НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2002 г. / №4(49)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2002 г.

О газете
Архив

№4(49)

логотип газеты "Личное дело"

Гремучий студень

В своей повести "Жизнь ни во что (Лбовщина)" Аркадий Гайдар высказал мнение, что "талантливый шеф провокаторов Российской империи" Эвно Азеф "сделал свое дело" и в Перми. Во время встречи со Лбовым, возглавлявшим отряд "Лесные братья", Азеф пообещал пополнить ряды бандитов опытными идейными сотрудниками, с тем, чтобы "поднять уровень сознательности". Азеф предложил Лбову произвести крупную, последнюю экспроприацию в Вятке, где предводитель "лесных братьев" был задержан, а потом казнен в местной тюрьме по решению военного суда. Роль Азефа в деле Лбова не подтверждена пока никакими документами, но зато доподлинно известно о тех из местных, которые, рискуя жизнью, оказывали Охранному отделению неоценимые услуги.

Арест "героя"

После нескольких крупных провалов "Лесные братья" вынуждены были уйти из окрестностей Мотовилихи в Богословский округ, где в начале августа 1907 года отряд распался на части. Группа, недовольная распределением денег, создала свой отряд во главе с Дмитрием Худорожковым. Проведя ряд экспроприаций на Серебрянском руднике (ныне Свердловская область), в начале сентября Худорожков направился на Южный Урал, но по дороге был захвачен полицией. Вместе с ним - Николай Барышников, Николай и Федор Дудины, Александр и Иван Мезенцевы, Дмитрий Кобяков. В багаже путешественников были обнаружены трехлинейная винтовка в разобранном виде, четыре "Браунинга", три "Бульдога", трехствольное охотничье ружье и патроны ко всему оружию. На следующий день в Челябинске арестовали восьмого - Илью Спиридонова. На допросах Барышников и Худорожков сознались в принадлежности к банде Лбова и пояснили, что все они ехали в Катавский завод с целью организовать боевую дружину. Доставленный из Екатеринбурга в Пермь, Худорожков согласился сотрудничать с Пермским районным Охранным отделением и был освобожден из-под стражи.

8 сентября 1907 года Дмитрий Худорожков по собственной инициативе явился к помощнику пристава города Перми Бурову и подробно рассказал о своем участии в банде Лбова, о составе банды, о связях в Мотовилихе и Перми.

Вот что он поведал жандарму. Со Лбовым, носившим прозвище "Длинный", и Василием Пищулевым по прозвищу "Темный" его познакомил мастер Иван Смирнов, под руководством которого Худорожков работал литейщиком в заведении Корешкова. "Лесные братья" часто скрывались в доме Смирнова. По просьбе хозяина Дмитрий выполнял различные поручения и приносил продукты. Однажды Пищулев прибежал в мастерскую Корешкова и приказал Худорожкову сбегать в квартиру Смирнова - предупредить находящихся там людей, чтобы они в Запруд к Чечулину не ходили, так как квартира "провалена". Вскоре после этого Смирнов (Сочень) был арестован полицией.

Как-то отец Худорожкова увидел у сына револьвер и хотел отобрать его, но Дмитрий убежал к своему товарищу Сивкову. Узнав о револьвере, Сивков донес на Худорожкова приставу мотовилихинского завода. Дмитрия арестовали и продержали в полицейском участке две недели. Выйдя на свободу, Дмитрий получил записку с приказом убить Сивкова, подписанную "социалистами-террористами "Лесные братья". Худорожков пошел посоветоваться к Апполинарию Фокину, известному в банде под прозвищем Змей. Фокин объяснил, что требования "Лесных братьев" должны быть выполнены, иначе они убьют его самого. Вдвоем они пошли в винную лавку, где, напившись вина, украли топор и отправились к дому Сивкова. На улице они заметили незнакомого Худорожкову мужчину, которого Фокин со словами "это шпик" зарубил топором. Затем им повстречался рабочий Геннадий Почетаев, согласившийся идти убивать Сивкова. Заметив в окно приближающуюся кампанию, Сивков решил убежать, но Почетаев догнал его и ударом палки сбил на землю. Подоспевший Змей убил Сивкова, два раза ударив его топором по голове.

Именем Фокина - Змея - в Мотовилихе названа улица.

