НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2001 г. / №9(44)

НАША ГАЗЕТА "ЗА ЧЕЛОВЕКА". 2001 г.

О газете
Архив

№9(44)

логотип газеты "За человека"

Мой милый, лишь бы не было войны...

Тревога по недоразумению

В тихий предрассветный час в апреле 1988 года в миллионной Перми по местному радиовещанию вдруг прозвучали грозные слова: "Граждане! Воздушная тревога!... Граждане! Воздушная тревога!" Плохо соображающие со сна горожане, лихорадочно припоминали, что же нужно делать в такой тревожной ситуации. Те, кто хотел еще пожить, и знал, куда бежать, бросились к бомбоубежищам. Однако на двери подземных сооружений их поджидали замки и таблички с сообщением: ключ у дежурного слесаря, телефон такой-то. Слесаря же отвечали: команды не было, а потому открывать бомбоубежища и пускать, кого ни попадя, они не имеют права. Люди нервничали, кто-то хватался за сердце...

А произошло все из-за банальной плановой проверки состояния гражданской обороны. За два дня до ее проведения начальник областного штаба ГО Е. Шмелев решил проверить боевую готовность руководства состава своих служб. Ну а чтобы это было для них полной неожиданностью, Евгений Михайлович позвонил на пульт дежурному не из штаба, а из своей квартиры, чем совершенно обескуражил дежурившего в те сутки полковника в отставке А. Облицова. Облицов занервничал и стал нажимать подряд на все кнопки: сначала он поднял из теплых постелей областное руководство, а потом, добравшись до сигнала "воздушная тревога", и весь город. Когда взбешенный Шмелев приказал отключить "воздушную тревогу", Облицов послушался, но зачем-то врубил сирену.

Особых разрушений в городе в то утро не случилось, но инфаркты были. Пострадал Шмелев, уволенный от должности по требованию бюро Пермского обкома КПСС. Но ни на самом бюро, ни после всерьез не говорилось о том, что же выявила эта воздушная тревога, объявленная по недоразумению. Однако в новых районах люди не знали, куда прятаться, так как здесь нет бомбоубежищ, а подвалы домов, если не были отданы коммерсантам, оказались затоплены водой и заполнены комарами.

Случилось это в советское время, когда готовности страны и населения к войне уделялось особое внимание. Предмет под названием "Гражданская оборона" изучали не только в школе, но и в вузах. На предприятиях неустанно проводили разного рода учения. И даже при таком вот ответственном подходе к важному делу, оказались не готовы к испытаниям. С тех пор состояние гражданской обороны доходило до летального, а теперь, как утверждают специалисты, стало идти на поправку.

Удобная секретность

Что же все-таки происходит с гражданской обороной в наши дни, когда, используя эту тему, снимают рекламный ролик напитка "Фиеста"? Ну не принимают рекламщики и наш беспечный и наивный народ всерьез угрозу терроризма. С помощью спецслужб выяснилось, что у пермяков отсутствует еще и бдительность. Это показала следующая операция ФСБ: офицер-контрразведчик, одетый в телогрейку и вооруженный автоматом, спрашивал у горожан дорогу к "Пермнефтеоргсинтезу", расположенному в Осенцовском промышленном узле. Если там грохнет, то жертвы будут весьма многочисленны. Но никто не сообщил в милицию о подозрительном мужчине. Никто не обращал внимания и на белый порошок и бесхозные пакеты, специально оставленные чекистами в городском транспорте.

Я живу в микрорайоне, расположенном километрах в пяти от тех самых Осенцов, поэтому меня заинтересовал вопрос, а что собственно должна делать моя семья, если вдруг возникнет реальная угроза нашей безопасности. Звоню в районный штаб по ГО, сотрудники которого не настроены на откровенность, ссылаются на секретность, и норовят послать меня то в областное управление по ГО и ЧС, то еще куда-то. Объясняю, что я везде уже побывала, и в конце концов, как добропорядочная гражданка и налогоплательщица, имею право знать, где находится ближайшее к моему дому бомбоубежище. Доводы возымели действие. Занавес секретности приподнят, а там.... Оказывается, в новом микрорайоне, где я живу, как не было бомбоубежищ, так и нет. Дорого. Но в трудную минуту нас, якобы, не бросят. Существуют планы вывоза. Каждый работающий пермяк учтен в отделе кадров предприятия, семья эвакуируется вместе с ним. "А пенсионеры, - спрашиваю я, обеспокоенная судьбой родителей. "Они числятся за жилищными управлениями", - следует ответ. "То есть там есть освобожденный работник, отвечающий за гражданскую оборону?" "Нет, он уволился". Кстати, не на всех предприятиях есть и отделы кадров.

Так, попробуем разобраться. 219 убежищ в Перми могут принять 91,81 тыс. человек. Остальных должны вывезти на территории сельских районов. Как утверждают в главном управлении по делам ГО и ЧС Пермской области: "транспортное обеспечение проведения эвакуационных мероприятий железнодорожным, речным и автомобильным транспортом соответствует нормам и удовлетворяет потребности в перевозках на 100%". Вот как? Железнодорожники - известные в Прикамье беспредельщики - и в мирное-то время могут в любой момент без предупреждения отменить несколько электричек. Плевали они на дачников, нервно снующих с рюкзаками по перрону, ну и что, что до следующей электрички часа три, подождут. Вот и не верится, что железная дорога в моменты суровых испытаний, сопровождаемые, как показали нью-йоркские события 11 сентября, полной неразберихой и деморализацией, сохранит спокойствие и не отменит эвакопоезда.

