НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Доклады / Доклад за 2006 год

Доклад "Соблюдение прав человека в Пермском крае в 2006 году"

РАЗДЕЛ 4
ПОЛОЖЕНИЕ ОТДЕЛЬНЫХ, НАИБОЛЕЕ УЯЗВИМЫХ ГРУПП НАСЕЛЕНИЯ

Глава 23. Положение заключенных

ВСЕОБЩАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА
Статья 5
Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению и наказанию.

КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Статья 21
1. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.
2. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающим человеческое достоинство обращению или наказанию.

В Пермском крае расположены более 40 пенитенциарных учреждений, подчиненных Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний РФ по Пермскому краю (далее ГУ ФСИН РФ по ПК). Сюда относятся:

  • 30 мужских колоний общего, строгого и особого режимов;
  • 3 женских колонии;
  • 1 воспитательная колония для несовершеннолетних подростков мужского пола;
  • 4 следственных изолятора,
  • колонии-поселения.

    Всего в исправительных учреждениях Пермского края находятся около 35 тысяч заключенных.

    Условия содержания заключенных в следственных изоляторах (СИЗО)

    В Пермском крае расположены 4 следственных изолятора (СИЗО), - ИЗ-59/1 - г. Пермь, ИЗ-59/2 - г. Соликамск, ИЗ-59/3 - г. Кизел, ИЗ-59/4 - г. Кудымкар.

    Условия содержания людей в разных СИЗО края могут в той или иной отличаться друг от друга, это зависит, в основном от наполняемости учреждений. Так, главный и самый большой изолятор края - ИЗ-59/1, рассчитанный на содержание примерно 2500 человек, переполнен примерно на 30% , и это не может не сказываться на условиях содержания в нем граждан. Однако вина за такое положение полностью ложится на судебные органы и прокуратуру, которые, с одной стороны, заключают людей под стражу без учета наличия мест в СИЗО, а с другой - игнорируют закон, предписывающий обеспечить каждого заключенного 4-мя квадратными метрами площади. Ни одного предписания от прокуратуры с требованием не принимать людей при отсутствии соответствующего количества площадей в СИЗО-1 ни разу не поступало. Сама администрация СИЗО и даже руководство главка отдавать подобные распоряжения не имеют права. В остальных изоляторах число заключенных не превышает положенной нормы, и на человека в среднем приходится 4 кв. метра площади.

    Сотрудники ПРПЦ неоднократно бывали во всех СИЗО края, беседовали с руководством учреждений, сотрудниками и находящимися там гражданами по вопросам условий содержания. В подавляющем большинстве случаев (по крайней мере, при посещениях) жалобы со стороны заключенных на условия содержания отсутствовали. Следует заметить, что даже по сравнению с началом века (2001 - 2002 годы), не говоря уже о конце 90-х годов, условия содержания в СИЗО кардинально изменились к лучшему. Так, в ИЗ-59/1 (это был самый "проблемный" изолятор с точки зрения соблюдения санитарных условий), для каждого человека выделено отдельное спальное место, которое обеспечивается набором спальных принадлежностей. С окон сняты железные "реснички" - жалюзи, что значительно улучшило воздухообмен и условия естественного освещения. Туалеты в камерах оборудованы заграждениями, и человек может отправлять свои естественные надобности, не находясь на виду у всех, как это было раньше. Банные дни проходят регулярно, жалоб на наличие кровососущих насекомых не поступало, и при посещениях их следов мы не наблюдали. Камеры для несовершеннолетних и женщин устланы деревянными полами, в камеры женщин, кроме того, проведена горячая вода. Существенные изменения в улучшении условий содержания следует отметить и в других ИЗ края. Питание в СИЗО также можно счесть удовлетворительным, хотя особым разнообразием тюремная пища, конечно, не отличается. Однако, в рационе присутствуют мясные и рыбные продукты, овощи, несовершеннолетним выдаются фрукты или соки. Журналисты, принимавшие участие в мероприятиях "Дня открытых дверей", проведенных в СИЗО-1 в ноябре 2006 г., попробовали тюремную еду и нашли ее вполне съедобной и достаточно калорийной.

    Тем не менее, в этих учреждениях остается еще немало проблем, требующих своего решения. В ПРПЦ время от времени поступают жалобы из СИЗО на неоказание медицинской помощи, пропажу личных вещей, грубое обращение. Часть этих жалоб подтверждается, так, например, после вмешательства правозащитников личные вещи отыскиваются, медицинская помощь оказывается. Ряд жалоб были нами получены на слабую организацию приема передач, и при проверке мы убедились в том, что в этом вопросе действительно существуют недоработки. Иногда людям приходится подогу стоять в очередях, занимая места чуть не ночью. Зимой такая ситуация вообще превращается в серьезную проблему.

    Проблемой СИЗО является также, по нашему мнению, незанятость людей. Некоторые граждане находятся под стражей довольно долгое время, и закон разрешает занять их полезным трудом, однако условия для этого отсутствуют, и озабоченности администрации этой проблемой не чувствуется. Негативной стороной условий содержания в СИЗО-1 является наличие проблем организационного характера, создаваемых как из нежелания осуществления инициативных мероприятий, так и умышленно. Так, в ИЗ-59/1 г. Перми в июне 2006 г. был выявлен особый порядок предоставления свиданий с лицами, содержащимися под стражей. А именно, из обращений ряда граждан и внешнего наблюдения было установлено, что свидания в СИЗО предоставляются только в установленные для этого дни недели, а не ежедневно. Для лиц, претендующих на свидание, за двое суток создается фиксированная очередь. Состояние в этой очереди должно ежедневно подтверждаться в 7.00 каждого дня, иначе лицо, претендующее на свидание, теряет занимаемое в очереди место и должно вновь занимать очередь на более поздний период. Следовательно, для получения свидания и во избежание пропуска очереди люди вынуждены находиться в следственном изоляторе в течение двух суток. Начальником учреждения никакие меры по организации процесса предоставления свиданий не принимаются, так как, с его точки зрения, это законом прямо не предписано.

    В следственном изоляторе также имеют место умышленные нарушения сотрудниками норм о раздельном содержании лиц, содержащихся под стражей. Так, из соображений оперативного характера арестованные лица, впервые обвиняемые в совершении преступления, могут быть помещены в камерные помещения с лицами, осужденными за совершение тяжких преступлений. Целью нарушения норм о раздельном содержании является создание (провокация) внутрикамерных конфликтов, понуждение к даче показаний. С целью оказания психологического давления на арестованных лиц, они также могут быть помещены сотрудниками в карцер по мотиву обеспечения их личной безопасности. Однако данные действия осуществляются в отсутствие на то заявления лица, содержащегося под стражей, и на основании заключения психолога СИЗО о том, что у заключенного имеются признаки депрессии и склонности к членовредительству или самоубийству.

    12.05.2006 г. в ходе устной беседы в порядке оказания юридической помощи с осужденным Б. было установлено, что в учреждении ИЗ-59/4 также имеются существенные нарушения условий содержания, которые заключались в следующем: после поступления этапа в учреждение, арестованные по 10-15 человек помещаются в бокс, рассчитанный на 1 человека, после чего арестованные помещаются в карантин, где не разрешается использование личного постельного белья, матрацев. В учреждении спальные принадлежности не выдаются, либо выдаются, но не соответствующие санитарным нормам, в карантине распространены насекомые.

    В камерном помещении имеется окно, в которое поступает естественный свет. В камере имеются 2 лампы искусственного освещения, одна из которых находится снаружи камеры (горит постоянно). Лампа, находящаяся внутри камеры включается только во время проверки. Вода в камерах включается ежедневно на 2-3 часа, так как в камере содержится 30 человек, то доступ к воде имеют не все арестованные. На ночь вода отключается вообще. В душ осужденные выводятся покамерно на 5 минут. В связи с отсутствием душа используются тазы, но из-за ограниченности времени и наличия всего 2 водопроводных кранов не все арестованные успевают вымыться. Обыск проводится в отсутствие осужденных, на это время они помещаются в карцер.

