Логотипы ПРПЦ и ПГП

 

Дополнение к докладу
"О положении правозащитников и неправительственных правозащитных организаций в России в 1999-2002 гг."

1 августа 2002 г.

 

Новые факты преследования правозащитных организаций в Краснодарском крае

"Дело" "Краснодарского правозащитного центра", станица Ленинградская
25 марта 2002 года Региональная общественная организация "Краснодарский правозащитный центр" (далее - Центр) информировал общественность Краснодарского края (региональные СМИ, некоммерческие общественные объединения, органы власти и т.п.) о проведении 27.03.2002 г. в городе Краснодаре пресс-конференции по поводу выхода ежегодного Доклада "О положении с правами человека в Краснодарском крае в 2001 году". Этот доклад был подготовлен Центром в партнерстве с Московской Хельсинкской группой в рамках общероссийского проекта "Мониторинг прав человека в России". Текст доклада был направлен Центром в региональные и федеральные органы власти, в том числе и начальнику Главного управлению министерства юстиции РФ по Краснодарскому краю (далее по тексту - ГУМЮ по КК). Направление этого "независимого представления" в государственные органы рассматривается Центром, как одна из форм взаимодействия некоммерческих организаций с государством в целях продвижения России к демократии и формирования открытого правового общества, о котором Президент России В.В. Путин говорил на Гражданском Форуме в Москве в ноябре 2001 г.

24 мая 2002 года после повторных фактов неправомерного давления со стороны властей Центр получил копию искового заявления ГУМЮ по КК в суд о приостановлении деятельности Центра на три года.

Основные претензии власти края высказывают именно к подготовленному ими докладу о положении с правами человека в регионе и к критической позиции правозащитников в отношении действий краевой администрации и правоохранительных органов. Как утверждается в исковом заявлении Управления юстиции, "анализ этого документа свидетельствует о том, что он выполнен с нарушениями действующего законодательства... Федеральный Закон "…об общественных объединениях" не наделил формирования граждан полномочиями оценивать деятельность государственных органов и распространять эту информацию". Это фундаментально противоречащее международному праву, Конституции России и федеральным законам суждение, казалось бы, не должно звучать из уст представителя такого органа, как Министерство юстиции.

Не менее удивительно читать противоречащие здравому смыслу и закону утверждения чиновника о том, что "кроме того, общественное объединение не может обладать достаточно полными сведениями, позволяющими объективно оценить работу государственных органов. … Рекомендации по итогам доклада, данные правоохранительным и другим государственным органам, по своему содержанию носят характер указаний и выходят за пределы полномочий, предоставленных общественным объединениям".

Завершается исковое заявление Управления Министерства юстиции сугубо политической, а не правовой оценкой, что демонстрирует истинные причины действий краснодарских властей в отношении правозащитников - их желание подавить любую критику властей и независимую позицию: "Анализируя вышеизложенное, можно предположить, что, пользуясь правовой неосведомленностью граждан, авторы намерено использовали недостоверные данные, не основанные на законе суждения с целью создания негативного впечатления о деятельности правоохранительных и других государственных органов. Это, в свою очередь, может способствовать дестабилизации обстановки в крае. Таким образом, содержание и факт распространения доклада направлены не на защиту прав человека, как это указано в целях и задачах общественной организации, а на распространение клеветнических измышлений и не основанных на законе выводов в адрес правоохранительных и других органов государственной власти".

На основании этих выводов Управление юстиции просит суд приостановить деятельность организации на три года. Это, по сути, является попыткой ликвидации ведущей правозащитной организации края. Такого срока приостановления деятельности организации российскими законами не предусмотрено. Фактически Центр хотят закрыть за аргументированное, подкрепленное данными мониторинга выражение своей позиции о ситуации с систематическим нарушением прав человека в крае и критику действий властей.

В 1999-2000 гг. этот же коллектив подвергался мощному преследованию и давлению со стороны властей, в результате которого существовавшая тогда неправительственная организация "Краснодарская краевая ассоциация по защите прав человека" - предшественник нынешней - была ликвидирована как не прошедшая перерегистрацию под надуманными предлогами. Но правозащитники не сдались, создали новую организацию и продолжают свою независимую деятельность. Сейчас мы наблюдаем новую волну репрессий, направленную на окончательное прекращение деятельности этого коллектива и ликвидацию их новой организации.

"Дело" Международного общества турок-месхетинцев "Ватан", г. Абинск
В июле 2002 г. Международное общества турок-месхетинцев "Ватан", зарегистрированное в г. Абинск Краснодарского края, получила копию искового заявления Главного управления Министерства юстиции в суд о ликвидации на основании того, что она "не выполняет свой устав в части организации репатриации турок-месхетинцев в Грузию". Этот иск был направлен вскоре после того, как управляющий делами этого общества Сарвар Тедоров направил обращение на имя Президента России В.В. Путина с просьбой принять срочные меры для прекращения нарастающей дискриминации месхетинских турок в Краснодарском крае по этническому признаку, признать их, как того требует российский закон, гражданами Российской Федерации, положить конец развязанной краевыми властями в СМИ кампании по созданию "образа врага" в лице турок и предотвратить планы краевых властей по депортации из региона членов этого бесправного этнического меньшинства.

