НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2002 г. / №6(51)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2002 г.

О газете
Архив

№6(51)

логотип газеты "Личное дело"

Жизнь и смерть за копейку

Мы продолжаем публикацию материалов о пермских провокаторах, которые известны миру как организаторы русских революций. Может быть, опыт столетней давности немного образумит тех, кто по-прежнему мечтает о решении социальных, экономических и политических проблем с помощью револьверов и адских машин.

Встреча в Онеге
В начале 1908 года Бина Зильберберг за принадлежность к Пермскому Комитету РСДРП была выслана на два года в Архангельскую губернию. Находясь в ссылке в городе Онеге, Бина приняла православие и, получив новое имя-отчество, стала Валентиной Николаевной. Там же она познакомилась с политическим ссыльным Алексеем Лобовым и вышла за него замуж. По воспоминаниям Е.Д. Ворошиловой, цитирующей полицейский документ, "в Онеге, по агентурным сведениям, Зильберберг занималась противоправительственной пропагандой среди рабочих лесопильных заводов, за что Архангельским губернатором 23 августа 1908 года переведена в Мезень".

Алексей Иванович Лобов состоял в рядах социал-демократической партии с 1903 года. До ноября 1905 года он работал в Крыму, где дважды был арестован, а до января 1907 - в партийных организациях в Саратове, Крыму, Харькове и Одессе. Согласно постановлению Министра внутренних дел подлежал в 1906 г. высылке в Архангельскую губернию под гласный надзор полиции на два года, но успел бежать в Берлин. Вошел в состав заграничной организации при Центральном Комитете. В ноябре 1907 г. Лобов был арестован германской полицией и выслан из Пруссии. Вернулся в Россию, где за революционную деятельность был отправлен в административную ссылку в город Онегу Архангельской губернии.

В 1910 году Валентина Лобова с маленьким сыном вернулась из ссылки в Пермь. Друзья помогли ей устроиться на работу в земскую больницу в селе Ильинском. Прожив там немногим более года, Бина (прежнее имя Лобовой стало партийной кличкой) уехала к мужу, в Москву.

Возвращение "Филиппа"
11 января 1912 года начальник Московского охранного отделения П.П. Заварзин в донесении Департаменту полиции о работе агентов Ленина, посланных Владимиром Ильичом в Россию проводить выборы на партийную конференцию, писал:

"2 декабря в Москву прибыл бежавший из Нарымского края бывший (в 1909 году) член Московского Комитета РСДРП, ярый ленинец, административно высланный мещанин Шая Ицков Голощекин...

Предпринятые Голощекиным попытки связаться с местным "подпольем" закончились неудачей: в наличности не оказалось даже второстепенных районных и подрайонных учреждений такового; существовавшие среди фабрично-заводских рабочих отдельные, между собой не связанные и малочисленные по числу представителей кружки (так называемые "инициативные группы"), деморализованные отсутствием литературы, средств и опытных организаторов, также были неуловимы, - почему новому посланцу Ленина оставалось лишь одно: обратиться к среде "легальных возможностей"...

Оторванные от заграничного центра, лишенные литературы и совершенно незнакомые с обстановкой текущего момента в жизни партии, они с особой готовностью пошли навстречу предположениям неожиданно явившегося к ним "Филиппа", тем более что ставившаяся последним задача носила характер исключительной удобоисполнимости и легкости; предстояло в видах сохранения начал должной конспирации и, главное, срочности сформировать лишь руководящий коллектив, предоставив уже энергии последнего дальнейшее распространение сферы своего воздействия на отдельные районы города и восстановление последних. Утерянные связи с "заграницей" давал "Филипп", а вновь созданный правящий орган должен был принять наименование "Московского Комитета", озаботиться незамедлительным избранием соответствующих делегатов на готовящуюся конференцию.

Деятельность группы в настоящее время выразилась в следующем:

а) заказана и использована для засвидетельствования мандата "Филиппу" печать "Московского Комитета"; б) избраны делегатами на конференцию поименованные "Филипп" и Валентина Николаевна Лобова; первый уже выехал за границу 21 дек. минувшего 1911 г., а вторая, из-за тяжелой болезни мужа, выполнить возложенное на нее поручение не смогла и осталась в Москве.

