/Главная

Аверкиев Игорь Валерьевич

Страницы Аверкиева

Страна на заре - 2


К началу статьи

ПЛАЦДАРМЫ ГРАЖДАНСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ

Два фактора делают возможным и судьбоносным серьезное гражданское, низовое влияние на ситуацию в стране.

Новые неформалы

По всей стране сотни тысяч людей с трудом, со скрежетом, но объединяются в тысячи неформальных групп с одной целью - защитить свой групповой интерес от произвола чиновников, навязать безразличной власти свое представление о правах, заставить считаться с собой эгоистичный бизнес. Сегодня это "движение" концентрируется в крупных российских городах. Поскольку явление это явно имеет под собой глубокую естественную основу, то очевидно, что в ближайшие годы из городов-миллионников и региональных столиц оно постепенно распространится на средние, а возможно, и на малые города России. Речь не о политической, а именно о гражданской активизации российского населения - люди, объединяясь, отстаивают групповые, коллективные права и интересы, как они их понимают. Поводы самые разнообразные, но, прежде всего, - земля и жилье, в широком смысле того и другого: протесты против уплотнённой застройки, захватов земель, несанкционированных или незаконно санкционированных автостоянок, заправочных станций, против выделение зеленых зон, зон общественного пользования под застройку; приватизация жильцами муниципальных общежитий; бесконечные перебои с водой и теплом; повышение цен на коммунальные услуги без повышения качества и т.д. Плюс блок социальных проблем: от реорганизации-оптимизации учреждений социальной сферы (перепрофилирование, сокращение рабочих мест и т.п.) до последствий "монетизации".

Как очевидная расширяющаяся тенденция, "движение" это проявило себя к лету прошлого года. Непосредственным толчком для гражданской активизации горожан, безусловно, стала "монетизационная" провокация властей.[14] Как бы различные люди ни относились к монетизации, но, после январского стариковского сопротивления, у кого в сознании, у кого в подсознании, отложилось главное - сопротивление властным авантюрам небесполезно и, в общем-то, неопасно. Страна восприняла антимонетизационные бунты как первую историю народного успеха. Именно народного, общественного, гражданского, т.е. не политического, не кем-то организованного, а самочинного, низового успеха, по поводу вполне обыденных, человеческих вещей (оплата проезда, льготные лекарства и т.п.). Настроение это наложилось на извечные и новоявленные проблемы коммунальной и прочей местной жизни в недоделанном государстве и вялый процесс неполитического протестного брожения перешел в новое качество.

Безусловно, и раньше жители городов пытались самоорганизовываться для самозащиты своих коллективных интересов, объединяясь в какие-то неформальные группы. Группы эти создавались и как более или менее постоянные, с долговременными целями, и как явно временные, "заточенные" под конкретную задачу: добились своего - распались, не добились - тоже распались.[15] Более или менее заметным социальным фактором это явление стало 4-5 лет назад, в зависимости от региона. В столицах раньше, но они не в счет.[16] Однако, именно применительно к 2005 году можно говорить о качественном и количественном скачке в динамике этого явления.

В чем это новое качество и каково оно - новое количество?[17]

Рост числа неформальных гражданских групп, естественно, никем не фиксируется, но чувствуется, теми, кто вовлечен в местные процессы гражданского становления. В 2004 году в Пермскую гражданскую палату за тем или иным видом поддержки ежемесячно обращались 2-3 инициативные группы, к концу 2005 года - ежемесячно больше десятка. Причем, судя по информации от коллег из других общественных организаций и из местных СМИ, этот ежемесячный десяток - малая толика возникающих в Перми неформальных гражданских групп. В 2004 году в Перми действовало около 5 групп граждан, протестующих против уплотнительной застройки, в 2005 году таких групп было уже до двух десятков. Обвально увеличивается число групп, выступающих против строительства автозаправочных станций и автостоянок. Люди объединяются, добиваясь приватизации комнат в общежитиях, выступая за сохранение старого названия улицы, против перепрофилирования спецщколы, отчуждения под застройку части соснового бора, произвола учителя в школе и т.д. и т.п.

