НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2003 г. / №4(61)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2003 г.

О газете
Архив

№4(61)

логотип газеты "Личное дело"

Юго-Камский: другая версия

Скоро исполнится год со дня событий в поселке Юго-Камский, когда авария на нефтепродуктопроводе "Пермь-Альметьевск" резко изменила жизнь 6-тысячного поселка. Устранены ли последствия аварии?

Александр ЗахаренкоВ этой ситуации представляется любопытным мнение третьих лиц, а именно руководства фирмы, участвовавшей в работах по ликвидации последствий аварии. Наш собеседник - директор ООО "БЕСТА" Александр Захаренко.

- Александр Александрович, во-первых, обрисуйте вашу роль в ликвидационных работах.

- Сразу после аварии наша фирма предложила свои услуги администрации Пермского района. Подобных катастроф, когда нефтепродукты попали водозаборный источник, да еще в таких объемах, в Пермской области до сих пор не было: Нефтепродукты загрязнили территорию протяженностью в 14 км, общей площадью 17 га со степенью загрязнения грунта выше 5-ой и попали в питьевой водозабор. Это значит, что в грунте берегов реки находится более 60 тонн дизельного топлива. Не припомню аналогичных аварий на территории России. Надо заметить, руководство района и "ЛУКОЙЛА" были в растерянности - как проводить рекультивацию? Тем более что у хозяина трубы, как это стало ясно сейчас, не имелось, несмотря на требование федерального закона о чрезвычайных ситуациях, плана ликвидации аварии и проекта работ.
Мы прошли через "сито" проверок со стороны администрации, "ЛУКОЙЛ"а, управления природопользования, налоговой полиции и как генподрядчик выполнили максимум работ при минимальном финансировании. Наше предприятие очистили берега и часть поймы от нефтезагрязенных отходов. К началу августа мы очистили грунт по берегам пруда, установили нефтеловушки. Мы чистили площадки, кроме того, определили площади техногенного поражения и степень загрязнения.

- Александр Александрович, насколько я знаю, аварийная бригада "Пермнефтепродукта" начала сразу вывозить землю, собирая ее экскаваторами?

- Но насколько эффективен это метод при своей колоссальной трудоемкости? Ведь это загрязненный грунт нужно потом утилизовать. Представьте себе, сколько нужно произвести вырубок, чтобы подобраться к каждой протоке, ручейку, втекающих в Северинский пруд?

- Что же вы предложили?

- Один из наших методов - очистка прибрежной почвы сорбентами, промывание ее водой при помощи специальных установок. Мы начали работы, заключив предварительный договор с Дирекцией единого заказчика (ДЕЗ) Пермского района. Наняли людей - жителей поселка, заключили договор с автопредприятием, столовой.
И до июля все шло более-менее нормально. Пока не встал вопрос об очередном перечислении денег на наш счет. Претензий к нам у заказчика не было, но администрация прекратила финансирование в середине июля 2002 года на все очистные работы и на ведение мониторинга. В результате были оставлены без оплаты предприятия ФГУ СИАК, Юго-Камское автотранспортное предприятие и несколько десятков рабочих. Кстати, привлечь их попросило управление природопользования и глава администрации Пермского района Кузнецов.

- Почему же ДЕЗ сразу не потребовал от вас составления сметы?

- Я полагаю, что в впервые дни после аварии деньги от "ЛУКОЙЛА" потекли рекой. Но затем, когда все более-менее успокоилось, лукойловцы начали требовать от администрации района строгого отчета - куда и на что потрачены средства. В свою очередь, ДЕЗ начал требовать этого же от нас. Но не в той форме, какая возможна в подобных случаях. Вид наших работ- разбрасывание сорбента по нашей технологии очистки - даже не названы в нормативах КЗОТа.

- Александр Александрович, в ПРПЦ обращались те самые 28 жителей поселка, которых вы наняли для работ. Им пришлось выяснять с вами отношения при помощи суда - ведь они-то в этой ситуации оказались крайними, так и не получив зарплаты.

- Мы полностью признаем иски как со стороны рабочих, так и со стороны автопредприятия, которым мы должны. Долги мы сразу выплатим, как только докажем, что ДЕЗ Пермского района без оснований прекратил нам финансирование. Надеемся на справедливость арбитража.

- Наверняка у арбитражных судей возникнет вопрос: а что вам мешало составить эту смету?

- В том-то и вопрос! Смета на проектно-изыскательские работы составляется для, скажем, строительных работ. Но тут -то ситуация другая - аварийные работы. Даже в законе оговаривается, что в этом случае работы оцениваются по факту. Проще говоря - замерили, что и сколько сделано, и зафиксировали это. А требуемый проект требует полугодового согласования. В том числе экологической экспертизы. Но мы проект подготовили - он состоит из двух томов. На днях должна завершиться его экспертиза, которую проводит Управление Минприроды по Пермской области.
Сразу скажу - это уникальный проект, и мы знаем, что "ЛУКОЙЛ" хотел бы заполучить его для дальнейшего использования.

- Время идет, скоро начнется весенний паводок. Как вы думаете, выдержат ли очистные, на которые потрачены немалые деньги, устоят ли фильтры? Возможно ли вторичное загрязнение?

- Очень вероятно. Объясню как можно проще: до выпадения снега работы по рекультивации земель велись на месте аварии и по берегам пруда перед водозаборной станцией. Огромный участок вдоль пруда и речки Северки - труднопроходимое, заросшее лесом пространство. Ландшафт сложный, с ямками, овражками, поймами, которые были заполнены дизельным топливом. Так что все это оттает и потечет вниз, с талыми водами. Весенний паводок поднимет нефтепродукт с болотистой поймы и устья реки Северная, частично вымоет его из грунта места аварии и 12-километровой береговой зоны и: сбросит загрязнения в нижний пруд поселка.
Поэтому есть сомнения, что выдержат фильтры. В этой ситуации правильней быть пессимистом. Иногда нужно предвидеть худшее, чтобы подготовиться к нему. Если фильтры на водозаборе выдержат весной и даже летом, можно предположить, что будет идти накопление нефтепродукта. И к осени его концентрация "забьет" фильтры. Кто же будет на зиму глядя их переустанавливать, выключая водопроводную систему?

- Кстати, об официальных данных. Могли бы вы оценить реальные масштабы аварии? Все это время фигурируют такие цифры - загрязнено 2,4 гектара, а в водный источник попало 150 куб.м. дизтоплива. Почему-то никто до сих пор не пробовал их опровергнуть.

- Посчитать нетрудно по формуле, если бы нам дали верные исходные данные. Но давайте исходить из здравого смысла: площадь вдоль реки - это 7,7 гектар. Были загрязнены поймы - это 5,2 га. Площадь вдоль берегов Северинского пруда - около гектара, впрочем, там почва промыта. По самым грубым прикидкам было загрязнено не менее 13 гектар.
Что касается объема вытекшей солярки: Если учесть, что ландшафт в месте аварии имеет характер склона, и силу, с которой бил фонтан солярки, то можно сказать - вытекло примерно 1125 кубометров.

- Александр Александрович, куда же делись эти 1125 кубометров?

- Совершенно логично предположить, что большинство солярки ушло по Северке, через пруд в речку Юг. А эта речка впадает в Каму...

Беседовала Марина Вяткина

По мнению Александра Захаренко, директора ООО "БЕСТА", в Юго-Камском во время аварии прошлого года вытекло не 150 кубометров дизтоплива, как утверждает ООО "ЛУКОЙЛ-Пермнефтепродукт" а 1125 (!!!).

Размещено 07.05.2003

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2003 г. / №4(61)