    Можно выделить несколько проблем, общих для всех следственных изоляторов Пермского края. Заключенным бесплатно должны выдаваться постельные принадлежности: подушка матрас, одеяло, две простыни, наволочка и полотенце. Смена постельного белья должна проводиться еженедельно после помывки в душе. В действительности, как оказалось, в большинстве СИЗО в разной степени заключенные не обеспечиваются должным образом постельными принадлежностями, не обеспечивается их своевременная смена. Аналогичная ситуация с обеспечением заключенных следующими предметами бытового назначения:

    • столовые приборы;
    • средства индивидуальной гигиены, в тех случаях, когда заключенные не имеют материальных возможностей для их приобретения;
    • тазы для стирки и иных гигиенических целей;
    • шкафы для хранения продуктов;
    • светильники дневного и ночного освещения.

    В некоторых камерах отсутствуют бачки для питьевой воды, порой, находящиеся в камерах бачки оказывались пустыми. Отвечая на вопрос, откуда берется питьевая вода, подавляющее большинство заключенных указывает, что из водопроводного крана. Искусственное освещение в камерах порой оказывается недостаточно ярким, чтобы при нем без отрицательных последствий для здоровья можно было писать и читать.

    Отдельно следует сказать о помещениях карцеров, куда помещаются заключенные за дисциплинарные правонарушения. Площадь данных помещений (камер), как правило, не соответствует санитарной норме площади на одного человека (4 м.кв.). Их оборудование также не соответствует требованиям ФЗ "О содержании под стражей…" и ПВР: отсутствуют такие элементарные вещи, как стул (скамья), стол полка для предметов личной гигиены, осветительный прибор, санузел. В одном из СИЗО было выявлено, что заключенным, находящимся в карцере, не выдают и не позволяют иметь при себе, даже на время сна, одеяло и постельные принадлежности, при этом температура в карцере была ниже нормы. По этому поводу следует отметить, что исчерпывающий перечень ограничений прав лиц, содержащихся в карцере, по сравнению с другими заключенными, установлен ст.40 ФЗ "О содержании под стражей…", любые иные ограничения (лишения) прав и законных интересов заключенных, помещенных в карцер, представляют собой, с одной стороны, нарушение ФЗ, с другой - свободы человека от жестокого или унижающего человеческое достоинства обращение.

    Условия содержания в изоляторах временного содержания (ИВС) МВД

    Исключительно тяжелые условия содержания в настоящее время существуют в изоляторах временного содержания (ИВС), подведомственных МВД. В этих учреждениях людей обычно подолгу не задерживают (не более 10 дней), и поэтому считается, что короткое время они могут потерпеть в отсутствие душа, при одноразовом питании и прочих "неприятностях". В камерах ИВС, которые сотрудника ПРПЦ также многократно посещали, отсутствуют матрацы и постельные принадлежности, на окнах установлены железные жалюзи типа "реснички", которые препятствуют прохождению естественного освещения и воздуха. Так как принудительная вентиляция работает далеко не во всех подобных учреждениях, то воздух, как правило, тяжелый, насыщенный испарениями немытых тел, и пропитанный дымом от постоянного курения. В значительном числе ИВС отсутствуют прогулочные дворики, поэтому людей могут вообще не выводить на прогулку. Искусственное освещение, как правило, также исключительно тусклое, и люди не имеют возможностей ни почитать, ни даже нормально изучить обвинительную документацию (если человек, допустим, доставлен в ИВС на время судебного процесса).

    В отдельных ИВС, находящихся в подвальных помещениях, полностью отсутствуют окна и проветривание (если это можно назвать проветриванием) происходит путем открытия дверей в коридор, через внутреннюю дверную решетку. В этом случае дежурный персонал становится "заложником" ситуации, так как вынужден целыми днями (в течение многих месяцев и лет) дышать совершенно непригодным воздухом.

    В связи с тем, что медицинские работники бывают в ИВС только в дневное время, создается угроза для здоровья людей, так как ночью задержанного человека помещают в камеру без осмотра. Хорошо, если он заявит о существующем заразном заболевании, а если нет, то здоровые люди могут заболеть, соприкоснувшись с ним. Такие случаи бывали. Главной причиной такого положения вещей является явно недостаточное финансирование, выделяемое на содержание этих учреждений. Отдельной строки бюджета, предусматривающей финансирование ИВС, не предусмотрено, а средства, выделяемые ОВД и УВД, которым подведомственны эти учреждения, доходят до них по остаточному принципу. Например, на лекарства для ИВС, рассчитанного на 20 - 25 человек, в год выделяется около 2-х тысяч рублей.

    Существенной и распространенной проблемой является содержание в ИВС ОВД не только лиц, задержанных по подозрению в совершении преступления, но и арестованных. Так, часто имеют место случаи, когда для производства следственных действий невозможно посещение арестованного в следственном изоляторе сотрудниками районных прокуратур. В связи с этим, арестованные помещаются в ИВС районного ОВД на весь срок содержания под стражей. Однако обеспечить условия содержания следственного изолятора ИВС не в силах. Так, в сентябре 2006 г. ПРПЦ в интересах осужденного К. был предъявлен иск о возмещении морального вреда, причиненного незаконным содержанием арестованного К. в ИВС Чусовского РОВД в течение 4 месяцев, а также не соответствующими ФЗ "О содержании под стражей" условиями содержания.

    Важной проблемой также является нехватка сотрудников, трудоустроенных в ИВС и конвойных подразделениях. В связи с этим, даже при наличии в ИВС необходимого оборудования (прогулочный дворик, душ), из-за нехватки сотрудников осужденные не всегда имеют возможность реализовывать свои права на прогулку и пользование душем. Общим для всех ИВС Пермского края является то, что наличие или работа всех бытовых приспособлений в камерных помещениях, а также реализация всех прав задержанных зависит от усмотрения сотрудников изолятора. Так, в большинстве ИВС вода, электророзетки и свет включаются извне камеры сотрудниками по требованию задержанных (так как установлены счетчики), кипяченая вода также предоставляется по требованию, проветривание осуществляется по требованию, пользование душем также предоставляется по просьбе. При этом отсутствуют гарантии выполнения данных требований сотрудниками.

    Так, в ИВС г. Добрянки были обнаружены следующие проблемы. В ИВС имеется бокс-накопитель. Бокс (накопитель 1м./1,5м. рассчитан на 3-4 человек) для содержания задержанных, направляемых на этапирование, расположен вблизи прогулочного дворика. В накопителе в течение часа содержатся прибывшие или отправляемые лица. В помещении отсутствует освещение, отопление, вентиляция и мебель. В случае, если этап выпадает на нерабочий или праздничный день, задержанный находится в накопителе продолжительное время. Туалет в камерном помещении расположен слева от входа в камеру. Холодная вода поступает в камеру не постоянно, а по заявлению задержанного. На поступление воды установлен счетчик. Горячая вода отсутствует. Источник поступления воды расположен непосредственно над туалетом. Половину общей площади камеры занимают деревянные нары. В ИВС предусматривается трехразовое питание. Однако вся дневная норма питания предоставляется один раз в сутки.

    В ИВС Пермского района также имеются проблемы с наличием санитарного узла в камерах. Канализация и водопровод отсутствует. Для туалета и водопроводной воды приспособлены полиэтиленовые бачки. Со слов начальника ИВС, замена бачков производится ежедневно, однако гарантий никаких не имеется. Вдоль стен расположены спальные места (железные кровати). Постельные принадлежности (матрацы) выдаются по мере возможности.

    Краснокамский правозащитный центр (г. Краснокамск, Пермский край) неоднократно обращался в различные органы исполнительной и законодательной власти о нарушениях содержания условий содержания административно арестованных, подозреваемых и обвиняемых в преступлениях граждан в изоляторе временного содержания Краснокамского ГОВД. ИВС расположен в подвале пятиэтажного здания ГОВД. В помещениях ИВС ощущается повышенная влажность, душно, имеется специфический запах. Конструкция принудительной вентиляции не позволяет в достаточной степени проводить воздухообмен. Превышен лимит наполнения спецконтингента: в 2006 году в ИВС содержалось около 50 человек в сутки, по нормам ИВС рассчитан на 27 человек в 10 камерах. Наиболее тяжелое положение у женщин. Они содержатся в одной камере площадью 12 кв. м., рассчитанной по площади на три человека, на здесь находятся 6 человек, а иногда содержатся и 12 женщин. Заключенным приходится спать на цементном полу возле бака для физиологических нужд.

