НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2006 г. / №1(100)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2006 г.

О газете
Архив

№1 (100)
Февраль

логотип газеты "Личное дело"

Вечерние беседы

Беседа четвёртая - Занавес поднимается…

Попробуем разгадать смыслы пермской пьесы Антона Чехова "Три сестры". Мне говорили, что это может быть не очень интересно для читателя газеты. А мы попробуем…

По действиям: полдень, вечер, ночь, и снова утро - снег идёт, жизнь идёт, и вдруг - гибель человека, вроде бы ни с того, ни с сего. Четыре действия - по нарастающей: именины, масленица, пожар, убийство.

Итак, поднимается занавес, в пыльный свет и мрак; блики света от прожекторов, волшебных фонарей, и в рассеянном свете софитов преображаются в драгоценности пылинки, весь этот сор, вся эта жизнь, вся эта золотая пыль, и виден дом, и виден цветной театральный воздух, напоённый ароматом этого дома….

Первое действие

На снимке: "Богатая река" Кама и мост на дороге "в Москву..." Фото С.М. Прокудина-Горского, 1910 г.
На снимке: "Богатая река" Кама и мост на дороге "в Москву..." Фото С.М. Прокудина-Горского, 1910 г.
Солнечный майский полдень. День рождения Ирины. Маша читает книгу, шляпка на коленях. Ольга: "Отец умер ровно год назад… Было очень холодно, шёл снег…так же били часы". Нужна память об отце, память рода, нужна легенда, нужно семейное предание, потому что нет ничего прочнее воспоминаний. Папа был командиром артбригады, 11 лет назад они ещё жили в Москве, и в этот день тоже был солнечный день, но все было в цвету, а здесь, на Урале, березы еще не распустились. "Уехать в Москву. Продать дом… и в Москву… Да! Скорее в Москву".

В Перми ещё осталось много людей, эвакуированных в войну и потерявших жилплощадь в Москве, Питере. Как им сладостно видеть в Перми всё, связанное с Москвой - банк Москвы на Первой Красноармейской, магазин "Московские сладости" на Борчанинова, улицу по имени Красная площадь в Мотовилихе. А у старых питерцев сердце замирает от названия магазина "Дворцовая площадь" на тесной улице Куйбышева, от строгой питерской планировки улиц, выводящих к мощной реке, текущей на запад. Закамск - та же Петроградская сторона.

…Появляется интрига - должен придти новый батарейный командир - подполковник Вершинин. Но Маша невесела, она свистит, она напевает: "У лукоморья дуб зелёный…", она домой собралась. Тузенбах: "Уходить домой с именин!" И Маша произносит ключевое слово пьесы: "Всё равно…"

Но приходит Вершинин. Он из тех людей, кто живёт в облаке влюблённости; он хорош собой, он надёжен. Он человек долга. Он тянет семью, он верен армии: дан приказ - и под козырёк. На таких держится страна.

Он помнит трёх девочек - "Как идёт время! Ой, ой, как идёт время!" Удивительно - ведь это точные слова из знаменитой песни Битлз "Облади-облада!": "Obladi, Oblada, life goes on, bra, la la, how the life goes on!"- "О, как идёт жизнь!"

Какая радость - он был в их московском доме, и его звали "влюблённым майором", и он жил в Москве, и даже на их улице. Но Вершинин тонко уловил тоску сестёр - рассказывает не об уютной Старой Басманной, а о Немецкой улице, где "…угрюмый мост, под мостом вода шумит. Одинокому становится грустно на душе… " Пауза. "А здесь какая широкая, какая богатая река! Чудесная река!"

Дело не в Каме - большой реке. Ольге просто хочется прислониться к надёжному тёплому плечу. Жалобно:

- Да, но только холодно. Здесь холодно и комары.

- Что вы! Здесь такой здоровый климат. Лес, река, берёзы...

И Маша снимает шляпку: "Я остаюсь завтракать". О, как это можно сказать: "Я (пауза) остаюсь зав-тра-кать", "Знаете что? Я ос-та-юсь завтракать".

Вершинину так хорошо в этом доме, где можно пить чай, где такие славные женщины, и жили-то в Москве на одной улице, и его на высокие слова потянуло: "Вас заглушит жизнь, но всё же вы не исчезнете… Через двести, триста лет жизнь на земле будет невообразимо прекрасной…"

Для него вот что важно - нельзя уезжать трём сёстрам из тёмного города, где к столу подают "тёмную водку" - он не шибко разбирается в питье. "Не смейте пить" - говорит Маша доктору Чебутыкину, и тот гневается - "Да не всё ли равно!"

Наконец, все за столом. Похоже, что милые сёстры ревнуют брата Андрюшу к Наташе - его девушке. Вообще-то ей нравится в прозоровском доме - "У них попросту", но дело кончается тем, что скромная пленительная Наташа выбегает из-за стола: "…не могу, не могу…". Андрей успокаивает ее: "Уверяю вас, они шутят, они от доброго сердца…Они все добрые сердечные люди…".

Объяснение в любви и, как в синематографе, - поцелуй в диафрагму.

Занавес. Продолжение следует.

Семён Ваксман
Размещено 21.02.2006

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2006 г. / №1(100)