НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2003 г. / №7(64)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2003 г.

О газете
Архив

№7(64)

логотип газеты "Личное дело"

Личность

Дело Зекцера

На снимке: Израиль ЗекцерНесколько дней назад на Южном кладбище в Перми собрались пожилые люди. За спиной у каждого - тяжкие годы репрессий, потеря ближних, родного дома - всего, что должен иметь человек. Почти год они собирали средства на строительство памятника своему ушедшему из жизни собрату, своему первому защитнику - Израилю Зекцеру. Весь пермский "Мемориал" собирал эти деньги. И вот теперь и сами собрались, чтобы открыть памятник бескорыстному и мужественному человеку.

Независимая партия

…Антисоветская группа состояла из пяти десятиклассников пермской школы №11 и называлась так: Независимая Коммунистическая Партия Обновления (НКПО). Члены новой партии ставили своей целью "борьбу со всеми недостатками в СССР с конечной целью - коммунизм". Они успели провести всего шесть нелегальных собраний, разработать устав и составить присягу, в которой клялись всю свою жизнь бороться за победу во всем мире.

Вот, собственно, и все их преступление.

НКПО создал фактически один человек - десятиклассник той же одиннадцатой школы (ныне - гимназия имени С.П. Дягилева) Изя Зекцер. Почему именно он?

Может быть, потому, что в подростке было заложено свободолюбие. Не то, широко декларировавшееся Сталинской конституцией, но мертвое на практике, - а естественное, как дыхание, стремление к свободе, как побеги зеленой ивы, что тянутся к солнцу, пробиваются вверх, где им хочется.

Кроме того, семейное воспитание. Семья Зекцеров приехала в Пермь из Ровно, который до 1939 года относился к Польше. В 41-м они эвакуировались оттуда, перебрались к тетке. Разницу между польской и советской жизнью нельзя было не ощутить, даже детям.

Впрочем, если посмотреть со стороны, Изя рос обычным, нормальным советским мальчиком. Активист, член ученического совета. И, конечно, комсомолец, момент вступления в ВЛКСМ запомнился ему как праздник. Тогда не быть в комсомоле значило слыть "белой вороной". Паренек занимался спортом, причем волейболом, несмотря на малый рост. Прыгуч был, брал больше самолюбием, азартом, упорством.

Но однажды, когда съездили в деревню, когда увидели, в какой нищете живут колхозники - после этого посерьезнели Изя и его товарищи. Они понимали, разумеется, что сказывается еще война, ее разорительное наследие. Но не только же в этом было дело…

- Вы посмотрите, какой бюрократизм кругом! Справки важнее, чем человек! Много красивых разговоров, а настоящей диктатуры пролетариата нет, политика партии искажается…

Так убеждал юный Зекцер своих друзей в необходимости создания самой справедливой организации. Конечно, раскрывался он только перед самыми надежными ребятами, теми, кому доверял. Склад ума у него критический, но в школе он свои замечания и сомнения не высказывал. Понимал, что опасно. Родители его (отец - снабженец, мать - домохозяйка) своих взглядов в открытую не выражали. А вот старшая сестра задушевные разговоры с братом вела, и горестных наблюдений своих от него не скрывала.

Новая "компартия" просуществовала всего несколько месяцев, даже четкой программы не успели разработать борцы за социальную справедливость. Так, разрозненные мысли, решительные тезисы, жаркие речи на тайных собраниях и… желание пробиться на прием к первому секретарю обкома ВКП (б). Для чего? Чтобы все ему выложить, "раскрыть глаза".

Изя Зекцер и некоторые его приятели допускали, что Первый - такой же, как все, но пусть узнает, он же главный представитель руководящей партии в Молотове! Так тогда называлась Пермь. Пусть узнает, а дальше - будь, что будет.

Ирония судьбы в том, что в семье первого секретаря обкома партии Николая Ивановича Гусарова рос свой вольнодумец. Своего сына Володю, который был чуть постарше Изи Зекцера, Гусаров не смог воспитать в духе партийных требований. Сын секретаря стал позднее диссидентом, автором книги "Мой папа убил Михоэлса". Бессильное обещание Гусарова-старшего по адресу сына: "Я научу тебя Родину любить!" - так и осталось фразой. Чего нельзя сказать о юных партийцах-школьниках. С ними секретарь приказал разобраться быстро и радикально. Чтоб другим неповадно было…

Арест

6 декабря 1945 года Изя Зекцер был арестован, шесть месяцев находился под следствием. Допросы вел, "ввиду особой важности дела" (такого в Перми давно не бывало), сам начальник следственного отдела МГБ Хецелиус. Зекцер решил все брать на себя, поскольку считался организатором партии.

