НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2002 г. / №1(46)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2002 г.

О газете
Архив

№1(46)

логотип газеты "Личное дело"

Подкоп

…"Мечтать полезно… Но мечта мечте - рознь. Вспомним рассказ Шолохова "Судьба человека": там главный герой, шофер Андрей Соколов, говорит о том,как он жил до войны, не голодал, не холодал (так выразился пан Марек), казалось бы, что еще надо для счастья? Все в мире относительно. Или другой человек мечтает рыбку половить. Водочку попить…
Надо выращивать мечту,у нас выработана техника этого умения. Чтобы мечта была достойна человека".
Марек Новицкий, физик, президент международного Хельсинкского фонда.

Витольд Абанькин (крайний справа) у Новочеркасского собораИстория инакомыслия еще не изучена. И не только потому, что руки не дошли, но и потому, что не все можно рассказывать. Еще не все мины замедленного действия сработали.

Но надежда на то, что в этом плане грядут изменения, все же есть. Как написал поэт, "…нам новые учебники составят, дела пронумеруют и - в архив". Практически ежегодно в мемориале "Пермь-36" проходят встречи, конференции бывших политзаключенных, ученых, исследователей. Мы приоткроем сегодня только одну страницу жестокого противоборства режима и тех, кого называли узниками совести. Противоборство это продолжалось даже за "колючкой".

Витольда Абанькина не зря сразу же причислили к самым настырным заключенным, склонным к побегу. Такие, как он, не вылезали из карцера или ПКП (помещения камерного типа). Но сначала скажем, за что он сел сам.

Из досье музея тоталитаризма "Пермь-36"
Витольд Андреевич Абанькин родился 15 июня 1946 г. Арестован 4 августа 1966 г. на территории ГДР вместе с Виктором Чесноковымпо обвинению в попытке пересечь границу ФРГ. Осужден военным трибуналом в/ч 75092 (Потсдам, ГДР) 19 октября 1966 г. по ст.64 п. "а" УК РСФСР ("измена родине"). Приговор - 12 лет ИТЛ строгого режима. Срок отбывал в мордовских лагеряхи колонии ВС-389/36, куда прибыл с этапом 13 июля 1972 г. Летом 1974 г. В. Абанькин и еще несколько политзаключенных лагеря заявили об отказе от советского гражданства, который они рассматривали как протест против произвола. Они требовали, чтобы после отбытия срока им дали возможность оставить пределы СССР. 28 августа 1974 г. В. Абанькин отправлен на тюремный режим во Владимирскую тюрьму на 3 года. В 1975 г. принял участие в голодовке политзаключенных против избиений и угроз избиений…
В настоящее время живет в Ростове-на-Дону, занимается правозащитой.

- Нас привезли в 36-ю 13 июля 1972-го, - рассказывал Витольд Андреевич. - Страшная жара стояла. И мы сразу рыть подкоп начали, на другой же день! Я так ребятам и говорил: "Пока все они впопыхах, мы что-то можем сделать". Прикинули: копать надо метров 20-25. Не справимся. А может, лучше вахту брать? В то время вахта была… - бери не хочу, проходной двор! Ну, общий режим, у них же даже стрелять нельзя. Заходи свободно.

Каждый человек на что-то надеется. Есть хороший анекдот. На расстрел ведут одного, а он спрашивает, нет ли зеленки у палачей. "А зачем?" - его спрашивают. "Чтобы лоб помазать", - отвечает смертник. "А для чего все?" "Да чтобы заразу не внести!". Такие вот люди.Его на расстрел ведут, а он все думает: хуже не будет?
"Давай бежать!" - предлагаю я сначала одному, другому. А они вот так же: "А хуже не будет?" Я всегда знал, что уйду. Готовился к побегу, спортом занимался (тяжести разные поднимал). И всегда считал: ненормальный тот зек, который не хочет пойти в побег. Значит, ему здесь нравится, значит, это раб, а не человек.

На подкоп согласились человек восемь, среди них:Васильев Юрка, Сафронов, Гунар, потом Витька Брянский (фамилия вылетела), тот, что милицию в Брянске взорвать хотел. Все - молодежь, но сроки у всех большие, по десять и больше. Мне еще оставалось лет шесть сидеть. Но опять же: они хотятбежать, а все пришлось делать мне. Я пропилил пол в библиотеке, правда, мне прикрытие обеспечили. Я достал одежду, там же глина, надо было переодеваться, я пронес лопаты. Вырыли мы два метра вертикального ствола и семь метров горизонталь. Там глина, с белыми вкраплениями, страшное дело, ее просто приходилось грызть. Воды в почве не было, но самое тяжелое - нам воздуха не доставало, как углубились - начали задыхаться. Даже спичка не загоралась. Вылезаешь наверх - голова болит, распухает от нехватки кислорода.

