проводим с участниками эксперимента усиленный комплекс психологических и юридических тренингов. Цель их - не вбить в голову соискателя АГС убеждения, противоречащие несению военной службы (в чем нас пытаются обвинить некоторые люди в погонах), а помочь ему изложить в суде уже имеющиеся у него убеждения четко, ясно и убедительно.

В связи с этим мне вспоминается разговор с чиновником отдела по связям с силовыми структурами администрации одного из городов России. Тот утверждал, что ни у кого из обратившихся к нему (заметьте, обратившихся как к радетелю введения АГС) претендентов на прохождение альтернативной гражданской службы он не обнаружил никаких убеждений, которые противоречили бы несению военной службы. Одно, мол, невразумительное "мычание" или пересказ заученных образцов заявлений, каковые публикуются в разных брошюрах и в Интернете. "Я легко могу доказать такому парню, что у него не убеждения, а одна видимость и в суд ему обращаться не стоит", - хвастался чиновник.

"Неужели не находится хотя бы два - три настойчивых молодых человека, желающих все же продолжить свои доказательства, уже не в вашем кабинете, а в суде?" - поразилась я.

"Находятся. Тогда я как куратор силовых структур договариваюсь с военкоматом, и те дают такому парню отсрочку от призыва на один сезон, а мы за это время продолжаем работать с ним. Так что у нас до судов дело никогда не доходит".

Мой собеседник даже не заметил, что в этом разговоре обнаружил и свое истинное отношение к проблеме введения АГС в России, и общую не правовую тенденцию: формально не военкоматы должны решать посылать или не посылать призывника на военную службу, а призывные комиссии, возглавляемые гражданским лицом - заместителем главы администрации данного города или района. На самом же деле в призывных комиссиях сплошь и рядом самоуправствуют люди в погонах, выдающие вердикт соискателю АГС: "Убеждений, противоречащих несению военной службы, не имеет".

А что касается "мычания"…

Да, юноши призывного возраста, рассказывая о своих убеждениях, зачастую спотыкаются, забывают слова, путаются. Это совсем не означает, что они этих убеждений не имеют или не тверды в них. Это означает только то, что молодые люди, не искушенные в общении с чиновниками и погононосителями, испытывают в момент разговора с ними сильный стресс, зажимающий память и эмоции. Для того мы и проводим психологические и юридические тренинги, чтобы раскрепостить человека, высвободить его "я", помочь стать увереннее в своей правоте.

* * *

Впрочем, дело не только в тренингах. Даже самый подготовленный, с психологической точки зрения, и знающий наперед все предстоящие перипетии судебного процесса соискатель АГС может не добиться в суде нужного для себя решения.

О том, что отрицательных для соискателя АГС судебных итогов по стране гораздо больше, чем положительных, свидетельствуют сигналы "SOS", приходящие к нам из Москвы, Санкт- Петербурга, Петрозаводска, Екатеринбурга, Иваново…

Что можно ответить на эти сигналы? Только одно: надо учиться противостоять подобным судьям.

Однажды мы и сами получили решение судьи с сакраментальной фразой "Заявитель не доказал наличия у него убеждений, противоречащих…" Всего лишь, повторяю, одно отрицательное для соискателя АГС, наряду с тридцатью, вынесенными в пользу наших альтернативщиков. Но какой урок это был для нас!

Дело в том, что не выигравший (пока) суд участник нашего эксперимента (назовем его Дмитрий) имеет ничуть не меньше оснований претендовать на АГС, чем остальные ребята, получившие через суд такое право. Интеллигентный, душевно тонкий молодой человек, инженер-программист по специальности, он, чтобы доказать свою готовность к прохождению АГС вместо военной службы, оставил престижную работу в фирме, специализирующейся на отладке компьютеров, и с нашей помощью устроился социальным работником в муниципальное социальное учреждение на крошечную (особенно в сравнении с предыдущей) зарплату. Координаторы нашего проекта и я сама не раз бывали вместе с Дмитрием у его подопечных - одиноких, заброшенных всеми стариков и старушек, видели, как он трогательно умеет заботиться о них: убирает квартиры, покупает продукты, варит обеды, кормит лежачих больных и моет их… Людям, живущим в деревянных домах с печным отоплением и без водопровода, Дмитрий колет дрова, носит воду из уличной водоколонки, сгребает снег с крыши. И убеждения свои он умеет излагать вполне толково.

Так что, направляясь в суд, мы были уверены больше, чем во всех предыдущих случаях, что "дело наше правое, мы победим". Однако судья, усталая на вид и внешне ко всему равнодушная женщина лет сорока, вынесла решение со знаком, прямо противоположным ожидаемому нами. Сказался-таки один пробел (воспользуемся советским заскорузлым штампом) в биографии нашего протеже: он, в отличие от других участников эксперимента, до устройства на штатную должность социальным работником не был волонтером, то есть не помогал в свободное от своей основной работы время добровольно и совершенно бесплатно одиноким престарелым и больным людям или детям-инвалидам.

Признаться, до этого судебного процесса мы сами, хотя и гордились тем, что все участники нашего эксперимента, исключая Дмитрия, вышли из волонтеров "Мемориала", и подчеркивали это, готовя характеристики ребят для судов, но не предполагали, что именно этот штрих в их биографиях так сильно влияет на решения судей. Теперь же участие в волонтерской службе "Мемориала" или другой благотворительной организации стало одним из трех обязательных звеньев нашей системы подготовки соискателей АГС не только к судебным процессам, но и к работе в социальной сфере, в которую в основном и будут направляться альтернативщики, когда Государственная Дума примет наконец-то соответствующий закон.


Сайт создан в рамках программы "Интернет для регионов - 2000, 2001" при финансовой поддержке Межрегионального фонда "За гражданское общество".
Designed by VNV