    В связи с переполнением ИВС спецконтингентом, отсутствует возможность раздельного содержания лиц, имеющих паразитарные заболевания, а также заболевания туберкулезом и гепатитом. В камерах оборудованы деревянные нары, сколоченные из досок, постельных принадлежностей нет. В каждой камере находится бак для физиологических нужд. В туалет и умываться выводят утром, один раз в сутки, возможность принять душ отсутствует. Функционирует 2 унитаза, 2 умывальника. Возможность вывода на прогулку отсутствует. Медикаменты для оказания необходимой медицинской помощи постоянно отсутствуют в связи с недостаточным финансированием из федерального бюджета. Заключенные, находящиеся в ИВС Краснокамского ГОВД, подвергаются унижению человеческого достоинства, что противоречит Конституции РФ ст.21.

    Условия содержания заключенных в исправительных учреждениях

    В колониях Пермского края условия содержания заключенных, с точки зрения соблюдения санитарных норм, можно считать удовлетворительными, однако, они тоже могут весьма серьезно отличаться друг от друга. Нормы жилой площади в большинстве колоний соблюдаются, а если учесть более "свободный" режим, чем в СИЗО, возможность находиться на свежем воздухе, эта проблема, будучи существенной, все-таки не является очень острой. Сотрудники ПРПЦ (некоторые из них являются членами Общественного совета (ОС) при ГУ ФСИН РФ по ПК) за последние несколько лет посетили более 20 колоний, некоторые из них несколько раз. В колониях проводились просветительские и гуманитарные мероприятия, руководство главка и большинства учреждений отнеслись к инициативам ПРПЦ положительно и оказывали необходимое организационное содействие.

    За последние годы значительно улучшилось финансирование исправительных учреждений, что положительно сказалось и на их кадровом составе. Уменьшилась текучка, стал повышаться профессиональный уровень. В некоторых колониях (например, колония особого режима ИК-35) это дает весьма неплохие результаты. В учреждении организована своя телестудия, в которой с удовольствием работают многие осужденные. Положительный эффект от этого несомненен. Во-первых, люди заняты интересным для них делом и не мучаются "тюремной скукой", во-вторых, творчество воспитывает человека и отвлекает его от негативных желаний. Меньше становится нарушителей дисциплины, уменьшается количество конфликтов в среде заключенных.

    Несколько слов следует сказать о колониях - поселениях. К сожалению, большинство из них находятся в отдаленных и труднодоступных районах Пермского края, поэтому мы почти не бывали в этих учреждениях (в некоторые из них в прямом смысле можно добраться только на гусеничном "вездеходе"). Мы не можем сказать, что имеем много жалоб оттуда, но отдельные сигналы поступают, и есть определенные основания им доверять. Во-первых, в большинстве колоний поселений люди работают, и там существуют производственные планы, за которые спрашивают с администрации. Следовательно, та заинтересована в их выполнении и может привлекать заключенных к дополнительным работам. Во-вторых, удаление от "центра" значительно осложняет контроль со стороны главка и прокуратуры, что также предоставляет почву для злоупотреблений. В третьих, колонии-поселения считаются более "мягким" режимом, требования к профессиональным и личным качествам сотрудников там могут быть ослаблены. В результате, среди персонала могут оказаться люди, склонные к "самоутверждению через власть", что крайне негативно сказывается на всей атмосфере в учреждении. Поэтому не исключено, что в некоторых колониях-поселениях, людям приходится иногда работать по 10 и более часов в сутки зачастую без выходных, получая при этом весьма небольшую зарплату. Однако конкретных фактов подобного рода в ПРПЦ нет.

    Судя по отдельным письмам осужденных, уйти по УДО из колонии-поселения довольно сложно, хотя по официальным данным такие случаи далеко не редкость, и освобождается немало людей. Однако администрация все-таки заинтересована в дешевой рабочей силе и всячески старается не уменьшать количество контингента. Автору этих строк самому приходилось заниматься вопросами УДО, и можно с уверенностью утверждать, что для человека, имеющего "подходящую" специальность, добиться этого бывает нелегко.

    Реализация права заключенных на труд

    Право на труд является одним из сложно реализуемых прав заключенных. После распада СССР и всевозможных реформ произошли разрывы производственных связей, которые сильно ударили по производственным участкам большинства пенитенциарных учреждений. Продукция, которая раньше была дешевой и конкурентоспособной, в значительной мере потеряла спрос. Налоги на продукцию, выпускаемую в колониях, делают и без того низкоквалифицированный труд невыгодным. В результате тысячи осужденных остались без работы, желания и способности большинства из них оказались невостребованными. Кроме того, что люди лишились хоть и небольшого дополнительного заработка, отсутствие работы наносит еще и огромный моральный ущерб, так как безделье угнетает людей, провоцируя их порой на совершение всевозможных нарушений, а то и преступлений. Государство, обязанное обеспечить заключенных работой, как "средством перевоспитания", полностью игнорирует данную обязанность. Таким образом, проблема занятости остается одной из наиболее трудно решаемых проблем в колониях и СИЗО. В последнее время, правда, делаются попытки изменения ситуации, путем преобразования производств.

    Право на свободу труда включает в себя, как составляющее:

    • Право на выбор трудовой деятельности
    • Бессрочность трудовых отношений
    • Запрещение необоснованного увольнения

    Конституционное право на свободу труда ограничено в условиях осуждения нормами Уголовно исполнительного кодекса. Права осужденных в сфере труда ограничиваются также правом на безопасные условия труда, на ограничение рабочего времени, на справедливую оплату труда. Обязанность государства трудоустроить осужденного не прописана достаточно четко и наталкивается на естественные препятствия в ее реализации. Несоблюдение законодательства в части обеспечения 8-часового рабочего дня, отдыха (работы в выходные и праздничные дни), начисление заработной платы ниже установленного МРОТ, не фиксируемый производственный травматизм, часто искажаются и фальсифицируются причины получения травм, не обеспечение спецодеждой.

    Пытки и другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращения и наказания в местах лишения свободы

    Осужденным, в соответствии со ст.47 УПК РФ, признается обвиняемый в совершении преступления, в отношении которого уже вынесен обвинительный приговор. Из данного определения вытекает и специфика статуса осужденного, как лица, в отношении которого приговор уже вступил в законную силу. Именно в связи с этим, применение пыток к осужденным не должно быть распространенным явлением, так как пыткой является действие, направленное на определенный результат. В отношении же осужденного лица, получение какой-либо информации или признательных показаний, юридического значения не имеет. Однако, несмотря на особенность статуса лиц, отбывающих наказание, применение к ним пыток в исправительных учреждениях является латентным, но распространенным явлением. Основным мотивом применения к осужденным пыток в исправительных учреждениях является наказание за совершенные ими ранее действия, запугивание, подавление.

    Официальная оценка наличия и распространенности применения пыток и жестокого обращения к осужденным строится, в основном, на мнении самих сотрудников ГУ ФСИН, которые считают, что времена "ссылок, репрессий и избиений давно прошли", и что в настоящее время права лиц, лишенных свободы, защищены и гарантированы более, чем права сотрудников исправительных учреждений. Подтверждает данную точку зрения и деятельность прокуратуры по надзору за исправительными учреждениями, которая при проведении проверок сообщений о применении к осужденным физической силы и специальных средств, формально фиксирует отсутствие оснований для возбуждения уголовных дел.

    Официальная оценка ситуации о наличии в исправительных учреждениях Пермского края фактов применения к осужденным пыток и жестокого обращения опровергается патронажной практикой Пермского регионального правозащитного центра. Так, в продолжение 2006 г. в Правозащитный центр поступило 13 сообщений о фактах применения сотрудниками исправительных учреждений специальных средств и физической силы к осужденным.