Попытка кружка использовать канун нового 1912 г. для устройства сходбища и прочтения доклада о предстоящей конференции не удалась, так как в занятый ими отдельный кабинет ресторана ["Белый Медведь"] на Рождественке был введен наряд полиции, переписавший всех приглашенных и помешавший осуществлению задуманного.

В настоящее время Отделением производится усиленное наблюдение за группой В.Н. Лобовой, и приняты меры к подготовке ликвидации по частям всех входящих в таковую лиц ".

В агентурной записке Отделения по охране общественной безопасности в Москве "о порядке организации и результатах деятельности конференции РСДРП в январе месяце 1912 года", делегатам от Москвы дана следующая характеристика:

1. "Борис Иванович" (он же "Филипп") - эсдек-большевик, административно высланный и самовольно оставивший место административного надзора мещанин Шая Ицков Голощекин, бывший член Московского Комитета РСДРП, арестованный в Москве в 1900 г.; связался в Москве в среде "легальных возможностей" с ранее ему известной публикой и по приглашению последней должен был отправиться вместе с сотрудницей газеты "Копейка" Валентиной Николаевной Лобовой в роли представителя от московского подполья. Так как В. Лобова по семейным причинам (болезнь мужа и невозможность оставить без присмотра как его, так и малолетнего ребенка) от поездки отказалась, то "Филиппу" даны были мандаты на двух лиц и предоставлено право избрать по личному усмотрению вторым делегатом кого-либо из проживающих за границей видных партийных работников.

2. "Григорий Зиновьев" (известный Департаменту Полиции Овсей-Гершон Аронов Радомысльский), приглашенный "Филиппом", на основании изложенного выше, представлять на конференции второго делегата от московского подполья.

3. "Константин" - эсдек-большевик, рабочий какого-то железоделательного завода, около 31-33 лет от роду; русский по происхождению, хорошо знаком с профессиональным движением, безусловно с "прошлым"; он прибыл к концу конференции и также заявил о своих полномочиях от московского подполья; так как последнее уже было представлено двумя делегатами, то ему предложено было присутствовать на конференции в роли уполномоченного от "профессиональных" рабочих учреждений".

Устанавливать личность "Константина" жандармам не было необходимости - это был агент Московского охранного отделения Малиновский Роман Вацловович, имевший охранную кличку "Портной".

"Наш путь" под контролем жандармов
По имеющейся в Московском охранном отделении информации, Лобов Алексей Иванович - "Саратовский мещанин, бывший студент Московского Коммерческого института, сотрудник газет "Столичная Молва" и "Копейка". Лобов принадлежал к РСДРП, находился в непосредственных сношениях с заграничными "верхами" и являлся одним из серьезных руководителей партийной работы в деле восстановления подпольных учреждений партии в Москве. После роспуска в январе 1912 г. коллектива он сосредоточил в своих руках все явки и связи в Москве, изыскивая меры для воссоздания Московского подполья; исключительно был законспирирован, сносился лишь с особо испытанными партийными работниками, давал явки, ночлег и деловые связи приезжавшим из-за границы и в лице своем продолжал работу фактического партийного профессионала".

Первые месяцы 1913 года Алексей Лобов занят организационной работой по созданию рабочей газеты в Москве, но 19 марта арестовывается и, после одного из допросов, поступает на службу в Московское Охранное отделение. В конце июня 1913 года появляются "агентурные записки", составленные на основании поступивших от него сведений. Лобову дана охранная кличка "Мек".

В конце июля 1913 года в Австрии, в деревне Поронин, где проживал на даче В.И. Ленин, состоялось частное совещание представителей Центрального Комитета РСДРП. Вернувшись с совещания, агент "Портной" (он же депутат Государственной думы Р.В. Малиновский) представил отчет Московскому Охранному отделению, на основании которого была составлена 15 августа агентурная записка № 101а.

Агент "Портной" докладывал: "По вопросу о московской газете настоящим совещанием решено принять во что бы то ни стало все меры, чтобы не дать возможности пристроиться к таковой, помимо ленинцев, другим каким бы то ни было партийным течениям. Для сотрудничества в означенном органе пока определенно намечены: Скворцов, Н.Н. Яковлев, коему предоставлено место секретаря газеты, супруги Лобовы и помощн[ик] прис[яжного] поверенного Яхонтов. Ничего более о московской газете на совещании не говорилось. Все связанные с нею вопросы поручено на месте разрешить депутату Малиновскому".

