НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2001 г. / №10(45)

НАША ГАЗЕТА "ЗА ЧЕЛОВЕКА". 2001 г.

О газете
Архив

№10(45)

логотип газеты "За человека"

Master

    И все существованья, все народы
    Нетленное хранили бытие,
    И сам я был не детище природы,
    Но мысль ее! Но зыбкий ум ее!
    Николай Заболоцкий
    "Вчера, о смерти размышляя"

Сегодня демократические государства-правопреемники Великих империй, перемолотивших миллионы человеческих судеб, оставшимся живым тысячам пытается возместить ущерб. Что при этом компенсируется: вред здоровью, моральные издержки, разорванные семейные связи, несостоявшиеся надежды, потерянная вера или невостребованность даров от бога, которые человечество недополучило от невозможности их воплощения в жизнь теми, кого сегодня называют "жертвы политических репрессий"? Статус - формальность. Жертвами античеловеческих политических технологий по праву могут считать себя люди числом в миллиарды. А счет по-прежнему открыт. Не одна идея, бог или закон в истории человечества не могут пока похвастаться отсутствием кровавого следа.

Мастер и каурма (поставить ударение)
Мелким, серым растром сыплет октябрьский дождь. Мастер курит у дверей распахнутого балкона и смотрит на площадь у Дворца молодежи. Только что, живописно жестикулируя, он рассказывал о своей жизни. Отвлекся на погасшую сигарету в длинном мундштуке и задумчиво замолчал. Утонул в воспоминаниях. Семьдесят пять лет, без четверти век. Есть, что вспомнить. Но не все укладывается в рассказ. Так не хочется теребить душу воспоминаниями о событиях, которым не всегда дается однозначная оценка. В далеком прошлом: боль горечи и унижений от бессмысленных, с человеческой точки зрения, ударов судьбы. То, что память хранит ближе, не всегда безмятежно и радостно, но понятно. Оттого воспоминания: с грустью, но легкой и светлой.

- Ай, посмотри, да, - оживляется Мастер, и в глазах вспыхивают лукавые огоньки. - В 62-м, когда в Чайковский приехал, на этой площади картошку сажали. Мастерская была на Ленина, 26, - и Мастер показывает в сторону дома со светящейся вывеской "Оптика", - какой красавец стал город, да?!

В городе Мастера зовут на русский лад - Сергей Александрович. Тот, кто удостоен особой чести, зовет Сережей. Сеитджалиль Сеитаблаев. Благодаря его таланту и искусству многие нашли свое лицо. Приобрели свой индивидуальный стиль. В эпоху казарменной унификации на это шли немногие. И шли они не ко многим мастерам, а именно к нему, Мастеру. Потому что он не только знал и умел, он чувствовал.

Шестнадцать минус десять
Страна гремела фанфарами индустриализации и тюремными наручниками. Общество, поставившее на себе невиданный доселе эксперимент, оставляло право производить и слышать только тот гром, что ближе к телу. Государство, что разводило пары в титаническом котле действительности, решительно каждому отводило место: "Если не с нами, то против нас". Столетиями формируемый уклад жизни в уединенных горных селениях Крыма для республики был не просто нежелателен, он был опасен. Изюминка Великой Империи перешла по наследству Империи не менее Великой, но более жестокой в своей революционной целесообразности. Какое дело было десятилетнему мальчику и татарской семьи до грандиозных социальных потрясений у подножия гор? Далеко внизу, за пределами стен родного дома, крепости десятка поколений предков. Но мудрый отец сказал, и Сеитджалиль принял, как должное.

Не успел мальчик за пять лет в интернате под Симферополем овладеть в совершенстве русским языком, как пришлось овладевать … немецким. Симферополь сдали суетно и бестолково. Еще с вечера мальчик принял решение уходить в родное село, а утром проснулся в зоне оккупации.

Немцы особо не церемонились. Хоть и был приказ гауляйтера не набирать в "фольксарбайтеры" лиц моложе 16 лет, полевая жандармерия гребла всех, кто попадется. Свои 16 лет Сеитджалиль встретит в 42-м в Германии.

Моя твоя не понимает
Четыре года спустя, когда Сеитджалиль встретится в семьей в Узбекистане, мать расскажет о депортации крымских татар в 44-м.

С вечера к каждому дому, где проживала мусульманская семья, был поставлен часовой-автоматчик. Официально объявили о переписи населения, но со двора категорически запретили выходить. Часовой, стоявший у их дома, русский солдат лет под 50, зашел под предлогом напиться и шепотом-скороговоркой:
- Мать, одевай детей потеплее, бери еды побольше, ночью вас увезут. Куда, не знаю, но надолго.

Несмотря на то, что вся семья не спала в ожидании, акция началась внезапно и жестоко. Дети плакали, женщины вопили, огромные армейские "студебеккеры" рычали, и над всей этой какофонией повис густой русский мат. Женщины, понимая обреченность, пытались упаковать вещи, втащить в фургон коз. У солдат была другая задача: в кратчайшие сроки и без лишнего груза.