    За 2006 г. юристами Пермского регионального правозащитного центра зафиксированы следующие сообщения о действиях, обладающих признаками пытки, жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения (недопустимое обращение), которые были совершены сотрудниками УИС, с их ведома или при их попустительстве иными лицами (имеются в виду сообщения, непосредственно адресованные и поступившие в ПРПЦ).

    1. 10.04.2006 г. в ПРПЦ поступило заявление осужденного Л., отбывающего наказание в исправительном учреждении УТ-389/05-6. Л. заявил, что он подвергся побоям со стороны одного из сотрудников указанного ИУ. ПРПЦ было направлено обращение о проведении проверки в Усольскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в ИУ. Из прокуратуры в последующем было получено уведомление о том, что проверка проведена, вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, т. к. факты применения насилия не подтвердились.

    2. 10.04.2006 г. ПРПЦ получено сообщение об избиении осужденного в ФГУ ИК-29. 11.04.2006 г. ПРПЦ обратился с просьбой о проведении проверки к начальнику отдела по надзору за соблюдением законов в ИУ Пермской краевой прокуратуры. Затем оттуда сообщение о преступлении было передано в Пермскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в ИУ. 13.04.2006 г. по результатам проведенной проверки следователем Пермской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ было возбуждено уголовное дело по ч.3 ст.286 УК РФ. В ходе предварительного расследования было установлено, что трое сотрудников дежурной смены ИК-29 вечером 09.04.2006 г. на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений необоснованно применили специальные средства (ПР) к осужденному Т., причинив последнему многочисленные телесные повреждения в виде кровоподтеков, а также перелом левой локтевой кости. В настоящее время по уголовному делу идет судебное разбирательство.

    3. Т., освободившийся из ФГУ ИК-5/5, 11.10.2006 г. обратился с заявлением, в котором сообщается, в частности, о следующих фактах:
      • в апреле 2006 г. в МЧ ФГУ ИК-5/5 Т. общался с осужденным, которого привели из отряда "Карантин" со сломанной челюстью; осужденный пояснил, что его избили другие осужденные из отряда "Карантин", работающие на должностях;
      • в июне 2006 г. Т. находился транзитом в камере №24 ФГУ ИК-2 (ТПП) вместе с осужденным, который пояснил, что он едет в СИЗО-1, т. к. в "Карантине" ФГУ ИК-5/5 у него была "выбита" явка с повинной;
      • находясь до октября 2006 г. в ФГУ ИК-5/5, Т. сам неоднократно был очевидцем унижающего человеческое достоинство обращения в отношении осужденных "Карантина" со стороны осужденных, работающих на должностях в том же отряде. В частности, осужденных отряда "Карантин" заставляют ходить строем с опущенными головами, строго "в ногу", если кто-то начинает сбиваться, то его пинают но ногам.

    4. С 21.08.2006 г. по 24.08.2006 г. в ПРПЦ от четверых граждан, родственников осужденных, отбывающих наказание в отряде СУС ФГУ ИК-38, поступили обращения (заявления, жалобы). Из заявлений следовало, что в дневное время 18.08.2006 г. при перемещении указанных осужденных (около 20 человек) в новое помещение отряда к большинству из них необоснованно (от осужденных требовалось быстрое выполнение всех команд, в т.ч. передвижение с вещами бегом) применялись физическая сила и спецсредства (ПР) со стороны лиц в камуфляжной форме и в черных масках. Указанные сведения нашли подтверждение в ходе проверочных мероприятий, проводившихся сотрудниками ПРПЦ в ФГУ ИК-37 совместно с Уполномоченным по правам человека в Пермской области и зам. прокурора Березников по надзору за соблюдением законов в ИУ. Между тем, Березниковской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в ИУ каких-либо мер по проверке указанных выше сведений в порядке ст.144 УПК РФ принято не было. 02.11.2006 г. ПРПЦ в адрес прокурора Пермского края направлена жалоба на бездействие Березниковской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ, ответ на которую в ПРПЦ до настоящего времени не поступил.

    5. В ходе личной беседы с сотрудником ПРПЦ в СИЗО-1 14.09.2006 г. осужденный Ч. сообщил, что в СИЗО-1 он прибыл из колонии строгого режима ФГУ ИК-5/5. На момент этапирования Ч. в СИЗО-1, имевшего место 31.08.2006 г., в МЧ ФГУ ИК-5/5 находилось несколько осужденных с телесными повреждениями (возможно, с переломами), которые были причинены им другим осужденным, состоящим на должности завхоза отряда "Карантин". Завхоз отряда "Карантин" ФГУ ИК-5/5, сотрудничающий с органами внутренних дел, по указанию последних избивает соответствующих осужденных в целях принуждения их к написанию явок с повинной, часто используя при этом бейсбольную биту, которая у него хранится в отряде. Фамилии осужденных, пострадавших от действий указанного лица и находящихся в МСЧ ИК-5, Ч. не известны. 18.09.2006 г. ПРПЦ в адрес Усольского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ направлено обращение о проверке приведенной выше информации. На это обращение какого-либо ответа ПРПЦ до настоящего времени не получил.

    6. 08.09.2006 г. в ПРПЦ поступило заявление М. об избиении в первых числах сентября 2006 г. в ФГУ ИК-12 сотрудниками этого ИУ ряда осужденных, включая его самого. В ходе проведенной сотрудниками ПРПЦ проверки были получены данные, согласно которым в дневное время 02.09.2006 г. семеро осужденных, содержавшихся в камере №26 ШИЗО ИК-12, были выведены 4 сотрудниками ИК-12 в коридор ШИЗО и избиты с применением спецсредств (ПР). 18.09.2006 г. ПРПЦ было направлено обращение о проведении проверки в Кизеловскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в ИУ. По результатам проведенной проверки зам. прокурора Кизела по надзору за соблюдением законов в ИУ 29.09.2006 г. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Это постановление, как необоснованное и незаконное, было в последующем отменено, для проведения дополнительной проверки материал был передан в Губахинскую городскую прокуратуру. По результатам дополнительной проверки 08.11.2006 г. следователем Губахинской горпрокуратуры было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В ходе дополнительной проверки все осужденные, предположительно пострадавшие 02.09.2006 г., включая М., отказались от ранее данных объяснений в отношении сотрудников ИК-12. Они сообщили, что каких-либо неправомерных насильственных действий в отношении них со стороны сотрудников ИК-12 не применялось.

    7. В ходе проводившихся проверок по сообщению об избиении осужденных 02.09.2006 г. в ШИЗО ИК-12 было получено сообщение от осужденного П. о том, что 05.09.2006 г. в ШИЗО он также был избит сотрудниками ИК-12. По результатам первоначальной и дополнительной проверок, проводившихся по этому сообщению органами прокуратуры, также было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, т. к. применение спецсредств в отношении П. 05.09.2006 г. было признано законным.

    8. 05.10.2006 г. по телефону в ПРПЦ поступило сообщение о том, что в ночь с 04.10.2006 г. на 05.10.2006 г. несколькими сотрудниками СИЗО-1 из камеры был выведен подсудимый Б., который после этого был доставлен в другое помещение и избит двумя из указанных сотрудников, в результате этих действий Б. совершил попытку суицида. В тот же день ПРПЦ в Пермскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в ИУ было направлено обращение о проведении проверки по указанному выше сообщению. По результатам проведенной проверки 06.10.2006 г. ст. помощником Пермского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Из этого отказного постановления видно, что при указанных выше обстоятельствах между Б. и сотрудниками дежурной смены СИЗО-1 действительно происходил конфликт, в ходе которого Б. был выведен из камеры, а затем совершил попытку суицида. Однако в ходе проверки Б.отрицал применение к нему какого-либо насилия сотрудниками СИЗО-1, равно как и сами сотрудники СИЗО-1. Объективных данных о наличии или отсутствии у Б. каких-либо телесных повреждений в ходе проверки получено не было, разумных объяснений попытки суицида Б. в отказном постановлении не содержится, что ставит под сомнение его обоснованность. Указанное отказное постановление не обжаловалось.

