НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2003 г. / №5(62)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2003 г.

О газете
Архив

№5(62)

логотип газеты "Личное дело"

Леша, Ваня и Настена

Разница в возрасте у них невелика. Год-два принципиальной роли в детдоме не играют. По дате выпуска их можно считать погодками: Ваня старше, Леша младше, а Настена за ними будет. Пацаны в казарменной иерархии спального корпуса кулаками свое жизненное пространство отстаивали. Настена тоже при случае когти имела.

Учитель

С чего начинается Родина? С картинки…Вернувшись в середине 80-х после окончания архитектурного факультета столичного ВУЗа в родной провинциальный город, Петрович принял однозначное решение - о свободном плавании. Было на то две причины. Первая: работа в местном парке культуры и отдыха не принималась душой. Вторая: не для того бежал из столицы, где признание и доходная суета отнимали время и силы от основного - живописи.

Непритязательность в быту и социальном положении - не отмазка, с голоду бы не помер, но вот расходники: краски, кисти, холсты, подрамники денег реальных стоят и не малых. О продаже собственных работ в тот период даже и не думал. Чайковские друзья предложили вариант: организуй студийные занятия с нашими детьми пару раз в неделю, а мы их оплачивать будем. Поскольку друзей много, то и студия набралась немалая - два десятка карапузов от четырех до шести лет.

Профессиональные педагоги и художники знают, что в этом возрасте восприятие мира у детей невероятно сильное по цветоощущению. Что самому Петровичу особо доказывать не надо: знает - все дети талантливы. Взрослый художник-живописец взвыл от восторга - дети легко и непринужденно выдавали решения, над которыми маститые авторы бились десятилетиями. Тут главное - не мешать. А научить держать карандаш, кисть, выбрать тот или иной материал - дело времени, терпения и умения Учителя.

Шестилетнего Лешку подобрал случайно. Мальчишка уже определенный в сиротское учреждение упорно сбегал из дошкольного отделения интерната. Читать-писать отказывался. Зато самозабвенно предавался росписи мелом на уличном асфальте. Особенно любил пожар в джунглях. За этим занятием его Петрович и приметил, привел в студию. Драчливый, капризный Лешка откровенно растерялся от доброжелательной атмосферы чистеньких семейных одногодок, оттого уходить из студии совсем не хотел. Петрович почти силой, за руку отвел его в интернат. На другой день лично за ним пришел. Через неделю Лешка и четверо его друзей из интерната стали полноправными членами детской студии. А еще через неделю Петрович оформился преподавателем изобразительного искусства в самом детдоме.

Детская студия долго кочевала по городу, меняя помещения и спонсоров. Когда в 91-м году стало ясно, что отступать больше некуда, юные художники перекочевали в мастерскую своего Учителя, расположенную в детском доме.

Ваня

Это сегодня у Петровича в здании детдома есть экспозиционный зал. Художественный фонд Детской картинной галереи насчитывает более двух тысяч единиц хранения. Все работы гениальны - так считает Петрович.

Когда своего зала не было, он устраивал персональные выставки учеников в Чайковском филиале Пермской государственной художественной галереи, искусствоведы и хранители которой активно с ним сотрудничают. "Персоналка" Вани в государственной галерее стала первой.

Резонанс от беспрецедентной экспозиции в областной прессе был большой. Публикации с фотографией автора выдали газеты "Звезда", "Пермские новости" и "Местное время". В эфире областного радио и телевидения прошли сюжеты. И тут у Вани нашлись родственники.

В отличие от Леши и Настены, Ваня свою маму не знал. Из "отказников" он. И не местный, не чайковский. Администрация детдома неоднократно пыталась установить контакт с матерью мальчика. Бог судья этой женщине, утонувшей в комплексе собственной вины. За Ваней приехал брат матери и оформил опекунство. Приход в новую семью четырнадцатилетнего художника-графика сопровождался восхищением двоюродных братьев, любовью бабушки, признанием со стороны дяди и тети. Сегодня Ваня заканчивает обучение в престижном ВУЗе на факультете художественной графики. В чайковском детдоме не любят вспоминать о том, что десять лет назад ребенка трижды направляли в корреляционное учреждение. От той судьбы Ваню спасли обстоятельства и Петрович.

Настена

Настя младше Леши и Вани. В студию Петровича она пришла со второй волной детдомовских детей. Художник выделил ее на плановых уроках рисования. Удивило композиционное решение детского пейзажа. Психологи хорошо знают особенность "девчоночьего" рисунка. В отличие от мальчиков девочка в начале изображает себя - и лишь за тем заполняет пространство отражением окружающего мира. Настена упорно писала пейзажи, а лишь затем мучительно искала место для фигурки с бантиком на голове.