Время жизни неформальных гражданских групп увеличивается, сами они становятся более упорными, настырными в отстаивании своих интересов. Возникают новые закономерности в существовании таких групп. Инициаторами их создания выступают уже не только "записные активисты", как правило, пожилые люди, чаще женщины, с имиджем, близким к "городскому сумасшедшему", но и вполне обычные люди, состоявшиеся современные обыватели, часто руководители или менеджеры небольших предприятий, государственных или муниципальных учреждений, ученые, журналисты. В группах возникает внутренняя структура, разделение труда, официально выбирается руководитель (раньше, как правило, лидерство в группе никак не оформляли, просто инициатор "наказывался" доверием) и иногда даже что-то вроде правления. Все чаще возникает зачаточное делопроизводство, протоколы и прочее. Как правило, группы уже не распадаются после первого же жесткого отпора "инстанций" или клинического "футбола". Многие члены групп понимают, как важно поддерживать интерес "на плаву", предпринимать какие-то специальные, пусть даже символические, усилия для сохранения достигнутого уровня активности, давления на власть. Все чаще дело тянут не один-два активиста, а что-то вроде постоянной "группы поддержки". Для быстрого оповещения и мобилизации иногда даже создаются внутренние информационные сети, с разбивкой членов групп на "тройки", "пятерки" и т.д.

Основные тенденции, свидетельствующие о новом качестве явления:

  • Постепенно меняется предмет требований и протестов. Хотя по-прежнему многие группы гражданского влияния требуют от государства, прежде всего, мер социальной защиты, вместе с тем, все большее число неформальных гражданских групп создается в защиту прав и интересов собственности, прав потребителей и даже прав человека.

  • Обращение в суд становится рутинной формой защиты коллективного интереса, для чего все чаще привлекаются адвокаты, хотя основная часть неформальных гражданских групп пытаются обойтись своими силами и разовыми консультациями у специалистов.

  • Скачок в типе отношений. Люди стали собирать деньги на нужды дела, причем не только на адвокатов, но и на текущее "администрирование борьбы". Общие деньги, как круговая порука, делают отношения и более сложными, и более тесными, ставят перед членами группы важнейший для российского социального климата вопрос доверия. Это пока не повсеместное явление, но тенденция налицо.

  • Все больше возникает неформальных гражданских групп в защиту нематериальных прав и интересов. В 2005 году в Перми активисты этих групп во всеуслышанье требовали ни денег, ни льгот, ни привилегий, ни жалости к себе, а нематериального, не сформулированного в законах уважения, прежде всего, уважения их мнения (протест против переименования улицы, против несогласованной с учительством муниципальной реформы образования, против закулисного изменения Устава города, даже против названия ресторана и др.). Это были именно гражданские и именно неформальные группы, за ними не было ни политических партий, ни общественных организаций, ни административных, ни предпринимательских групп давления.

  • Все больше акций. Все чаще неформальные гражданские группы проводят пикеты, митинги, листовочные кампании, развешивают плакаты, транспаранты, устраивают инсталяции с ленточками и т.п. Проводят и более серьезные и рисковые вещи: баррикады, противоавтомобильные рвы, захваты учреждений, строительных объектов, субботники по демонтажу заборов и закапыванию котлованов, перекрытие дорог. Мы уже привыкли к некоторым подобным акциям, но нужно не забывать, что их, как правило, в России проводят "профессиональные общественники": партии, профсоюзы, общественные организации, а здесь какая-нибудь группа жильцов во главе с директором аптеки.