    9. 29.05.2006 г. по телефону ПРПЦ поступило сообщение о том, что 20.04.2006 г. в помещение отряда строгих условий отбывания наказания УТ-389/37 в сопровождении Кизеловского прокурора по надзору за ИУ и заместителя начальника УТ-389/37 по безопасности и оперативной работе вошли 20 сотрудников отряда специального назначения при ГУ ФСИН Пермского края в масках на лице, а также представители администрации УТ-389/35 без масок. Несмотря на отсутствие оснований, указанных в ч.1 Ст. 86 УИК РФ и Ст.29, 30 ФЗ "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" от 21.07.1993 N 5473-1, к осужденным, без надлежащего предупреждения и предоставления времени для выбора поведения, незаконно была применена физическая сила и специальное средство "дубинка". Осужденных били об стены, при обыске пинали по ногам, били по ногам дубинкой. В прогулочном дворике был сильно избит дежурный отряда. В качестве последствий нанесенных ударов у осужденных образовались кровоподтеки, ссадины, опухоли.

      Также 20.04.2006 г. сотрудники отряда специального назначения при ГУ ФСИН Пермского края в сопровождении заместителя начальника УТ-389/37 по безопасности и оперативной работе и Кизеловского прокурора по надзору за исправительными учреждениями вошли в помещение штрафного изолятора УТ-389/37, где без наличия на то законных оснований, предусмотренных ч.1 ст.86 УИК РФ и Ст.29 ФЗ "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" от 21.07.1993 N 5473-1, выборочно вывели в коридор семь человек, среди которых был осужденный Шалаев, поставили их лицом к стене, толкали об стену, пинали по ногам. От нанесенных ударов у осужденных также возникли кровоподтеки и ссадины. В МСЧ ИК-37 возникшие у осужденных побои зафиксированы не были, так как в течение 4 дней медицинский работник не посещал отряд СУС. Постановлением Кизеловского прокурора по надзору за ИУ от 30.06.2006 г. в возбуждении уголовного дела было отказано в связи с отсутствием состава преступления. В связи с жалобой Правозащитного центра от 20.09.2006 г. постановление об отказе в возбуждении уголовного дела было отменено прокуратурой Пермского края. В настоящий момент дело направлено для производства предварительного расследования.

    10. Из беседы 16.11.2006 г. в учреждении ФГУ ИК-9 с осужденным П. было установлено, что во время его нахождения в СИЗО-1, после проведения операции по удалению подключичного лимфоузла 17.06.2006 г. четырьмя сотрудниками отдела безопасности СИЗО к нему была применена физическая сила и специальные средства ПР. Сотрудники завели П. руки за спину и зафиксировали наручниками, заложили сзади под руки спецсредство ПР, нанесли удар ногой в область солнечного сплетения, после удара из операционной раны пошла кровь. После этого П. одного поместили в сортировочный бокс. Зафиксировали наручниками за руки и ноги к решетке-ограждению, а ремнями за локти и колени, наносили удары руками (кулаком), ногами, резиновой палкой по конечностям и предплечьям, нанесли удар по ране резиновой палкой, один удар ногой пришелся в область печени, от чего образовался синяк. На послеоперационной ране разошлись швы. В МСЧ СИЗО-1 телесные повреждения зафиксированы не были, осужденный немедленно был отправлен этапом в ИК-9, где ему была оказана медицинская помощь, зафиксированы побои. 21.11.2006 г. Правозащитный центр обратился с жалобой в прокуратуру по надзору за ИУ г. Перми. На настоящий момент ответ не получен.

    11. Из письменного обращения осужденного Д.. от 18.09.2006 г. было установлено, что 16 и 17.08.2006 г. сотрудниками ФГУ ИК-40 он был незаконно помещен в штрафной изолятор, где к нему применялась физическая сила сотрудниками отдела безопасности в связи с подачей им жалоб в прокуратуру. В связи с этим, 17.08.2006 г. осужденный Д. совершил акт членовредительства. В МСЧ ФГУ ИК-40 никаких телесных повреждений у Д. не зафиксировано. В настоящий момент Д. направил письмо с конкретизирующими вопросами об обстоятельствах применения к нему физической силы.

    12. 27.03.2006 г. в Пермский региональный правозащитный центр поступило письменное обращение осужденного Б. 9 февраля 2006 г. по указанию начальника оперативной части, Б. переместили в карцер, где вышеуказанный сотрудник потребовал от осужденного отказаться от участия в судебном разбирательстве ранее заявленной им жалобы. Сотрудник угрожал при этом изъятием вещей осужденного, созданием для него невыносимых условий содержания, что и явилось основанием для написания требуемого заявления. 11 февраля 2006 г. во время, предназначенное для прогулки осужденных, начальник оперативного отдела вызвал Б. в изолированный кабинет, где, находясь в состоянии алкогольного опьянения, начал высказывать оскорбления, угрозы и требования об отказе от ранее поданных жалоб. В связи с неэффективностью данных методов воздействия и руководствуясь мотивом мести, сотрудник начал применять к осужденному физическую силу. В результате чего у осужденного Б. был разбит нос, возникла опухоль под левым глазом, кровоподтеки на голове. 14 февраля 2006 г. Б. был осмотрен фельдшером медсанчасти ИЗ-59/4, причиненные ему телесные повреждения были зафиксированы в журнале приема. По факту заявления Б. в Управление по надзору за исполнением законов в г. Кудымкаре была подана жалоба от 29.03.2006 г. № 7353. Проверкой было установлено отсутствие события преступления. Данное постановление было обжаловано в прокуратуру Пермского края и отменено. Однако Кудымкарской прокуратурой в возбуждении уголовного дело было вновь отказано по тем же основаниям.

    13. 27.11.2006 г. по телефону ПРПЦ было получено сообщение о том, что 14.11.2006 г. в учреждении ФГУ ИК-37 к осужденному Б. в помещении надзорслужбы начальником учреждения незаконно было применено спецсредство ПР, в результате чего Б. были причинены перелом ребер, сотрясение головного мозга. 15.11.2006 г. к осужденному Б. сотрудниками отдела безопасности также была применена физическая сила в виде множественных ударов ногами и кулаками по телу. Из данного сообщения также стало известно, что к другому осужденному Б. сотрудниками ОБ ФГУ ИК-37 также была применена физическая сила: последствием чего явился вывих челюсти. Телесные повреждения обоих осужденных МСЧ не освидетельствованы. С целью проведения проверки 28.11.2006 г. в Кизеловскую прокуратуру по надзору за ИУ было направлено заявление о преступлении.

    На территории Пермского края надзор за исправительными учреждениями осуществляется пятью специализированными прокуратурами. Большинство учреждений размещено в районах с усложненным транспортным доступом и отсутствием условий для непосредственного и постоянного контроля над их деятельностью. Данное обстоятельство является условием для создания информационного вакуума между лицами, отбывающими наказание, и органами, призванными осуществлять надзор за деятельностью исправительных учреждений, а также лицами, управомоченными на оказание юридической помощи. Однако, несмотря на субординацию и сложность осуществления надзора за деятельностью сотрудников исправительных учреждений, в Пермском крае имеются прецеденты сотрудничества администрации колоний с органами, осуществляющими надзор за их деятельностью. Примером подобной корпоративной деятельности является работа Кизеловской прокуратуры по надзору за ИУ в Чусовских и Губахинских колониях.

    Нарушения прав заключенных

    Основы правового статуса осужденных закреплены в гл. 2 УИК РФ. Следует заметить, что права осужденных по смыслу закона, являются вторичными после их обязанностей. Так, обязанности осужденных регламентированы ст.11 УИК РФ, а их права - в ст.12 УИК РФ. Исходя из анализа письменных обращений осужденных и основываясь на данных гражданского контроля исправительных учреждений, думается, что в различных исправительных колониях Пермского края имеют место различные нарушения регламентированных ст.12 УИК РФ прав.