После убийства все трое убежали в лес, где в трех верстах от Мотовилихи, на берегу речки Толстой располагался стан лбовцев, носивших весьма яркие и "говорящие" прозвища. Там в то время находились: Гром, Демон, Султан, Кунгурский, Сук, Ванька-Питерец, Ястреб, а также мотовилихинцы Михаил Молоков (Сорванец), Михаил Голышев (Погонный), Петр Перминов (Хищник), Егор Перминов (Волк), Михаил Филимонов (Митька Старшой). Кроме них в банде состояли Василий Козельских, Павел Меньшиков, Николай Жужгов (позднее принявший участие в убийстве Великого Князя Михаила Романова), Егор Мельников, Иван Майоров, Павел Родегов, Михаил Двойнишников (как известно из архивных документов - агент охранного отделения), Александр Чернов и Василий Пищулев.

На следующий день в стан пришел Лбов и, узнав об убийстве, одобрил поступок Фокина и Почетаева, а Худорожкова хотел расстрелять за то, что тот не сам убил Сивкова. Чудом оставшись в живых, Дмитрий, видимо, в насмешку получил кличку Герой. С этого дня он принимал участие почти во всех грабежах и разбоях, совершенных бандой Лбова, пока не был арестован полицией.

Агент охранного отделения

В докладе прокурору Палаты и министру юстиции пермские чиновники сообщали: "Будучи привлечен к следствию в качестве обвиняемого, Худорожков, сознаваясь в целом ряде преступлений, совершенных шайкой Лбова, дал весьма ценные сведения о составе шайки и о лицах, принимавших участие в отдельных преступлениях. По настоятельным просьбам начальника Пермского Охранного отделения Худорожков, в целях использования его для обнаружения и задержания участников шайки Лбова, был оставлен на свободе". Несколько дней полиция проводила обыски в домах, указанных Худорожковым, но безрезультатно. 17 сентября лбовцы Погонный и Сорванец обстреляли Дмитрия и скрылись в лесу. Два следующих дня Худооржков водил по окрестным лесам отряд полицейских, но, отстреливаясь, лбовцы уходили от погони. Возможно, чтобы сбить наступление полиции и получить передышку, "Лесные братья" направили приставу Мотовилихинского завода письмо о том, что убийца Сивкова Худорожков, никого не опасаясь, находится дома у своего отца, ходит по танцевальным и брачным вечерам: "Ваше Благородие мы Вас просим, что не оставлять такого подлеца на воле, его поймать всего удобнее тайной полицией; когда он находится дома, то окна всегда находятся закрытыми шторами".

События, произошедшие на следующие сутки, кажутся невероятными. В своем письменном отчете о проделанной работе Худорожков указал: "21 сентября, ночью, когда я подходил к дому, меня окружили разбойники во главе со Лбовым и увели в избушку, где они обитали, намереваясь совершить надо мной суд, но я в ту же ночь, воспользовавшись моментом, когда разбойники уснули, выпросился у поставленного ко мне часового для отправления естественной надобности и от разбойников убежал".

Анонимное письмо с просьбой арестовать Худорожкова тем временем было доставлено начальнику Пермского Охранного отделения, а копия - пермскому исправнику, и далее по инстанции - пермскому губернатору. Ознакомившись с донесением, губернатор приказал уездному исправнику "немедленно арестовать и заключить под стражу упомянутого в рапорте Худорожкова", предварительно доложив об этом начальнику Пермского охранного отделения.

Вскоре уездный исправник докладывал губернатору: "Начальник Пермского охранного отделения ... уведомил меня, что арест Худорожкова в настоящее время может лишь повредить делу... и что поэтому ни арестовывать Худорожкова, ни устанавливать за ним наружное наблюдение чинам полиции отнюдь не следует, до особого распоряжения".

Тем более что Худорожков, продолжая провокаторскую деятельность, навел полицию на Апполинария Фокина, ближайшего помощника Лбова. Тут уже лбовцы окончательно убедились, что Дмитрий Худорожков предатель и послали ему письмо, что он будет убит.

23 октября 1907 года пермскому губернатору из Екатеринбурга за подписью прокурора Крюкова поступила телеграмма с требованием ареста и доставки Худорожкова в распоряжение следователя по особо важным делам. Исполняющий дела губернатора Ордовский-Танаевский предписывает уездному исправнику арестовать Худорожкова и под строгим конвоем отправить в Екатеринбург. Но приставу и полицейским городовым не удается отыскать Дмитрия дома. Его мать пояснила, что сын скрывается с мая месяца и домой приходит крайне редко. По слухам, он ночует в Перми на вокзале. Пермскому уездному исправнику направляется донесение о том, что Худорожков в Мотовилихе не разыскан.