Во исполнение данных поручений Малиновский и Лобов, не подозревающие о том, что оба являются секретными сотрудниками Московского охранного отделения, в августе 1913 года принимают деятельное участие по изданию в Москве большевистской газеты "Наш Путь", первый номер которой вышел 23 числа. Валентина Лобова вошла в состав редакционной коллегии этой газеты.

Агент "Мек" сообщает
16 сентября 1913 года Малиновский и Лобов отправляются заграницу на совещание ленинцев, названное по конспиративным соображениям "августовским", по возвращении с которого оба докладывают в Московское охранное отделение о составе участников и практических последствиях этого совещания.

В 1917 году "Комиссией по обеспечению нового строя" отмечено, что Алексей Лобов, как "секретный сотрудник" охранного отделения сообщал "о Московской Окружной Организации социал-демократов, о деятельности депутата Государственной Думы Р. Малиновского, об организации партийной школы в Поронине (Галиция)... Выдал участников так называемого "ленинского совещания" (принимал участие в нем сам), где был арестован делегат Новожилов. В октябре 1913 г. был вызван в Петербург Малиновским, от которого получил поручение объехать Владимирскую и Костромскую губернии, причем выдал Охранному Отделению явочные адреса. В связи с этим были аресты в Иваново-Вознесенске. По доносам Лобова было произведено очень много арестов. Один из наиболее крупных провокаторов".

В отчете комиссии не указано, что в агентурных сообщениях агента "Мек" неоднократно упоминалась Валентина Лобова - жена самого агента, по-видимому к тому времени ему надоевшая. После закрытия газеты "Наш путь" В.Н. Лобова была арестована и сослана в Олонецкую губернию. Из второй ссылки она вернулась незадолго до Февральской революции.

В очерке о пермской революционерке Наталье Плюсниной, помещенном в сборнике "Революционеры Прикамья", отмечается, что по возвращению из эмиграции в Москву в 1911 году, она была сразу же арестована, а "выдал ее провокатор Алексей Лобов". По моему мнению, в аресте Плюсниной вины Лобова нет. Во-первых, он был привлечен к негласному сотрудничеству с Московским охранным отделением только в 1913 году. Во-вторых, Плюснину арестовали всего лишь для установления ее личности: "в охранном оделении был сделан фотоснимок и сняты отпечатки пальцев", "после этой процедуры ее выпустили". Плюснина, вернувшаяся в Россию нелегально с "настоящим английским паспортом", не став дожидаться, когда ее личность будет установлена, вновь эмигрировала в Лондон.

Н.К. Крупская в одном из своих писем депутатам большевикам указывала: "Примите меры, чтобы шпики не могли видеть, как опускаются письма, а то при окружении Матвея [депутатов большевиков] и Веры [В.Н. Лобовой] шпиками, возможно, что прослеживают опускание писем в ящики, а затем особо обыскивают данные ящики, открывая подозрительные письма. Такой прием вообще охранка давно знает и практикует".

О том, что большевистская группа депутатов IV Государственной думы и Валентина Лобова находились под контролем агентов Московского охранного отделения "Портного" и "Мека", стало известно после Февральской революции 1917 года. Лобовой пришлось пережить глубокую личную трагедию. Ее муж, один из активных работников Московской организации РСДРП, был разоблачен, как провокатор, с помощью ставшими достоянием гласности документов охранного отделения.

В отчете С.Е. Виссарионова, члена Совета Министра внутренних дел, проводившего в декабре 1915 года ревизию Московского охранного отделения, говорится, что сотрудник "Мек" был уволен начальником отделения полковником Мартыновым в конце 1915 года за пьянство. Революция застала Алексея Лобова в Крыму. Арестованный в Симферополе в ночь на 18 апреля 1917 года, он под стражей был доставлен в Москву. По дороге Лобов дважды пытался бежать, но безуспешно. По решению суда он был расстрелян.

Валентина Лобова возвратилась в Пермь, "город своей революционной юности" в августе 1919 года. В марте 1920 она уехала в Москву делегатом на IX съезд коммунистической партии и больше в Пермь не возвращалась. В 1922-1923 годах работала в организационно-пропагандистском отделе Центрального комитета партии. Умерла в Сухуми в 1924 году от туберкулеза.

Сергей Артемов

Размещено 21.07.2002

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2002 г. / №6(51)