    1. Нарушение прав осужденного возможно уже на стадии его направления в исправительное учреждение. Так, в соответствии со ст.75 УИК РФ и Инструкцией "О порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевода из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения", утвержденной приказом Минюста России от 01.12.2005 N 235 осужденные подлежат направлению для отбывания наказания в исправительное учреждение назначенного в приговоре вида режима, в регион вынесения приговора суда, либо в регион своего местожительства. При отсутствии в регионе учреждения соответствующего вида режима - в исправительное учреждение региона ближайшего к вышеуказанным.

    Исходя из обращений осужденных, отбывающих наказание в учреждениях Чердынского района Пермского края (Ныроб, Валай, Вижай), большинство из них было направлено для отбывания наказания вопреки установленным правилам, а именно, Чердынский район не является ни местом их жительства, ни местом их осуждения.

    Данное нарушение, как правило, облечено в решение ГУ ФСИН России. ПРПЦ совместно с осужденными Пермского края постепенно создается практика обжалования данных незаконных решений ГУ ФСИН России в судебном порядке. Прецедентов же перевода из одного исправительного учреждения в иное, расположенное по месту осуждения/месту жительства осужденного, минуя судебную процедуру, в Пермском края еще не установлено.

    2. Частью 2 ст.12 УИК РФ закреплено право осужденных на вежливое обращение со стороны персонала учреждения. Однако, данное положение закона сложно выполнимо. Так, из обращений осужденных, отбывающих наказание в п. Ныроб, п. Всесвятский Чусовского района, п. Широковский г. Губахи, установлено, что в их адрес со стороны сотрудников отдела безопасности и оперотдела колоний систематически поступают оскорбления, выражения, унижающие человеческое достоинство. На замечания и требования о вежливом обращении сотрудники не реагируют.

    3. В соответствии с ч.2 ст.12 УИК РФ меры взыскания к осужденным могут быть применены не иначе, как на основании закона. Однако, закон (УИК РФ) в данном случае своей неполнотой и неконкретностью способствует нарушению прав осужденных, необоснованно подвергающихся дисциплинарной ответственности. Так, в соответствии со ст.115 УИК РФ меры взыскания к осужденным применяются за нарушение установленного порядка отбывания наказания. При этом в УИК РФ не регламентировано, чем устанавливается порядок отбывания наказания, что является дисциплинарным правонарушением и какие необходимые признаки его состава; за какое конкретно нарушение какого характера предусмотрена санкция. В связи с этим, осужденным часто вменяется деяние, противоправность которого ничем не установлена, также осужденные часто привлекаются к дисциплинарной ответственности за невиновно совершенные деяния.

      Примером невиновного совершения правонарушения может быть деяние осужденного С., который страдает врожденной наследственной шизофренией и ситуационным расстройством личности. В связи с данным заболеванием, осужденный подвержен вспышкам агрессии, в связи с которыми он систематически (до 50 раз в год) привлекается к дисциплинарной ответственности, несмотря на то, что он не может осознавать свои действия и руководить ими. Наложенные на осужденного С. дисциплинарные взыскания были обжалованы ПРПЦ в прокуратуру по надзору за ИУ, которая в свою очередь признала их законными и обоснованными. В этом же учреждении ИК-12 г. Губахи осужденный В. невиновно подвергся дисциплинарному взысканию за сон после команды "подъем". Однако, администрацией учреждения не было принято во внимание, что на тот момент осужденный принимал медицинские препараты снотворного действия и данное нарушение от его воли не зависело.

    К формальной дисциплинарной ответственности часто привлекаются осужденные, претендующие на УДО, отбывающие наказание в колониях-поселениях Чердынского района Пермского края. Это обусловлено нехваткой работников, обладающих определенной специальностью или образованием. Нарушается администрацией многих колоний порядок признания осужденных злостными нарушителями. Так, для признания осужденного "злостным нарушителем" недостаточно совершения им нескольких дисциплинарных проступков, необходимо проведение административной комиссии для определения степени вины лица. Нередко встречаются случаи, когда для признания осужденного "злостным", администрации учреждения достаточно рапорта сотрудников о совершенном нарушении и постановлений о наложении взыскания. Административный же порядок предусматривает дачу осужденным объяснений в свою защиту, опрос очевидцев, изучение его личного дела.

    4. В соответствии с ч. 4,5 ст.12 УИК РФ осужденный имеет право на обращение с жалобой и право на переписку. Думается, исправительные учреждения Пермского края являются закрытыми для корреспонденции, затрагивающей как интересы осужденных, так и интересы администрации. Основную сложность представляет отправление самими осужденными закрытых писем и жалоб, содержащих информацию о нарушениях условий содержания в исправительном учреждении и правонарушениях сотрудников по отношению к осужденным. Осужденные никаким образом не могут контролировать процесс отправки корреспонденции из учреждения, так как уведомительная система (роспись осужденного в квитанции о том, что он уведомлен об отправке письма) в большинстве учреждений не функционирует, поскольку она прямо не предусмотрена законом.

      Так, например, уведомительная система отправки писем существует только в одном исправительном учреждении Пермского края - ФГУ ИК-40 г. Кунгур. Из исправительного же учреждения ФГУ ИК-37 Чусовского района закрытые письма, адресованные в ПРПЦ, не отправляются вообще. Подобная проблема в данном учреждении существует и с вручением писем ПРПЦ осужденным. Так, в апреле 2006 г. в учреждение ФГУ ИК-37 заказным письмом были направлены 8 доверенностей для их подписания осужденными. Уведомление о получении данного отправления сотрудниками учреждения было получено спустя неделю после его отправки. Однако, письмо не было вручено осужденным по причине его нахождения у начальника отряда, который в тот момент находился на больничном. Только спустя 2 месяца, в продолжение которых сотрудниками ПРПЦ осуществлялась телефонная связь с отделом спецучета, оперотделом и ИО начальника учреждения, осужденным были вручены бланки доверенностей. Описанные выше действия администрации колонии можно считать прямым нарушением права на защиту осужденных.

    5. Что касается нарушения права осужденных на получение юридической помощи, предусмотренного ч. 8 ст.12 УИК РФ, то Правозащитным центром создан механизм оказания непосредственной юридической помощи лицам, отбывающим наказание в виде лишения свободы. Так, при наличии обращения осужденного, при обнаружении существенного нарушения его прав с целью оказания ему юридической помощи, сотрудником ПРПЦ составляется бланк доверенности и направляется осужденному для его оформления (подписания и удостоверения начальником учреждения). На основании данной доверенности сотрудник ПРПЦ вправе осуществлять от имени осужденного все процессуальные действия: участвовать в гражданском и уголовном судопроизводстве, быть заявителем о преступлении, совершенном в отношении осужденного, знакомиться и требовать копии всех документов, затрагивающих права осужденного (в том числе и медицинских). В соответствии с ч. 4 ст.89 УИК РФ представитель имеет право на свидание с представляемым им осужденным без ограничения их количества, продолжительностью до 4 часов в условиях конфиденциальности. Единственным ограничением является участие указанного представителя в ходе предварительного следствия в отношении осужденного.

      Но и в данном случае имеются нарушения администрацией права осужденных на получение юридической помощи. Так, в июне 2006 г. и.о. начальника ФГУ ИК-9 г. Соликамск осужденному П. немотивированно было отказано в удостоверении доверенности, так как она, якобы, не требует нотариальной формы, а может быть составлена в простой письменной форме. Этот отказ, будучи обжалованным в прокуратуру по надзору за ИУ, был признан правомерным. В данный момент решение прокуратуры обжалуется в судебном порядке.

    Имеются нарушения порядка предоставления осужденным свиданий для получения юридической помощи. Как правило, такие свидания предоставляются не наедине в условиях конфиденциальности, а в присутствии сотрудника ОБ и в пределах его слышимости.

    6. В соответствии со ст.90 УИК РФ осужденным к лишению свободы разрешается получение посылок, передач и бандеролей. Это право часто нарушается. Так, за осужденными, содержащимися в штрафных помещениях, посылки и бандероли не сохраняются до их выхода из дисциплинарных помещений, а направляются обратно отправителю, якобы, во избежание порчи вложения посылок.