"Дела" Фонда "Школа Мира" и Комитета по правам человека в г. Новороссийске
"Новороссийский комитет по правам человека" и Новороссийский городской общественный фонд "Школа Мира" принимали участие в информационном освещении голодовки турок-месхетинцев в селе Киевское Крымского района Краснодарского края, которая началась 22 июня 2002 года. 25 июня руководитель фонда "Школа Мира" Вадим Карастелев и пресс-секретарь фонда Алексей Кравченко получили приглашение от начальника отдела по межнациональным отношениям администрации Краснодарского края Александра Ивановича Шустенкова прибыть в Краснодар для встречи по поводу голодовки.

В связи с тем, что В. Карастелев в это время находился в станице Ленинградской с визитом помощи правозащитной организации "Краснодарский правозащитный центр", то на встречу в Краснодар поехал только Алексей Кравченко.

На встрече 26 июня от администрации края участвовали: А. Шустенков, его заместитель и человек, отказавшийся представиться (поскольку он говорил о турецких шпионах и имел военную выправку, новороссийские активисты предполагают, что это был сотрудник ФСБ).

В разговоре Алексею Кравченко собеседники дали понять следующее:

  • как только будет принят Закон РФ "О противодействии экстремистской деятельности", он будет использован против несогласных с политикой губернатора А. Ткачева, в том числе против правозащитной организации "Школа Мира". (Не лишним будет вспомнить, что осенью 2001 г. на конференции общественно-политического движения "Отечество (Кондратенко)" в г.Краснодаре губернатор края А.Т качев заявил, что "на Кубани нет места для цыган, турок-месхетинцев, курдов и инакомыслящих");

  • если новороссийские правозащитники согласятся оказывать давление на международное сообщество с тем, чтобы Грузия забрала к себе турок-месхетинцев, то тогда со стороны краевых властей общественникам будет предоставлена любая возможная поддержка.

    В тот же день 26 июня и 27 июня на финансируемых из краевого бюджета телеканалах (Программа "День Кубани" на РТР и 25-й канал) вышли телевизионные сюжеты о голодовке турок-месхетинцев, которые сопровождались следующим текстом: "Голодовка в селе Киевском была организована экстремистами из общества турок-месхетинцев "Ватан" при помощи Вадима Карастелева, руководителя новороссийского фонда "Школа Мира" на деньги иностранных государств, и это является грубым вмешательством во внутренние дела Краснодарского края".

    1 июля в помещении фонда "Школа Мира" появились два представителя регионального управления по борьбе с организованной преступностью, которые, ссылаясь на некий звонок от начальства из Москвы и без предъявления письменного запроса, потребовали предоставить Устав, списки членов организации и партнеров, а также указать все источники финансирования.

    2 июля Алексея Кравченко пригласил на встречу некий знакомый, который дал ему прослушать ряд телефонных переговоров, в т.ч. интервью, которое сотрудники Фонда брали по телефону у депутата Законодательного собрания Краснодарского края Леонида Федоровича Телелейко о политике губернатора Ткачева. Ему также дали прослушать записанный на пленку телефонный разговор двух неизвестных мужчин, которые ведут речь об операции против "борсуков" (Алексей Кравченко в пресс-релизах подписывался псевдонимом "Матвей Борсук"). 3 июля за Алексеем Кравченко была устанавлена слежка, в которой, судя по ее непрофессионализму, участвуют казаки.

    16 июля заместитель прокурора г. Новороссийска Марина Грибова по телефону потребовала срочно предоставить Устав и другие документы автономной некоммерческой организации "Новороссийский комитет по правам человека". Твердая позиция правозащитников вынудила правоохранительные органы сделать положенные по закону письменные запросы на получение документов, которые и были сразу же переданы.

    В этом и во всех других случаях давление, запугивание и преследование правозащитных организаций со стороны властей Краснодарского края начинается именно тогда, когда активисты неправительственных организаций высказывают критические суждения о положении с правами человека в регионе и действиях властей в этой сфере, распространяют свои материалы, информируют общественность и СМИ о проблемах в области прав человека и призывают федеральные власти принять надлежащие меры, т.е занимаются именно тем, чем и должны по закону и по смыслу заниматься правозащитные организации - контролировать соблюдение прав человека, обращать внимание на нарушения, высказывать рекомендации об их устранении и призывать власти выполнять свою роль по обеспечению прав человека. Власти Краснодарского края, будучи сами источником множества нарушений прав человека, не могут смириться с основанной на законе независимой позицией и деятельностью правозащитников и используют любые, в том числе противоправные, средства, что им в этом помешать.

