НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2006 г. / №1(100)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2006 г.

О газете
Архив

№1 (100)
Февраль

логотип газеты "Личное дело"

Портрет

Вначале была мысль

Недолгую память оставили о себе те, кто лет 20 назад вершил судьбами половины мира. Кого, например, можно вспомнить по имени из горбачевского Политбюро бурных времен Перестройки? Буквально двух-трех человек. Ещё одного из них в уходящем году не стало. 18 октября 2005 года умер Александр Николаевич Яковлев.

Нисколько не умаляя исторической роли Михаила Сергеевича, надо признать некоторую несправедливость термина "горбачевская Перестройка". По духу, по глубинной сути она была в первую очередь яковлевской. Именно Яковлев закладывал и продвигал те взрывные идеи, что превратили очередные "меры по дальнейшему совершенствованию партийной работы" в освободительную революцию, зашедшую гораздо дальше предвиденного Александром Николаевичем.

А.Н. Яковлев
А.Н. Яковлев
Сын ярославского крестьянина сразу выделился на партийном Олимпе. Хотя бы тем, что его было просто интересно слушать. Член Политбюро ЦК КПСС, секретарь ЦК КПСС, владеющий русским языком не по курсу "как иностранного", знающий человеческие слова, уже этим вызывал глубокую симпатию (поэтому, кстати, не приходилось удивляться, что из всего тогдашнего Политбюро Яковлев выступал реже всех). А за связными словами стояли новые мысли, сводившиеся к главной: хватит мешать людям думать. И общество оживало, видя, что способность к мышлению и работе сохранилась в самом неподходящем для этого месте: коммунистической верхушке.

Яковлева отличало и то, что он единственный из всего двух тогдашних кремлевских небожителей участвовал в Отечественной войне (ещё министр обороны Дмитрий Язов), командовал на Волховском фронте взводом морской пехоты. Он не фигурально, а буквально видел лицо нацизма, знал этого врага не по плакатам, а по рукопашным боям. Может быть, поэтому его отличала особая яростная ненависть ко всему, хоть отдаленно похожему на национал-шовинизм. Эта его черта вызвала к жизни знаменитую статью "Против антиисторизма", напечатанную в 1972-м в "Литературной газете", спровоцировавшую крупное столкновение в партийных верхах (КГБ приступал к осторожным играм с коричневой идеологией как допингом коммунизма) и привело к не слишком "почетной" ссылке на место посла в Канаде.

Но на той же войне Яковлев, по его словам, впервые задумался о сути той системы, которой ему 40 лет предстояло служить. Он не понаслышке знал, как попадали в плен советские солдаты. Знал он и о том, как из немецких концлагерей попадали в советский ГУЛАГ. И наверняка не раз упрекал себя за молчание.

Как ни парадоксально, в большую политику Яковлева вернул никто иной, как Андропов. Трудно сказать, по какому принципу в 1983 г. подбирал кадры суровый генсек-чекист. Вероятно, ценил решительность и нестандартное мышление. Да и Александр Николаевич в то время нисколько не походил на реформатора-антикоммуниста. Его тогдашние тексты выдерживались в русле "мира, прогресса и социализма". Только вот писал он их не чугунным языком "партийной литературы". Даже откровенную коммунистическую байду, выходившую из-под его пера, можно было читать не только по обязанности партийного лектора-международника. Талант - это как шило в мешке.

Но реальная деятельность Яковлева, вписавшая его в историю, началась уже после Андропова. С 1987 г. он курировал в руководстве КПСС международную политику, идеологию и средства массовой информации. Резкие движения в духе Бориса Ельцина не были для него характерны, в открытую оппозицию КПСС Яковлев не уходил - к удивлению многих своих единомышленников. Но он неформально возглавил реформаторское крыло КПСС. Именно Александр Николаевич столкнул камень с горы: многофакторный комплекс, вошедший во все языки Земли под названием "glasnost" формировался под его руководством. Волей партийного бонзы в СССР утвердилась свобода слова и печати. Прозвучала и была подтверждена неопровержимыми фактами правда о коммунизме - угнетении, нищете и репрессиях. А после слов, как обычно, начались дела. Их делали уже другие люди, не всегда помнившие, чье слово было сказано вначале. А это, кстати, несправедливо: надо бы помнить.

Летом 1990 г. Александр Яковлев покинул Политбюро. К тому времени это уже практически ничего не меняло - партийная власть необратимо рушилась вместе с коммунистической системой. Некоторое время он пробыл советником президента СССР Горбачева, но Михаил Сергеевич, надо сказать, с трудом терпел около себя личностей сопоставимого масштаба. Летом 1991-го Александр Николаевич вышел из КПСС, хлестнув на прощание знаменитой максимой "хуже большевизма - большевизм" и перешел на работу в мэрию Москвы. 19 августа того же года он с пистолетом в руке шел по коридорам осажденного Белого дома - возможно, вспоминая Волхов 1942-го. Так революция мысли обернулась просто революцией.

Моральные обязательства перед Горбачевым не позволили Яковлеву принять предложения Ельцина о работе в президентском аппарате. Он возглавлял Комиссию по реабилитации жертв политических репрессий, продолжая работу, начатую еще в 1988 году. Одно время Яковлев возглавлял Первый канал (нынешнее ОРТ), но вступил в жесткий конфликт с коррумпированными группами, оседлавшими рекламу и сериалы, и вынужден был уйти. Участвовал в некоторых политических проектах леволиберального и социал-демократического толка, но ни один из них не развился в реальное движение. Гораздо большего успеха Александр Николаевич достиг в историко-философских изысканиях. Едва ли не все издания документов российской истории XX века делались при его участии.

…Что ни говори, сегодняшняя Россия - свободная страна. Настолько свободная, что некрологи на политических противников порой ставятся в колонки юмора. Уход Александра Николаевича для многих стал хорошим поводом открыть шампанское и оттянуться в остроумии. Он ведь дал для этого широчайшие возможности. Не будь Александра Яковлева, ненавидящие его наци и комми каждый четверг - был такой единый политдень от Чукотска до Аддис-Абебы - разбивали бы лбы перед портретом Яковлева А.Н., члена Политбюро ЦК КПСС, секретаря ЦК КПСС. Но ему это было не нужно. Он любил думать и потому считал, что люди достойны большего.

Иосиф Ровировский
Размещено 21.02.2006

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2006 г. / №1(100)