  • Все больше фактов сотрудничества неформальных гражданских групп с общественными организациями и даже партиями. "Профессионалы" и "любители" объединяются, прежде всего, в проведении акций, в правовом и информационном обеспечении деятельности неформальных гражданских групп. Здесь есть тонкость. Политические и гражданские организации всегда пытались привлечь неассоциированных граждан к своим акциям, в сферу своих интересов. В данном случае все наоборот: неформальные гражданские группы сами вовлекают общественные организации в дело защиты своих групповых интересов. Неформальные группы формулируют цели, а общественные организации, если их эти цели устраивают, делятся с "неформалами" своими организационными, информационными и экспертными ресурсами.

Одним словом, это серьезное общественное явление, фиксирующее собой определенный, достаточно высокий уровень гражданской зрелости пока небольшой части российского населения, но, очевидно, расширяющейся. Люди не только формулируют свои частные интересы как групповые, коллективные, но идут на специальные усилия, временные и даже материальные затраты, чтобы договориться о совместных действиях и нести свою долю добровольной ответственности за общее дело. И неважно, что объединяют этих людей уж очень частные интересы, часто сугубо материальные, по-своему эгоистичные и даже меркантильные. Главное, люди снова учатся объединяться, доверять друг другу и нести друг за друга ответственность - а это путь к победам, как над врагами, так и над обстоятельствами.

Страна пробуждается. Российские люди просыпаются от выживания и обнаруживают в себе собственника, потребителя и гражданина. Двадцать лет даже такой свободы, даже такого рынка, как у нас, не прошли даром. Люди начинают получать удовольствие от собственности, свободы и чувства человеческого достоинства. И хотят защищать эти благоприобретенные удовольствия.


[14] Сегодня гражданскую активность горожан подпитывает реформа ЖКХ, муниципальная реформа, региональные и местные реформы систем образования, здравоохранения, социальной защиты, "оптимизация сети социальных учреждений" и т.д. Власть, по-прежнему, не зная и в душе презирая собственную страну, упорно продолжает провоцировать социальные конфликты своими натужными, вечно недоделанными, ни с кем и ни с чем, кроме бюрократии, не согласованными реформами. (вернуться)

[15] Речь идет именно о неформальных самоорганизованных группах граждан, объединенных каким-то узким, но крайне значимым для этой группы интересом: социальным (учителя и родители школы для детей со специальными потребностями против реорганизации школы), коммунальным (жители нескольких домов против строительства бензозаправочной станции), профессиональным, корпоративным (группа городских учителей против городской реформы системы образования) и т.д. Главное качество этих групп - самодеятельность. Они созданы самочинно, вне каких бы то ни было внешних инициатив, и существуют самочинно и самоокупаемо. Впоследствии они могут присоединяться к каким-то общественным организациям, сетям, перерождаться в нечто большее, но изначальный смысл их объединения - защита интереса, который является лично значимым для каждого члена группы. (вернуться)

[16] Сегодня гражданскую активность горожан подпитывает реформа ЖКХ, муниципальная реформа, региональные и местные реформы систем образования, здравоохранения, социальной защиты, "оптимизация сети социальных учреждений" и т.д. Власть, по-прежнему, не зная и в душе презирая собственную страну, упорно продолжает провоцировать социальные конфликты своими натужными, вечно недоделанными, ни с кем и ни с чем, кроме бюрократии, не согласованными реформами. (вернуться)

[17] Все ниже сказанное, прежде всего, опирается на опыт Пермской гражданской палаты, общественной организации, с 1996 года специализирующейся на правовой, информационной и методической поддержке инициативных групп граждан в защиту групповых, коллективных интересов ("группы интересов", "группы гражданского влияния", "неформальные гражданские группы"), а также на материалы СМИ, в том числе, специализированных гражданских изданий, интернет-ресурсов и т.п., плюс опыт ряда гражданских, в основном правозащитных и экологических, организаций регионов Приволжского и Уральского федеральных округов. (вернуться)

Далее

К началу статьи

/Главная

На сайт ПРПЦ-ПГП
Designed by VNV

[an error occurred while processing this directive]