Лет до 12-ти Петрович с Настеной бед не знал, как, впрочем, и с большинством своих "академиков". Стоило студийцам войти в "дурной" возраст, наступали капризы, обиды, уход от работы. С детдомовскими ситуация для Петровича усугублялась конфликтами с воспитателями. Дети упорно прятались от плановых мероприятий учреждения в помещении его студии.

Учебный класс и мастерская: с картинами, этюдниками, запахом красок и соснового скипидара. За дверью в коридоре: запахи общепита и антисептики. Детдомовские студийцы предпочитали находиться в мастерской, выполняя домашние задания по общеобразовательным предметам. Педколлектив грозно поставил Петровичу на вид. Художник пытался модернизировать отношение к своим "академикам". Режим, дисциплина, учебно-воспитательный процесс госучреждения оказались непреклонны. Петрович закрыл дверь для внеплановых посещений. "Академики" влились в общий поток уличных уклонистов. Настена, которая в свое время за один пленэр выдавала по пять-шесть этюдов, теперь крайне редко бралась за кисть. Петрович попытался "дожать" - уж шибко роскошно у девчонки шла живопись. К ее пятнадцатилетию "одел" ее персональную выставку. Организовал и провел торжественное открытие экспозиции.

А дальше? Проторенная выпускницами детского дома колея: "добрый надежный старший друг", а затем модельное агентство, которых в городе аж три. Затем - работа в "модельном бизнесе", в странах дальнего зарубежья. При всем ужасе ситуации - это не самый худший вариант местных криминальных историй. Некоторые девчонки через три-четыре года возвращаются в Чайковский, имея финансовую возможность для поступления в ВУЗ. Поскольку город маленький, их знают в лицо.

С Петровичем Настена встреч избегает.

Леша

Многие педагоги чайковского детдома с облегчением перевели дух. В 1990-м. В год Лешкиного выпуска. Для воспитателей он был вечной головной болью. Неуправляем. Лидер своей группы, не идущий на компромиссы.

Для дальнейшего обучения было избрано художественное отделение профессионального училища в Перми. При поступлении внезапно выяснилось, что училище входит в список "непроходимых" для детдомовских. Сегодня в департаменте образования решительно отрицают официальный статус подобного списка. Тем не менее признается его фактическое наличие. Умилительно… Петрович, приехавший в Пермь с Лешкой, был близок к нервному срыву. Ну не приемлемы для него "условности среды". Ситуацию переломила "общественная мама" Лешка длительный срок являлся стипендиатом депутата Законодательного собрания Виктора Чичелова, генерального директора "Пермтрансгаза". Так он попал под покровительство руководителя отдела службы по связям с общественностью подразделения Газпрома.

"Общественная мама" все и устроила. Леша поступил в училище на эксклюзивных условиях. Петровичу же при этом было жестко указано: мол, заводи родных детей - и вот тогда по-своему их интегрируй в общество. Стиснув зубы, Петрович самоустранился. А для Леши началась роскошная жизнь под патронажем возможностей "Пермтрансгаза". "Общественная мама" навещала его нередко, но все же упустила узловой момент конфликта, который стал для ребенка трагическим.

Конфликт с руководителем художественного отделения ПУ начался практически с первого года обучения. Новый учитель, будучи человеком предприимчивым и зная потенциал нового ученика, решительно взял в карьер. Леша, привыкший к творческой вольнице Петровича, по-мальчишески уперся. Наставник надавил, Леша взбрыкнул. К середине второго курса личная неприязнь стала непреодолимым барьером. Рядом не нашлось ни одного взрослого человека, который попытался бы найти выход из сложной педагогической ситуации. Ни администрация ПУ, ни социальные педагоги, ни классный руководитель, никто не посчитал нужным поставить под сомнение авторитет руководителя художественного отделения. Сам же Лешка, воспитанный всей практикой предыдущей жизни под лозунгом "не верь, не бойся, не проси", прогнуться под ситуацию не смог. За свои 19 лет он научился доверять только себе и Петровичу, который почему-то его "кинул". До последнего дня в училище Лешка не верил, что его не допустят до итоговых экзаменов. Администрация ПУ в рекордно короткие сроки выдала "подъемные" - и быстренько, долой, из сердца вон проблемный объект, находящийся на попечении государства. В результате - "волчий билет" - справка о прослушанном курсе. Дорога к поступлению в ВУЗ перекрыта.

Петрович о катастрофе узнал из гневного письма руководства "Пермтрансгаза", аннулирующего свою поддержку "не оправдавшему и неблагодарному". Лешка полгода избегал встреч с Петровичем. Комплексом вины мучались оба.

Сегодня Леша на ставке художника-оформителя при Чайковском управлении соцзащиты работает по программе Петровича "Солнечный круг" с детьми-инвалидами. К неоконченной дипломной работе "Случай на охоте" даже не прикасается. Петрович друзьям в тайне от Лешки твердит одно:

- Ничего, отойдет, начнет работать. Он же художник.

Андрей Кучумов

Размещено 30.05.2003

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2003 г. / №5(62)