    Существенной проблемой является разночтение норм УИК РФ и почтовых правил, установленных Постановлением Правительства РФ от 15.04.2005 N 221 "Об утверждении Правил оказания услуг почтовой связи". Так, распространенными являются случаи, когда почтовое отправление весом, соответствующим весу бандероли, администрацией колонии признается посылкой, так как по вложению оно не является канцелярским (малоценные печатные издания, рукописи, фотографии). Таким образом, если данное отправление признается посылкой, а не бандеролью, осужденный лишается права на получение в будущем посылки весом в 20 кг., в которой могут находиться продукты питания, предметы бытового назначения.

      Данные нарушения преимущественно имеют место в исправительных учреждениях Чердынского района и п. Широковский. С целью признания указанных действий незаконными, ПРПЦ обращался с жалобами в прокуратуру по надзору за ИУ, которая по проведении проверки, нарушения администрацией колоний закона не установила.

    Также имеется проблема признания письменной корреспонденции при высоком весе ее вложения, бандеролью.

      Так, в 2006 г. имел место случай с осужденным, отбывающим наказание в УТ-389/02-02 ("Белый лебедь"). Осужденному в порядке оказания юридической помощи сотрудником ПРПЦ было направлено почтовое отправление, содержащее копии материалов дела осужденного. Но данное заказное письмо осужденному не передали и вернули отправителю, так как бандероль ему на тот момент не была положена. Этим было ограничено право осужденного на защиту.

    В исправительных учреждениях п. Ныроб также имеют место отказы администрации колонии в передаче осужденным посылок и передач, вложением которых являются медикаменты. Значительные проблемы несет в себе проверка почтовых отправлений инспекторами исправительных учреждений. Так, зачастую имеют место случаи порчи вложения при его досмотре.

      Жалобы на подобные действия инспекторов комнаты свиданий были зафиксированы в ФГУ ИК-37. Так, из обращений осужденных Б.., О., Т. отправленные им родителями посылки при досмотре подвергались порче: перемешивались продукты питания и бытовой химии, наружная оболочка портилась, после чего предметы не подлежали использованию.

    7. Ст. 89 УИК РФ регламентирует право осужденных на краткосрочные и длительные свидания на территории исправительного учреждения с родственниками или иными лицами. Нарушение данного права осужденных является менее распространенным в сравнении с иными нарушениями.

      Так, нарушения права осужденных на краткосрочное свидание имеют место в исправительном учреждении ФГУ ИК-12, где вместо положенных четырехчасовых свиданий предоставляются свидания длительностью 1-2 часа. Что касается права на длительное свидание продолжительностью трое суток, то в ФГУ ИК-10 имеют место случаи отказа в предоставлении свиданий уже прибывшим родственникам осужденного, мотивированного тем, что осужденному данное свидание не положено. Осужденному, в свою очередь, говорится о том, что его родственники на свидание не прибыли.

    8. Ст.88 УИК РФ закрепляется право осужденных на приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости. Но реализация данного права не гарантирована системой УИС. Так, в исправительных учреждениях Пермского края имеются проблемы с ассортиментом товаров, имеющихся в магазине колонии. Например, дефицитными товарами повсеместно являются предметы личной гигиены, канцелярские принадлежности (ФГУ ИК-13). Указанные товары имеются в продаже не постоянно, только в отдельные периоды времени. Причем, цены на продаваемые предметы намного выше рыночных. Во многих исправительных учреждениях установлены "негласные" лимиты: либо суммы денежных средств, которые разрешено тратить в магазине колонии, либо ограничение количества конкретного товара, позволенного к покупке одному осужденному в месяц.

      Так, в учреждении ФГУ ИК-37 установлена максимальная сумма, которую может расходовать один человек - 200 рублей. Это объясняется нехваткой продаваемых товаров на всех осужденных, отбывающих наказание в колонии. В ФГУ ИК-13 установлен лимит приобретения конкретного товара (сигарет) в месяц, он составляет 13 пачек. Ограничение приобретения сигарет объясняется администрацией колонии тем, что этот лимит исключает возможность использования осужденными сигарет, как денежного эквивалента. Однако, с точки зрения ПРПЦ, данный лимит, напротив, повышает спрос и ценность сигарет, способствуя их становлению, как денежного эквивалента.

    9. В соответствии с ч. 6 ст.12 УИК РФ осужденный имеет право на охрану здоровья и оказание ему медицинской помощи. Но в условиях недостаточного финансирования исправительных учреждений гарантии реализации данного права отсутствуют. В связи с этим, медикаментозное обеспечение исправительных учреждений является недостаточным. Снижение финансирования медицинской службы, изменение правил закупки медикаментов привели к отсутствию лекарственных средств в необходимом количестве, невозможности проведения профилактической медикаментозной терапии, значительному уменьшению плановой хирургической помощи.

      Так, например, в колонии УТ-389/11-04 п. Ныроб отсутствуют препараты общетерапевтического характера, перевязочные средства, шприцы. Во всех учреждениях УИС Пермского края отсутствуют медикаментозные условия для лечения и профилактики таких заболеваний, как ВИЧ-инфекция и всех видов гепатита. В учреждениях УИС отсутствуют квалифицированные узкие специалисты, например онкологи, стоматологи, протезисты. В 2006 г. суммы централизованных поставок по медикаментам снизились на 69,1%, по медоборудованию на 52,4% к уровню 2003 года. Сметой расходов УИС не предусмотрены расходы на диагностику, лечение и профилактику ВИЧ-инфекции (3-месячный курс лечения стоит около 15 тыс. руб.). Из-за отсутствия финансирования из федерального бюджета проводить специальное лечение ВИЧ-инфекции не представляется возможным. Производится лечение только имеющихся сопутствующих заболеваний. В данном случае речь может идти о массовом нарушении прав граждан на охрану здоровья.

    Положение больных заключенных

    Основным документами, регулирующими положение больных осужденных, является УИК РФ и совместный Приказ Минздравсоцразвития и Минюста России "О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу" от 17.10.2005 г. № 640/190. Данный Приказ базируется на "Основах законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан" от 22.07.1993 г., Федеральном законе от 15.07.1995 г. "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", Уголовно-исполнительном кодексе Российской Федерации и полно регулирует вопросы, связанные с организацией медицинской помощи лицам, подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний (СИЗО), а также лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы.

    До октября 2005 г. оказание медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным регламентировалось значительным количеством разрозненных ведомственных нормативных актов. К ним относились: Правила внутреннего распорядка СИЗО и исправительных учреждений, инструкция "О порядке оказания противотуберкулезной помощи лицам, находящимся в местах содержания под стражей и отбывающим уголовные наказания в учреждениях уголовно-исполнительной системы", инструкция "О порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевода из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения", Федеральный закон "О психиатрической помощи" и прочие нормативные акты. Таким образом, правила оказания медицинской помощи в различных учреждениях Министерства юстиции РФ содержались в разных подзаконных актах, которые также можно было подразделить и в зависимости от вида заболевания. Например, травмы, туберкулез, ВИЧ-инфекция, психические расстройства. Приказ 17.10.2005 г. унифицировал нормы, касающиеся организации, обеспечения и деятельности медицинской части; организации лечебно-профилактической помощи при различных видах заболеваний; направления подозреваемых, обвиняемых и осужденных на освидетельствование (переосвидетельствование) в учреждения медико-социальной экспертизы; медицинского обеспечения подозреваемых, обвиняемых и осужденных при перевозках и освобождении из учреждений.

    Что касается фактического положения осужденных в исправительных учреждениях Пермского края, то данная категория, обладая особым правовым статусом, нередко существенно ущемляется в правах и возможностях их реализации. На территории Пермского края находится три лечебных исправительных учреждения, предназначенные для оказания осужденным специализированных видов медицинской помощи. Для содействия реализации права осужденного на здоровье в каждом исправительном учреждении существует медицинская часть, предназначенная для оказания первой, неотложной и амбулаторной медицинской помощи.

    Чаще всего осужденные обращаются в ПРПЦ с проблемами следующего характера.

    1. Проблема отказа администрацией колонии в переводе в лечебное исправительное учреждение для отбывания наказания, либо отказа в направлении осужденного на очередное периодическое лечение. Решения подобного рода, как правило, мотивированы переполненностью лечебных учреждений и отсутствием необходимых и достаточных оснований для направления на лечение.