Наступил 1908 год. 6 января в 3 часа утра Дмитрий возвратился домой из Охранного отделения и принес с собой три револьвера. После обеда он ушел и вернулся вечером с боевиками Александром Тороховым, Петром Старковым и Михаилом Белозеровым. Все они были пьяны. Сестра Худорожкова пригласила подругу, и вся компания села играть в карты.

Хмель начал проходить и Торохов предложил Худорожкову сходить вместе за водкой. Через двадцать минут Торохов прибежал в дом Худорожковых за Старковым и Белозеровым и все немедленно скрылись. Дмитрий был найден на улице мертвым с четырьмя огнестрельными ранами...

Розыск убийц

В течение двух недель в квартирах Торохова, Старкова и Белозерова были засады, неоднократно проверялись дома их родственников и знакомых, переодетые городовые вели розыск в пивных лавках и притонах, на вокзале станции Мотовилиха. Но никакие чрезвычайные меры не привели к успеху. Более полугода о лбовцах не поступало никаких сведений.

И вот, 19 августа в своем доме был ограблен мастер сталелитейного цеха Дмитрий Габов, а через день по дороге на завод убит рабочий снарядного цеха Александр Рулев. В телеграмме министру внутренних дел сообщалось, что Рулев был убит по подозрению в провокаторстве - в его доме задержали начальника боевой дружины по прозвищу Бритый.

Вскоре стало известно, что боевики задумали ограбить богатого мужика в деревне Орловке близ Добрянского завода, куда намерены были отправиться на пароходе.

24 августа боевики сели на пароход Любимова "Рассвет", отправляющийся вверх по Каме. На этот же пароход сели пристав Буров с тремя агентами Охранного отделения и отрядом городовых в партикулярном платье. Вблизи при Хохловки Буров приступил к задержанию боевиков. Первые двое вооруженного сопротивления оказать не успели, так как были схвачены приставом в один момент. Вторую группу брал околоточный надзиратель Струков. Один из боевиков, выхватив из кармана бомбу, пытался бежать, но был ранен агентом Охранного отделения. При этом городовым Крюковым насмерть был застрелен пассажир, испугавшийся потасовки и бросившийся бежать.

Задержаны были Павел Краснышев, руководитель боевой дружины эсеров (в воспоминаниях одного из революционеров, написанных в советское время, отряд Краснышева назван "отрядом коммунаров"), Александр Паркачев, Михаил Звонов и Иван Коковякин, имевшие при себе три заряженных револьвера, две начиненные фитильные бомбы, 52 револьверных патрона и кинжал.

На следующий день утром Буров получил агентурные сведения о том, что около Мотовилихи появились трое разбойников, скрывающиеся в четырех верстах по речке Чагиной. Для розыска и задержания "лесных террористов" отправился околоточный надзиратель Струков с отрядом ингушей. В небольшом логу, заросшем густым лесом, обнаружили разбойников. Отстреливаясь, они начали отступать, но в перестрелке все были убиты. Проведя опознание, полиция установила личности боевиков: Михаил Белозеров, скрывавшийся после убийства агента Худорожкова, Дмитрий Жигулев, бежавший из Пермского исправительно-арестантского отделения, и беглый моряк Бундаков. У разбойников были найдены две трехлинейные укороченные винтовки, три револьвера и начиненная фитильная бомба. На месте их стоянки обнаружено красное знамя со словами: "Война за землю и волю".

Получив агентурные сведения, что у разбойников имеется склад оружия в лесу около Камы, Буров провел тщательный осмотр указанной местности. В двух зарытых в землю бочонках хранились одна ударная бомба, пять оболочек для бомб, четыре патрона гремучего студня, два револьвера, семь патронов динамита, тридцать ударников, четырнадцать запальников, два куска бикфордова шнура, одиннадцать маузеровских патронов, шесть обойм патронов для трехлинейной винтовки, кинжал, двенадцать чековых книжек, книга "Минное искусство" и другое имущество.

Через месяц, 26 сентября, начальник Пермского районного охранного отделения ротмистр Сизых докладывал судебному следователю Пермского окружного суда по важнейшим делам, что ввиду задержания большей части разбойников, оставшиеся на свободе решили прекратить активную деятельность в окрестностях Перми и перенести таковую в город Тюмень Тобольской губернии. В состав тюменской шайки вошли убийцы Дмитрия Худорожкова Александр Торохов и Петр Старков. В перехваченном полицией письме, посланном из Тюмени в Мотовилиху в провале организации обвинялся Андрей Золотилов. Оставшимся в Мотовилихе боевикам советовали бросить бомбу в его квартиру, не жалея семейства...

Сергей Артемов
Размещено 11.05.2002

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2002 г. / №4(49)