Что же касается речного транспорта, то и тут надежда на спасение отсутствует. Судоходная компания находится в состоянии войны за собственность в течение многих лет. И где там что, какие такие суда, и в чьих иностранных руках они пребывают, не в состоянии разобраться даже прокуратура.

Оборонцы утверждают также, что весь автотранспорт учтен военкоматом и готов по первому зову сердца и по велению ГО вывезти народ в безопасное место. Так ли это? Вспоминается недавняя история с пермским грузовым автопредприятием №3, предназначенным для обеспечения мобилизационого задания. Комитетом по управлению государственным имуществом администрации Пермской области было передано в хозяйственное ведение этому предприятию более 130 автомашин. Директор предприятия Николай Матвеевич Подкорытов, не согласовывая свои действия с администрацией, часть машин продал частным лицам и организациям, часть списал, как не пригодные к эксплуатации. Есть и радостное известие, господин Подкорытов не забыл о себе, поставив на личный "ЗИЛ" двигатель со списанной и снятой с учета государственной машины. Он-то сумеет эвакуироваться вовремя. Доведя предприятие до банкротства, Н.М. Подкорытов просит областную администрацию передать жалкие остатки мобилизационной колонны в свое частное предприятие, созданное на базе разоренного государственного. Так вот благодаря господину Подкорытову целый батальон будет добираться до места своей дислокации пешком. Хотелось бы, чтобы в его рядах топал и Николай Матвеевич.

И это не далеко не единственный случай, когда с мобилизационным резервом предприимчивые люди обращаются, как со своим собственным добром. Так в ходе затянувшегося конфликта между "Межрегионгазом" и котельной "Велта-тепло" (в результате которого без горячей воды остались жители трех микрорайонов - 70 тысяч человек, 2 медсанчасти, несколько детских садов и школ), неожиданно выяснилось, что в акционерном обществе "Велта" значительно уменьшился мобилизационный запас металла. Городское УВД возбудило уголовное дело по этому факту, возможно, в ходе следственно-оперативных действий всплывет и еще кое-что.

Статья 6. Закона "О государственном резерве" гласит, что только "по разрешению федеральных органов исполнительной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, которыми установлены мобилизационные задания, предприятиями, учреждениями и организациями могут в исключительных случаях заимствоваться до 30 процентов имеющихся запасов материальных ценностей мобилизационного резерва на срок до трех месяцев". Причем не бесплатно, а "за несвоевременный возврат в государственный резерв заимствованных материальных ценностей получатель уплачивает штраф в размере 100 процентов стоимости невозвращенных материальных ценностей и пеню в размере 0,5 процента их стоимости за каждый день просрочки до полного выполнения обязательства".

Где же тот орган, который должен следить за выполнением сурового, но справедливого закона? Он есть. Это глубоко законспирированная организация под названием Западно-Уральский территориальный отдел Приволжского управления государственного резерва. Звоню туда, чтобы получить комментарии по волнующему меня вопросу о разбазаривании мобилизационного резерва автопредприятием №3 и АО "Велта". Руководитель отдела оказался в отпуске, исполняющий его обязанности господин А.С. Деревнин тоже находился в отлучке на неделю. Некая Нина Ивановна, работающая экономистом, заменяющая всех, не смогла ответить ни на один из моих вопросов по причине неосведомленности. Но с испугу она выдала мне телефон главного специалиста отдела мобилизационных резервов О.А. Хомутовой, начальник которой в тот момент находился в командировке в Москве. Полная уверенности в своей правоте Ольга Александровна отказалась объяснять, чем занимается ее служба, утверждая, что на выдачу каких бы то ни было сведений нужно заручиться разрешением Приволжского окружного управления, а те в свою очередь непременно обратятся за разрешением в Госкомрезерв. Такая вот удобная для чиновников секретность, в тени которой можно тихо посапывать.

Секретность плотно окутывает деятельность контор, отвечающих за нашу безопасность: даже тот факт, что на все население Перми, включая детей, имеются противогазы, является секретным. Как и то, что "создание и содержание в целях гражданской обороны запасов материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств соответствует предъявляемым требованиям", то есть их хватит на всех. Но противогаз - предмет индивидуального пользования, в нем польза только тогда, когда он подогнан по голове. В случае реальной угрозы подгонкой просто некогда будет заниматься.

Как выяснилось, гражданская оборона бесконечно далека от народа. Даже в областной администрации при приеме на работу чиновникам не объясняют, что они должны делать в случае угрозы нападения противника или в какой-либо иной чрезвычайной ситуации. Что значит, "семья прикреплена к главе"? А если члены семьи находятся в разных концах города? Всех повезут в разные места? Кого-то может быть такая перспектива и порадует, но не меня. Потыкавшись по кабинетам в поисках ответов на свои простые жизненно важные вопросы, я еще больше стала сомневаться в нашей способности в минуты суровых испытаний суметь выжить и спасти близких.

И вот уже который день пытаюсь вспомнить слова некогда популярной песни В. Толкуновой, но вспоминается почему-то только припев, вынесенный в заголовок. А может, в штабе ГО подскажут текст? Надеюсь, это - не секретные сведения.

Ирина Артемова

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2001 г. / №9(44)