Логотипы ПРПЦ и ПГП

 

МУЗЫКА СЛУШАЕТ НАС

 

Не зря говорят, - искусство трогает душу. Откуда это пошло? Да с тех самых времен, когда первый человек заострил кусок древесины, обработал кость, камень, возжег первый огонь… Он стал повелевать природой, но потерял гармонию с ней. Как ностальгия по утраченному появилось искусство, и где-то в Африке зазвучал первый там-там. Человек иллюзорно восстанавливал гармонию с природой, и сегодня многогранное уже искусство дает нам отдохновение от научно-технических кошмаров бытия. Гармония была нарушена, но чувство ее живет в нашей нервной системе.

Этот наш разговор будет о не слышащих детях.

Нельзя сказать, что в СССР не уделялось внимание не слышащим детям-инвалидам. Они обучались в специальных школах-интернатах с общеобразовательной программой и профессиональным уклоном. Своеобразная программа-минимум и только. Молодой человек из такого учебного заведения вступал в жизнь, имея свидетельство о среднем образовании и начальные профессиональные навыки. Государство считало, что этого достаточно. На самом деле все было не совсем так – положение на общественной лестнице человека, утратившего слух, являлось незавидным. Сказывался дискомфорт в общении с людьми и совершенно не было самой возможности для борьбы за социальные права, что и здоровому человеку, не обладающему специальными знаниями, в те времена было не под силу.

Нужно заметить, что не слышащие дети в интернатах были очень дружны. Вне интерната ребенок испытывал на себе оскорбления, насмешки, порой побои от своих сверстников во дворе, а его родителей, чаще всего таких глухонемых, окружающие старались просто не замечать.

Сегодня, когда в РФ всерьез заговорили о демократических принципах, правовые нормы должны быть не только записаны на бумаге, но и выполнимы. Чувство равноправия необходимо "выращивать” у не слышащих с детства.

Такую цель и поставила общественная социально-просветительская организация “Согласие" под руководством Шадриной Липы Анатольевны, начав работу над проектом “А музыка звучит", после того, как в марте 2000 года ими был выигран грант ЮНИСЕФ, финансируемый Росбанком. Проект ведет Тамара Ивановна Ларикова.

Вот, что она рассказывает о проектной работе:

- Главная цель – адаптация глухих в обществе, и не только в будущем, но уже и сейчас, в детском возрасте. В России сегодня пока что неразрешима проблема прав глухого ребенка на обучение среди здоровых, хотя Саламанкская декларация (см. выдержки из текста Декларации, - кстати до сих пор полностью не опубликованного в России, - в нашей газете в №30, июнь 2000 года, - редакция), уделяет этому вопросу немалое значение. Нами намечено создание общественной организации сторонников социальной адаптации не слышащих людей, которая будет отстаивать их права прежде всего – на обучение в школах, лицеях, ВУЗах.

Работу с не слышащими детьми мы начали недавно, но на конкурсе ЮНИЕФ мы встретились с Любовью Владимировной Гущиной, музыкальным педагогом, которая уже в течение шести лет по своей инициативе работает над обучением глухих детей по классу фортепиано. Мы объединили наши усилия. Сейчас по работе Л. Гущиной готовится методическое пособие (выпуск намечен на апрель сего года) под таким же названием что и проект “А музыка звучит”. Методика, созданная ею, является уникальной.

Говорят, что музыка лечит. Действительно, опыт показал – дети быстро развиваются, у них улучшается слух, а главное – они получают некоторые навыки общения.

У нас налажен контакт с Салоном слухопротезирования (ул. Кирова, 34), где имеются лучшие на сегодня аппараты фирмы Сименс. При нашей системе взрослым людям зачастую протезироваться уже поздно. Вас, наверное, удивит тот факт, что не слышащий ребенок носит аппарат, который кажется на первый взгляд лишним при данных обстоятельствах? Но это и есть раннее протезирование с целью тренировки нерва.