     

    Выводы

    1. В последние три года положение неправительственных правозащитных организаций в России ухудшилось. На федеральном уровне их деятельность ограничивается принимаемыми федеральными законами, в частности, в отношении перерегистрации, налогообложения и участия неправительственных организаций в судебном процессе. В правоприменительной практике неясности и противоречивые положения нового законодательства трактуются, как правило, не в пользу неправительственных организаций.

    2. Органы исполнительной власти, особенно на региональном и местном уровне, подвергают правозащитные организации различным формам давления, вплоть до парализации их деятельности путем отказа в перерегистрации, многочиcленных необоснованных проверок их работы, выселений из арендуемых помещений, распространения порочащей информации и т.д.

    3. Активисты-правозащитники нередко становятся объектами преследований и запугиваний, в том числе путем возбуждения против них уголовных дел и осуждения их по уголовным статьям, объявления психически больными, проведения принудительной психиатрической экспертизы, принудительного помещения в психиатрические стационары, угроз физического насилия, задержания и избиения сотрудниками милиции, увольнения с работы, отчисления из ВУЗов и др. Прослеживается достаточно четкая связь между критическими выступлениями правозащитников в отношении властей и ответными акциями в их адрес; нередко представители органов власти открыто подчеркивают эту связь. Случаи физического насилия в отношении правозащитников, в том числе и со смертельным исходом, не расследуются властями должным образом; виновные в результате проведенного расследования, как правило, не бывают установлены.

    4. Практика давления и преследования правозащитников инспирируется и проводится, обычно, на уровне местных и региональных властей, однако она не получает должной оценки и реакции со стороны федеральной власти, несмотря на многочисленные обращения неправительственных организаций и публикации в СМИ. Это бездействие можно расценивать как попустительство, а местными властями отсутствие реакции федеральной власти на их действия нередко рассматривается как поддержка и поощрение практики преследования и давления на правозащитников.

    5. Особенно тревожно положение правозащитных организаций и активистов-правозащитников в двух регионах на юге России - Краснодарском крае и Чечне. Краснодарский край печально известен своей авторитарной властью, практикующей многочисленные нарушения прав человека, в том числе в области расовой дискриминации, и практически поставившей под полный контроль региональные СМИ. В Краснодарском крае деятельность правозащитных организаций, регистрирующих эти нарушения и привлекающих к ним внимание российской общественности, служит постоянным объектом давления и репрессий. Работа правозащитных организаций в Чечне сопряжена с риском для жизни и здоровья; в результате незаконных задержаний активистов-правозащитников федеральными силами, их арестов, помещений в фильтрационные лагеря, избиений, отказов в оказании медицинской помощи задержанным, обысков офисов и конфискации имущества и документации НКО, важнейшая деятельность правозащитников в регионе с массовыми и наиболее вопиющими нарушениями прав человека в России оказывается практически парализованной.

    6. Особое беспокойство в свете состояния с правами человека в России в целом и положения правозащитников, в частности, вызывают так называемые "шпионские процессы", развернутые ФСБ и прокуратурой в отношении активистов-экологов и правозащитников, исследователей, ученых, журналистов и др., общающихся и сотрудничающих с зарубежными коллегами. Такие процессы - один из самых вопиющих нарушений прав человека со стороны федеральной власти. Эти действия силовых структур направлены на то, чтобы вновь сделать Россию государством, закрытым от остального мира, а активистам НКО, ученым, журналистам перекрыть каналы взаимодействия с зарубежными коллегами. Достижению этой цели способствует и такое новое явление, как отказы в выдаче въездной визы, объявление персоной non grata и депортация активистов и сотрудников иностранных правозащитных организаций, работавших ранее в России.

     

    Пожелания к Специальному представителю Генерального секретаря ООН по положению правозащитников во всех частях мира

    Мы обращаемся с просьбой к Специальному представителю Генерального Секретаря ООН по положению правозащитников предпринять следующие действия:

    1. Сделать официальное заявление о положении правозащитников и правозащитных организаций в России, особо подчеркнув обеспокоенность в отношении бездействия федеральных властей в связи с давлением и преследованием правозащитников со стороны российских региональных и местных властей, в особенности в Краснодарском крае.

    2. Выразить свою озабоченность осуждением Григория Пасько и так называемыми "шпионскими процессами" в целом как крайним проявлением преследований активистов-правозащитников за их профессиональную деятельность.

    3. Выразить свою обеспокоенность случаями отказов в выдаче въездной визы иностранным правозащитникам или объявлений их персонами non grata.

    4. Посетить Российскую Федерацию с целью ознакомления с делом Григория Пасько и положением правозащитников в Краснодарском крае.


  • Сайт создан в рамках программы "Интернет для регионов - 2000, 2001" при финансовой поддержке Межрегионального фонда "За гражданское общество".
    Designed by VNV