      Так, осужденному С. ГУ ФСИН по Пермскому краю было отказано в переводе для отбывания наказания в лечебное учреждение, несмотря на ухудшение его здоровья, прогрессирование заболевания и отсутствия в исправительном учреждении возможности для оказания ему соответствующей специализированной помощи.

      В учреждении ФГУИК-37 осужденных отряда строгих условий содержания (7 человек), страдающих заболеваниями ВИЧ, гепатит С и др., содержали в условиях, ухудшающих состояние их здоровья, а также в течение года отказывали в направлении для периодического лечения в ИК-9. После обращения в ГУ ФСИН по Пермскому краю двое осужденных были направлены на лечение. Остальные же смогли реализовать данное право только после обращения правозащитного центра в прокуратуру Пермского края с жалобой.

    2. В лечебных исправительных учреждениях зачастую отсутствуют специалисты, способные оказывать какой-либо вид медицинской помощи (онкологи, хирурги). Однако, осужденные имеют право на получение необходимой им медицинской помощи на контрактной основе, в том числе и в лечебных учреждениях муниципальной системы здравоохранения. Зачастую, из режимных соображений, осужденным немотивированно отказывается в направлении их для лечения в муниципальные больницы.

    3. Проблемой также является необоснованный отказ осужденным в ознакомлении (получении копий) с медицинскими документами, касающимися состояния их здоровья (медицинской картой, историей болезни), а также отказ в таком ознакомлении представителю осужденного по доверенности.

    4. Существенной проблемой является невозможность обжалования диагноза/решения врача, так как жалобы, подаваемые осужденными, цензурируются и не направляются адресату. Большинству осужденных также неизвестен порядок ведомственного и судебного обжалования.

    5. Процесс направления осужденных на МСЭ и признания инвалидом также сопровождается многочисленными проблемами. Наиболее частыми из которых являются: 1) ненадлежащее медицинское обследование осужденного, направляемого на МСЭ, в связи с чем соответствующая группа инвалидности ему не присваивается; 2) несоответствующее действительности определение степени ограничения трудоспособности, основанное на предположениях врачей, не являющихся специалистами; 3) непредставление документов (заключения МСЭ); 4) неразъяснение порядка и сроков обжалования заключения МСЭ; 5) невозможность альтернативной диагностики имеющихся у осужденного заболеваний.

    6. Что касается особых категорий осужденных, страдающих заболеваниями ВИЧ, гепатит, туберкулез, то помимо проблемы отсутствия надлежащего нормативного регулирования их статуса, имеется проблема отсутствия соответствующего целевого финансирования для предоставления осужденным данной категории какой-либо специализированной помощи.

    Выводы

    Факты применения к осужденным пыток и жестокого обращения незначительно участились в сравнении с 2004 и 2005 г. Однако, думается, основным фактором, влияющим на количество зафиксированных случаев применения насилия к осужденным, является их латентность. Латентность объясняется сложностью письменного обращения лиц, отбывающих наказание с жалобами в прокуратуру или закрытыми письмами к лицам/организациям, оказывающим юридическую помощь. Однако в 2006 г. латентность применения к осужденным физической силы и спецсредств значительно снизилась, как в связи с деятельностью общественного совета при ГУ ФСИН по Пермскому краю, так и в связи с систематическим посещением "проблемных" учреждений представителями осужденных от Пермского правозащитного центра, которые обладают в соответствии с ч.8 ст. 12 УИК РФ статусом, приравненным к адвокату, и правом уведомительного посещения исправительного учреждения без количественного ограничения.

    Основной проблемой выявления случаев применения пыток и жестокого обращения к осужденным является "закрытость" учреждения, сложность выхода информации о правонарушениях за его пределы. Так, информация, передаваемая в надзорные органы в жалобах и закрытых письмах, цензурируется и изымается сотрудниками оперативного отдела учреждений. Переписка с родственниками подвергается цензуре отделом спецучета, где в случае выявления информации о правонарушении, письмо также изымается. Об отправке корреспонденции осужденные не уведомляются и не расписываются в бланке. В связи с этим, основное количество заявлений о пытках и жестоком обращении к осужденным поступает по телефонной связи либо от родственников и лиц, освободившихся из исправительного учреждения.

    Проблематично также доказывание выявленных фактов применения к осужденным физической силы, так как большинство заявлений об избиениях поступает спустя продолжительный период времени, в течение которого телесные повреждения исчезают. Работники же медицинской части учреждений, находясь в подчиненном положении, отказываются либо уклоняются от освидетельствования и фиксации побоев. Поэтому доказывание факта применения к осужденным насилия, главным образом, основывается на свидетельских показаниях.

    Существенной проблемой является оказание давления сотрудниками отдела безопасности учреждений на осужденных, заявивших о применении к ним пыток. Так, при допросах надзорными органами осужденные, как правило, отказываются от заявленных в жалобах требований и обвинений. Существенной проблемой является также неприменение на практике закона "О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства" от 20.08.2004 г., в соответствии с которым заявителям о преступлении и их свидетелям не обеспечиваются безопасные условия отбывания наказания. Фактически перевод осужденных, обратившихся с жалобами на применение к ним насилия, в иное учреждение не представляется возможным.

    Негативным фактором, влияющим на возможность привлечения сотрудников исправительных колоний к уголовной ответственности, является формальная работа прокуратуры. Так, из 13 сообщений о преступлениях, местными прокуратурами по надзору за ИУ по результатам проведенных проверок было вынесено лишь одно постановление о возбуждении уголовного дела. В остальных случаях для возбуждения уголовного дела было необходимо прибегнуть к процедуре ознакомления с материалами доследственной проверки и обжалования принятого решения в вышестоящий орган.

    Положительными нововведениями Пермского правозащитного центра можно назвать практику борьбы с применением к осужденным физической силы и спецсредств в ходе проверок колоний отрядами специального назначения "Медведь" при ГУ ФСИН по Пермскому краю. В 2006 г. Правозащитному центру удалось инициировать возбуждение по данному факту уголовного дела, в то время как на протяжении 2004-2005 г.г. ввод в исправительные учреждения штурмовых групп отряда специального назначения признавалось законным и обоснованным мероприятием.

    Также положительной и уникальной практикой является практика участия Пермского регионального правозащитного центра на стадии доследственной проверки. В частности, в случае обращения Правозащитного центра с заявлением в интересах осужденного или группы осужденных, организация выступает в качестве полноправного участника процесса, наделенного правом ознакомления с материалами доследственной проверки, обжалования ответа прокуратуры по факту заявления и т.д.

    Рекомендации

    Для предотвращения распространения практики применения пыток и жестокого обращения к осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы, возможно и необходимо проведение следующих мероприятий:

      - введение документированной системы уведомления осужденных об отправке и получении ими корреспонденции;

      - проведение проверок по жалобам осужденных на пытки и жестокое обращение непосредственно прокуратурой субъекта РФ для исключения корпоративных взаимосвязей местных прокуратур с сотрудниками администрации исправительных учреждений;

      - введение практики перевода осужденных, обратившихся с заявлением о применении к ним физической силы и специальных средств, в иное исправительное учреждение/следственный изолятор УИС;

      - снабжение дежурных частей исправительных учреждений стационарной телефонной связью;

      - обеспечение возможности использования осужденными услуг учреждений здравоохранения.

    К мерам предотвращения пыток и жестокого обращения в местах лишения свободы можно отнести ротацию кадров, которая фактически представляет собой действия, направленные на снижение массовости указанных явлений. Например, полная замена персонала учреждений. Ситуация с соблюдением запрета пыток и жестокого и унижающего обращения в пенитенциарных учреждениях может улучшиться только в случае систематического проведения мероприятий по общественному контролю в сочетании с мерами просветительского характера (просветительские мероприятия для сотрудников ИУ).

     

    Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


    [an error occurred while processing this directive]
  •  Главная / Доклады / Доклад за 2006 год






    При использовании материалов с сайта Пермского регионального правозащитного центра ссылка на prpc.ru обязательна.