В основе нашего проекта и вообще – в процессе обучения не слышащих детей музыке лежит чувствительность рецепторов, тончайших нервных окончаний. От кончиков пальцев импульс передается в корковые центры и глухой “слышит" музыку, а у некоторых детей слух улучшается. Не слышащие дети утратили слух, но ощущение ритма и мелодии осталось…

Природа задает нам массу загадок, - заканчивает свой рассказ Т.И. Ларикова, и одной из них является тот факт, что глухой человек способен воспринимать музыку, но в каком виде это выражается, не скажет даже он сам. Об этом знает природа. Несомненно, наша работа над проектом является экспериментальной.

Мы встретились с Л.В. Гущиной в небольшой уютной аудитории, где основной и, пожалуй, единственной обстановкой являются: пианино, письменный стол и несколько стульев для учеников и посетителей.

Нас встретили синие немного усталые глаза в оправе очков и добрая улыбка. Задавать вопросов почти не приходилось – она сама рассказывала о работе и творчестве в одном значении – формировании нового человека.

- Шесть лет назад, начав свою практику в работе с не слышащими детьми, чтобы самой научиться общаться с ними, я для начала взяла группу шестиклассников, убедилась на опыте, что музыкальные данные есть у всех людей от природы. Совершенно был прав древний мыслитель, сказавший: “Не мы слушаем музыку, а музыка слушает нас”. Но чем раньше начать работу с ребенком, тем результат лучше. Сейчас к нам приходят дети 4-5 лет. В студии среди 234 ребят 11 утративших слух в результате болезни, либо не слышащих с рождения. Говорят, что музыка облагораживает, – остальные дети относятся к ним с добротой и пониманием.

Первые мои ученики из школы-интерната пришли ко мне сами. Моих учеников отличает неукротимое желание познания, одаренность и раскрепощенность. Многие из них сами выбирают себе репертуар. Так, выпускница Инна Радыгина, не слышащая от рождения, уже сегодня бегло читает, может говорить и очень любит исполнять романс на слова А.С. Пушкина “Я вас любил”. И это – не механическое исполнение, ведомое ровным голосом, здесь явно чувствуется тональность. В свой репертуар она включила пьесы “Маленький негритенок” Дебюсси и “Мой любимый” Гершвина.

А Надежде Никитиной нравится Моцарт. Девочка удивительно чувствует контрасты. У нее есть эффект восстановления слуха. "Очи черные" – ее любимый романс.

Сергей Сарамбойкин по ритму включил в свой репертуар пьесу джазового характера “Микки-маус". Очень способный мальчик.

Мы готовим к исполнению в восемь рук "Марш Черномора” из оперы Глинки "Руслан и Людмила". Вещь сложная: велика глубина тональности, а переливы колокольчиков даны в многоголосье, что еще труднее. Уже сейчас дети, прошедшие шестилетний курс обучения, способны исполнить пьесы Моцарта и Бетховена, и ноты для них совсем не темный лес.

Кроме музыки мы прививаем детям необходимые в жизни навыки. Я, например, говорю им: "Ребята, не стесняйтесь объяснять в городском транспорте, в магазине словами или письмом людям, с которыми общаетесь, чтобы они вели свою речь медленно и предельно разборчиво. Это облегчает контакт. Самое главное – не забывайте, что вы – такие же люди, как и все прочие!".

Разумеется, работать необходимо не только с детьми, но и с родителями, с учителями и воспитателями школы-интерната, в чем те и другие заинтересованы. Недавно для них был проведен открытый урок с показом разработанной методики: не слышащая девочка, совершенно не знакомая с музыкой, после 15-20 минутной подготовки почувствовала нотный текст. И по ее реакции это было убедительно.

В комнату вошли две девчушки лет 12, кивнули нам светлыми стрижеными головками, здороваясь, уселись за пианино и стали внимательно изучать ноты.