А затем железнодорожный эшелон. Долгий путь в промозглых вагонах. И наконец осенние узбекские солончаки, холодные и острые, вычерепленные сухостью, да окостенелая верблюжья колючка. Ох, с какой искренней благодарностью вспоминала мать этого рядового русского солдата, остервенело, по-женски проклиная русскую армию.

Советское государство не простило крымчакам то, что прагматичное германское правительство, а до этого русское самодержавие политически использовали: "Гяуры приходят и уходят, а Крым - земля наших предков".

Дорога домой?
До июня 45-го года Сеитджалиль проработал сельхозрабочим в местечке под Бользеном. Уж три месяца, как по дорогам мимо владений "бауэра" грохотали советские танки, а посевная шла своим чередом. Пожилой сельский буржуа планомерно вел свое хозяйство. По большому счету, ему было абсолютно все равно, какому правительству продавать продукцию. Трактор, лошадь, "фольксарбайтер", семена - орудия производства, которые надо содержать в исправности. Хоть раз ударил? А зачем? Разве оттого, что, предположим, культиватор треснуть, он работает лучше? Он же "железяка бездуховный".

Что такое "ишак безмозглый", хорошо знали в Узбекистане, куда через многочисленные фильтрационные лагеря попал 18-летний Сеитджалиль. Не сказать, что за три года интенсивного физического труда под руководством немца юноша забыл русский язык. По-немецки он говорил не больше. Практики родного языка в Германии не было. Но необходимость следовать указаниям армии-освободительницы не в родное село, а на другой край Империи, осознал сразу. Когда половина сознательной жизни проведена в исполнении чужих непонятных законов, остается руководствоваться основным инстинктом - самосохранением. Для спецпереселенца это очевидно.

Не смириться, но и не дать волю слепому гневу. Служить и видеть опасную грань прислуживания. Думать и находить ответы. На каком языке? У Сеитджалиля их много. Введением в профессиональное владение ремеслом руководили, например, польский еврей и ссыльный армянин. Жена хоть из татар, но казанских. "Гражданин начальник" в местном НКВД, где необходимо регистрироваться в конце каждой недели, разумеется, человек русский.

Сейт Джалиль Сейтаблаев. Имя, говорящее правоверному мусульманину о том, что в роду этого человека существует традиция посещения святого места поклонения - Мекки. В Чайковском его знают по имени на русский лад - Сергей Александрович. Он родился 18 октября 1926 года в Крыму. С 1962 года его жизнь связана с городом Чайковский. Более сорока лет он по праву держал пальму первенства ведущего специалиста-парикмахера городской службы быта. В 197-м мастеру высшей квалификации присвоено всесоюзное звание "Отличник службы быта". Редакция от всего сердца поздравляет этого человека нелегкой судьбы с сильным и светлым характером с 75-летием.

Каурма
Талантливый человек талантлив во всем. Это обратное значение народной мудрости, которую произнес Мастер по случаю. Для особых ревнителей русского языка вынужден перефразировать: "Если вы решили вскипятить воду, набранную в рот, присев "мягким местом" на огонь газовой плиты, то у вас ничего не получится". Да простят меня противники некорректных ассоциаций, разговор этот зашел на кухне, куда мы перебрались с мастером чай попить. Я спросил, зная, что Мастер ее и великолепно готовит:
- Сергей Александрович, кукую национальную кухню вы предпочитаете?
- Э-э, слушай, да, чтобы вкусная была. Борщ, пельмени, шашлык, плов. Как приготовишь, понял, да? Каурму не люблю.

Каурма - восточное блюдо, название которого происходит исключительно из характера приготовления. Европейский аналог бурды. В один котел - вода, овощи, крупа, соль, сахар по вкусу, можно тщательно перемешать. Варить до истечения терпения, к столу подавать в горячем виде, в холодном разрезать на аккуратные кубики и травить тараканов. Умрут от обжорства.

Вот тут я озадачился вопросом: а на каком языке формулирует свои жизненные ценности Мастер? Каким языком? Как, предположим, мингрел Джугашвили это делал? Или австриец Шикельгрубер?
- Сергей Александрович, вы верите в Аллаха?
- Нет! Нет бога. Никакого нет. Есть Конституция.
- Конституция?
- Ну, как у любой страны. Только Конституция - человеческая. Так делай, а не иначе. Если не делаешь, нет Конституции, есть одни слова. Поэтому правильной жизни не будет.
- Правильной?
- Справедливой, честной. Каурма будет.

Бритва Оккама*
В 19566-м под руинами "культа личности" похоронили и статус спецпереселенца. Статус, но не государственное отношение к крымским татарам. К этому времени Сеиджалиль уже женился, уже воспитывал сына и дочь. Шел к мастерству. Путь к профессии был непрост.

