НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2003 г. / №2(59)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2003 г.

О газете
Архив

№2(59)

логотип газеты "Личное дело"

"Память не освободилась"

Недавно в редакции "Личного дела" побывали двое мужчин - освободившиеся осужденные, отбывавшие срок в колониях Усольлага: один - в Чепце, другой - на Пильве, оба прошедшие через камеры "Белого лебедя". Сейчас, на свободе, включившись в обычную жизнь, наполненную семейными делами, работой, мужчины не могут, однако освободиться от воспоминаний - о том, что было пережито "на зоне". Поэтому наша беседа с ними сосредоточилась целиком на "чепецких событиях" - массовом избиении заключенных в апреле 2001 года отрядом спецназа "Варяг", которым командовал подполковник С. Бромберг. Публикуем отрывки из этой беседы.

- Как вы восприняли решение областного (апелляционного) суда, который проходил в декабре прошлого года и оставил без изменений решение Чердынского райсуда, то есть оправдал командира спецназовцев?

- Мы хотели бы остановить беспредел и готовы поддерживать Пермский региональный правозащитный центр, который намерен отстаивать права потерпевших (бывших заключенных чепецкой колонии) и в Верховном суде России, и в Европейском суде по правам человека.

- Адвокат Бромберга Евгений Сафронов сказал на заседании областного суда, что спецназовцы били не всех, а лишь нарушителей лагерной дисциплины, которые находились в штрафном изоляторе и камерах строгих условий содержания.

- Ничего подобного. Я, например, не сидел в те дни ни в ШИЗО, ни в СУСе, а меня тоже били, до какой степени - вы сами знаете по документам. А про тех, которые находились в ШИЗО и СУСе, тоже огульно нельзя говорить, что это злостные нарушители. Ну сидели в камерах. Какой повод они давали, чтобы к ним пришли солдаты с дубинками? Камеры закрытые. Тюрьма в зоне. Полная изоляция. Я понимаю, если бы в колонии что-то случилось, тогда, конечно, - заводи войска. А тут… Кого бить? Полудохлых, заморенных недоеданием людей? Видимо, измывались чисто для профилактики. Начальство пальцем показывало, кого бить.

- Почему не все пострадавшие участвовали в судебном процессе?

- Тут арифметика вообще хитрая. Помните, наш общественный защитник Сергей Махров, директор Соликамского правозащитного центра, доводил до внимания судьи расхождение в показаниях о количестве ударов дубинками. Спецназовцы дали показания, что применяли дубинки по одному-два раза, то есть не более десяти раз, если все удары сложить. А вот актов о применении тех же дубинок (спецсредств) было составлено 67. Администрация учреждения даже не потрудилась устранить это несовпадение. Видимо, знали, что все равно с рук сойдет.

Но это еще не все. Жалоб об избиении было сначала 164. А осталось всего 19 - эти-то люди и участвовали в суде, как потерпевшие. Остальных всеми способами постарались отвести от суда. Ведь с апреля 2001 года, с того самого дня, как из Чепца уехал спецназ, на потерпевших оказывалось сильное давление со стороны администрации. Нас одного за другим возили на "Лебедь" (в Соликамск), запугивали, закрывали в ШИЗО. Кто был покрепче - не отступился от своих показаний. Другие - отказались. Написали заявления, что их никто не бил.

Затыкали, не давали говорить. Большая выдержка требовалась, чтобы спокойно возражать - ведь представители администрации давали лживые показания, внаглую, как будто заранее знали, что вранье их никто проверять не будет, и все валили на нас.

- Мне недавно пришло письмо от одного из ваших товарищей, который сейчас находится в "Белом лебеде" и просит газеты прислать со статьями о чепецком деле.

- Попробуйте. Но когда мы были на "Лебеде", после суда уже, нам ни одной газеты не дали со статьями о нас. И письма не доходили. И снова было давление. Нас посадили в одиночки, открывали окно, морозили нас.

- У многих из вас, как я посмотрю, сроки заключения уже кончались. То есть, наверно, можно было перетерпеть, не "высовываться", промолчать, ни в суде не участвовать, ни голодовки не объявлять. Почему вы все-таки не молчали?

- Мы же не только себя защищали, но и тех, кто остается в местах заключения. Потому и сейчас сюда к вам пришли. Нельзя допускать, чтобы мера наказания, которую определил суд для оступившегося человека, превращалась в беспредел. А мы именно это и видим - хоть в Чепце, хоть на Пильве, хоть еще где-то. Наверно, слышали, как в прошлом году в Соликамске тюремная охрана насмерть забила молоденького парнишку, можно сказать, подростка?

- Вы верите, что справедливость восторжествует?
(Долгое молчание...)

- Вы ждете развития событий?

- Не только мы ждем… Уж если начали отстаивать права заключенных, то надо прийти к какому-то положительному результату. А если все на тормозах сойдет, беспредельщики еще больше рукава закатают и будут по-прежнему, как и сейчас, отнимать у людей здоровье.

В то же время обидно: почему только Страсбург может нас защитить? Почему не собственная страна, не российский закон? Не понятно.

И еще: надо все-таки сделать так, чтобы в местах лишения свободы был введен гражданский контроль.

Беседовала Анастасия Морозова

Размещено 02.03.2003

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2003 г. / №2(59)