- Вот, какие они у меня умницы и красавицы, - улыбнулась Любовь Владимировна, - Вы знаете, когда проходил 1-й областной фестиваль под названием “Я все могу", профессиональные музыканты, прослушав наших исполнителей, спросили: "Почему играют здоровые дети?”. Да, играют, глядя на свои ручонки, слушают, прижав ладони к крышке фортепиано, но свободно исполняют мелодию по нотам. И танцуют без проблем, слушая музыку ногами. Приходите к нам на репетицию, и они вам покажут, как нужно учить взрослых удивляться…

Мы присутствовали на уроке в студии дома творчества юных. Открылась дверь, и в зал вошли 12-летний Сергей Сарамбойкин и его мама Римма Евгеньевна. Мальчик кивнул, внятно произнес “Здравствуйте", сел за фортепиано, и стены студии раздвинул марш Глинки, знакомый нам с детства. Музыка течет чисто, без ошибок. Сергей очень мало смотрит в нотную тетрадь, больше - на руки. У него очень чувствительные пальцы. Но вот, допущена первая ошибка, и Любовь Владимировна топнула ногой. Музыка остановилась, мальчик повернул голову в нашу сторону. Педагог подошла к нему, взяла его руку в свои, поднесла к губам и стала объяснять ошибку. Ребенок кивает головой. Некоторое время учитель играет вместе с ним в четыре руки. Затем Сергей сам вступает в свою партию, которую ведет уже без помарок.

И, наконец, вот он, Черномор, - грозный длиннобородый карлик, воплощение злого волшебства, но в противовес вселенскому злу включаются другие, добрые силы… И Сергей чувствует музыку, которую он исполнил, испытывает удовольствие от нее: губы его трогает легкая улыбка.

Кроме марша, Сергей исполнил шуточные вариации на тему “Жил-был у бабушки серенький козлик” Гедике и пьесы № 2 и 4 того же композитора. А обучается в студии он всего лишь три года!

Вот, за фортепиано мы видим Воженину Настю 9 лет. Она обучается первый год. В студию ее приводит мама Марина Анатольевна, которая рассказала нам, что уроки музыки идут на пользу ее ребенку не только в смысле познания, - девочка стала менее замкнута, повысилась ее активность в общении с родителями и сверстниками. А любознательность ей присуща буквально с пеленок…

Настя очень сосредоточена: она пытается исполнить впервые предложенный ей педагогом “Детский танец". Любовь Владимировна объясняет ей жестами значение музыки на нотном стане, и девочка сначала неуверенно, но все быстрее и быстрее воспроизводит звуки. И это еще одна победа музыкального педагога и ее ученицы…

... По клавишам бегают восемь рук. Идет репетиция “Марша Черномора". За фортепиано Сережа Сарамбойкин, Надя Никитина, Инна Радыгина, Даша Лазарева. Звучит серьезная музыка и, кажется, пушкинские герои заполняют студию. Тяжело, значимо шагают сказочные злые силы, шествует свита Черномора.., но вместе с этим…

С музыкой приходят воспоминания. По сумрачно осенней свердловской улице движется колонна детишек: одинаково неказистые, непонятные по цвету и рисунку пальтишки с цигейковыми воротниками, суконные шапки-ушанки, грубые ботинки неуверенно меряют шаги, словно боятся преступить незримую черту, за которой таится некая смертельная опасность. Одежда даже не подобрана им по росту: одним - коротка, другим - длинна. На бледных личиках - тупая отчужденность, но черты обострены. Дети идут парами. Сзади и спереди колонны - воспитатели с красными флажками в руках.

- Они такие злые.., - шепчет мне кто-то, показывая рукой на детей.

А я не понимаю - почему? Мне хочется возразить, сказать, что это просто несчастные в своей беде дети, и беда-то эта заключается в том, что они не такие, как все, дети свердловской школы-интерната начала шестидесятых. Я снова в студии творчества юных, где совсем не сказочную борьбу со злом ведет музыкальный педагог Любовь Гущина, и медики из “Согласия" на основе науки помогают ей в этом. Я вижу улыбки на лицах глухих маленьких музыкантов, которые счастливы в мире звуков, в искусстве. Это живые люди с тонкой душой, которую формирует музыка, а не серые тени из нашего детства.

Юрий Мильчаков



Сайт создан в рамках программы "Интернет для регионов - 2000, 2001" при финансовой поддержке Межрегионального фонда "За гражданское общество".
Designed by VNV