В колхозе не задержался. Местные жители хоть и мусульманский анклав, и основы языка тюркские, но хорошо известно: никто так не стремится к порабощению, как сам порабощенный. Проблем с XIX века узбекам хватало. Промышленный объект - крупный цементный завод, индустриальным характером производства создавал иные межличностные отношения. За что бы Сеитджалиль не брался, с тем и справлялся. Э-э, мозги есть, да? А руки с детства в работе. Откуда взялся талант парикмахера? Да оттуда же. Пожилой поляк, возвращаясь на родину, искал замену. Должность, по-зековским понятиям, а чем спецпереселенцы от них отличались, была блатной. Только ведь кроме как "зиммеровской" мехмашинкой "под барана", надо и стальной опасной бритвой по горлу и щекам заводского начальства. А последнее три раза в неделю обязательно пользовалось подобной услугой. Этого не понять поколениям "Жилетт - лучше для мужчины нет". Редко кто самостоятельно владел опасным лезвием настолько виртуозно, чтобы поутру не прибежать на планерку с физиономией, облепленной бумажными полосками.

Риск? Э-э - мозги есть, да? а руки? На том и остановиться. В прейскуранте все услуги расписаны. Только вот прислуживаться тошно. А клиент, как правило, капризен и некомпетентен в делах неначальнических. Чтоб он куда подальше свой гонор засунул! Мастер обязан владеть доверием клиента, авторитетом в его глазах. Если бы молодой крымчак знал тогда, что такое "бритва Оккама", он углядел бы в том выборе профессии глубокий философский смысл. Только на тот смысл ему глубоко наплевать. Он взялся за дело и за него ответил всей своей дальнейшей судьбой. Вложив душу, стал Мастером. Сложись жизнь иначе, свою "бритву Оккама" он нашел бы в ином и все равно стал бы Мастером.

Город Мечты
В далекий от Узбекистана "город на Заре" Мастер переехал с семьей по протекции друзей и бывших постоянных клиентов. Город только расправлял крылья, но обещал великолепный полет. Протекция именно друзей и постоянных клиентов. Мог Мастер и фанфарона от истеблишмента обслужить, но оказать ему услугу Мастер не мог.

Судьбою городу предначертано было родиться в атмосфере демократического подъема. Атмосферу создавали те, кто еще вчера косился на сторожевые вышки затянутой в "колючку" Камской ГЭС или в конце каждой недели отмечался в местной госбезопасности.

Больше не наигранной человечности. Формальная вежливость чаще опиралась на искренние ответные симпатии людей, вдохнувших полной грудью весенний воздух постсталинского социализма. Только благодаря этому авторам Города Мечты удалось придать Чайковскому исключительную динамику развития. Это позже все утонет в махровой бахроме развитой эпохи сладкозвучного брежневского лизоблюдства.

Во властные узлы города все больше пролезало лицемерия, семейственности и круговой поруки. Кандалы для думающих людей почище тюремных. Город на глазах увязал в болоте бюрократической неэффективности. Не оттого ли все чаще садились в кресло к Мастеру те, кто когда-то начинал и пока формально продолжал растить Город. Не здесь ли, глядя в глаза собственному отражению, под звонкой стрелой ножниц и легкий, задушевный разговор Мастера возникало ощущение прикосновения к по-настоящему значимому делу? Талант-искусство-достижение цели. Непринужденно поделиться неясностью и неудовлетворенностью - услышать в ответ простой в своей жизненной очевидности совет. С горечью признаться самому себе в его невыполнимости. И как на лакмусовой бумажке в глазах Мастера уловить реакцию, мол, человек я еще достойный чисто человеческого уважения или уже только объект иерархического поклонения? Обслуживал Мастер всех, но не всем оказывал услугу.

* * *

И вновь Мастер курит у распахнутого балкона и задумчиво смотрит на площадь перед Дворцом молодежи. Сигарета в длинном красивом мундштуке. И это тоже пусть незначительная, но деталь профессионализма. Будь ты трижды заядлым курильщиком, от рук Мастера не должно пахнуть никотином.

Дождливый растр за окном растворился в сумерках. Самое неуловимо-тревожное время суток. Грань. На которой ни в чем нельзя быть уверенным. Любая, с виду самая пустяковая вещь способна явить сейчас одно и многих возможных своих значений. А попытайся его постичь, как осознанное вновь развеется, расплывется, растает. Сознание в поисках разгадки будет погружаться в море многозначных деталей, покуда не утонет в нем, так ничего и не поняв.

Каурма-жизнь, каурма. Только в этой бурде лишь Мастеру дано остаться человеком. Не только парикмахером или первым секретарем комитета партии, а именно человеком. Не делай окружающим того, что тебе не мило. Ведь это так просто. Достаточно стать Мастером Конституции человечности, основной закон которой гласит: "Говорю одно - поступаю так же, думаю о том же".

Солгал? Судьба тебя сама вычистит.

Андрей Кучумов

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2001 г. / №10(45)