И пришлось на каждую "смену"брать уже третьего, а это же заметно в зоне: нет трех человек в течение двух-трех часов. Уже начинали стукачи ориентироваться,там же оперативкой (оперативной службой) все разложено, кто за кем следит.
А в лагерееще появилась группа Федорова (Чемовских и Чеховской,последний - бывший рабочий, комсоргиз Ворошиловграда, был членом "Партии борьбы за реализацию ленинских идей" в 1970 г. - ред.) Они тоже что-то крутили-вертели и порешили: посколькуАбанькин - "такой-сякой", ему Россия вообще "до лампочки", давайте его заложим. А для чего все? Человека, который заложит, выпустят, и он продолжит антикоммунистическую борьбу. Такая у них идея трех дураков родилась.

("Бесовская идея", - прокомментировал слушавший этот рассказ бывалый политзек из украинских "националистов").

- И эта группа, - продолжает Абанькин, - подсылает в штаб одного - и тот кладет нас с подкопом. Чекисты в ужасе, ну, еще бы: восемь человек роют, а они ничего не знают! И они дергают в штаб Гунара, пацана (был еще один Гунар, старший, земляк его), который когда-то раньше дал гэбистам по глупости своей, по неопытности подписку о сотрудничестве. С него никогда не требовали ничего, чекистам нужна была бумажка, чтобы при случаене вякнул, не пискнул. А мне говорит старик один, из полицейских, он уважал меня: смотри, мол, ты все с Гунаром вась-вась, а сегодня он бегал в штаб и старался сделать это незаметно, подумай об этом. Ну, Гунар приходит, мы его за шкирку. Он все и "расклеил". В штабе ему было сказано: "Роешь с Абанькиным и молчишь? А вот если мы ему покажем расписочку твою, что он с тобой сделает?" Потребовали, в общем, чтобы он обо всем докладывал.

Все, мы попали. Рыть прекращаем. А Гунаруя говорю: скажи чекистам, значит, что если они хотят носить свои головы и погоны, пусть сваливают наш подкоп на уголовников, то есть, наших предшественников в зоне. В том смысле, что это старый подкоп. Ну, кто чекистам простит, что они проморгали восемь человек, семь метров подкопа?! Никто!

И они на эту сделку пошли! Все было шито-крыто. После, когда майор А-в начинал бочку катить, я ему: "Смотри, майор, а то я на тебя настучу за подкоп". Он был раньше капитаном МВД, из кожи лез, чтобы выслужиться, стать настоящим чекистом, а его коллеги все равно его презирали, ну, как же, "непородный". Он страшно дрожал за свою карьеру!

Так вот я и сам спасся, и чекистов спас, получается. И до сих пор они у меня на крючке, если кто продолжает служить из того Чусовского отделения КГБ. Еще бы: так обмануть Советскую власть! Страшная пилюля.

Еще было что из-за подкопа: прибалты (зеки)Гунара хотели мочить за то, что опозорил их. Ладно они ко мне пришли, сказали о своем суде. Я отговорил: "Вы что, с ума сошли?!" Еле удержал. И они послушались, но Гунару сказали: смотри, мол, если с Абанькина хоть волос упадет, ты не жилец. Вот такие страсти.

…Поединок зловредного зека с гэбистами на этом, надо сказать, не закончился. Когда пробил все же час освобождения, то в "папу Ростов" (откуда Витольда призывали в армию)его доставили в "браслетах" (!) После всего пережитого Абанькин считал, что в поединке с чекистами его не проведешь. Вероятно, он стал в этих опасных "игрищах" мастером спорта, не меньше. Но однажды и он оказался "игрушкой", так сказать, подсобным материалом. Об этой истории, о непрекращающейся практике провокаций со стороны КГБ сообщалось в нелегальной прессе, в "Хронике текущих событий" за 1980 год.

Было так: вскоре после освобождения в 1978 году к Абанькину на квартиру пришел незнакомый молодой человек и предложил вместе бежать из Союза, угнав самолет. Пришел раз-другой. Витольд рассудил, конечно, что это провокатор, подосланный гэбистами. Идаже написал соответствующее заявление в КГБ с требованием прекратить провокацию.

Он был немало удивлен, когда в начале 1980-го его вызвали в качестве свидетеля на процесс в Алма-Ату… где судили того самого незнакомца, по имени Константин. Представьте: за попытку угона самолета! Абанькин вынужден был дать необходимые показания по делу…

Действительно: бесовские игры!

Владимир Гладышев

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2002 г. / №1(46)