- Но скрывать мне было нечего, - вспоминал Израиль Абрамович, - потому что чекисты уже почти все знали! Имена всех моих товарищей по партии органам были известны. Долгое время я не знал, кто из них донес, но кто-то же "настучал". С показаниями товарищей следователь меня частично знакомил. Обошлось без очных ставок. Меня не били, нет. В общем-то, следователь отнесся ко мне хорошо. Он ведь мог взяться и за моих родственников (хотя дома я никогда не говорил о партии). Я ничего не отрицал, был убежден, что правда - на нашей стороне. Агитировал? Да, привлекал молодежь в организацию - но не призывал к восстанию против советской власти. Тут у нас со следователем отыскался пунктик расхождения. Я говорил одно, а следователь записывал другое: что я "вел антисоветские разговоры" и т.п. В конце концов, я подписал все, что он хотел…

Позже он узнал имя доносчика. Но никакого чувства мести! Все простил "слабаку". Он и следователя своего простил, объяснив это просто: "С членами подобной молодежной организации в Воронеже, созданной несколькими годами позднее, обошлись гораздо более жестоко…" Только по одному пункту "антисоветчик" (на самом-то деле, как мы понимаем, Израиль Зекцер не был таковым ни тогда, ни позже) настоял на своем. Следователь настойчиво выяснял у мальца, заходя и с того боку, и с этого, требовал, чтобы он назвал взрослых руководителей организации. Но возводить очевидную напраслину на себя и, главное, на других юноша не согласился. Запрещенной литературы лидер "Независимой компартии" практически не читал. Во время обыска у него дома изъяли дневник, из которого выяснилось, что юные заговорщики регистрировали каждое свое собрание (!) Еще у Изи нашли книжку о путях строительства социализма, 20-х годов. Оказалось, "троцкистское" издание…

Ему было 16 лет, когда прозвучал приговор Особого совещания (ОСО) при МВД СССР: три года исправительно-трудовых лагерей, по статье 58 пункты 10 и 11, "Пропаганда или агитация, содержащие призывы к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных выступлений…"

Максимализм как принцип

Круги Дантова ада для Израиля Зекцера шли в такой последовательности: пересыльная тюрьма - промколония - высылка из Перми. После отбытия срока - ссылка и поселение в Красноярском крае. Освобожден был только в 1954 году, со снятием судимости. Затем учеба в техникуме, работа геологом… А реабилитировали его только в 1990 году.

Израиль Абрамович всегда занимался пополнением своих знаний. В этом он очень похож на своего известного однокашника артиста Георгия Буркова. Учились они, правда, в разных классах, но вместе, бывало, выступали с шефскими концертами в госпиталях. Вот только в партии Зекцера Жора Бурков не мог оказаться ни под каким предлогом, потому что сам был лидером по характеру. В своем дневнике Бурков напишет о том времени: "Я обманул Государство. Я выиграл время и получил самообразование в пермской областной библиотеке имени Горького… Ирония помогла мне во многом. Я очень рано решил не делать жизнь с Павки Корчагина или Феликса Дзержинского".

И Зекцер понял, с кого не надо делать жизнь, оказавшись в неволе. Хотя судимость, полученная в юности, не раз "аукалась" в его биографии.

В годы "перестройки", уже находясь на заслуженном отдыхе, Израиль Абрамович вновь включился в общественную работу. Скольким жертвам репрессий он помог! Борьба, которую он вел, оказалась намного успешнее, чем у "партии обновления" осенью 1945-го. Возглавив Ассоциацию жертв политических репрессий при обществе "Мемориал", Израиль Абрамович вносил в ее деятельность частичку юношеского максимализма члена НКПО. Немало признательных слов довелось услышать ему на праздновании 10-летнего юбилея Ассоциации. И даже получить награду - медаль Ордена "За заслуги перед отечеством" 2-й степени. Что само по себе случай исключительный, так как государство наше правозащитников не балует.

Защищая интересы людей, пострадавших от репрессий, он мог из чиновника, как говорится, "вытянуть жилы". Но и благодарить умел. У многих пермяков остались на память о неугомонном председателе Ассоциации его благодарственные письма - за поддержку и понимание деятельности, направленной на демократическое развитие общества и утверждение принципов гуманизма, ненасилия, приоритета прав человека. Это было делом Зекцера, содержанием всей его жизни.

- Он отстоял права сотен, тысяч людей. Ведь только по городу Перми членов Ассоциации свыше четырех тысяч, - говорит председатель Пермского областного отделения общества "Мемориал" Александр Калих. - Да, с ним было порой непросто. Радикальность, прямолинейность - все это могло вызывать разные чувства. Но то, что он совершенно бескорыстен, что руководствуется нравственным законом, законом совести - это было очевидно всем. Даже его врагам.

Владимир Гладышев
Размещено 30.07.2003

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2003 г. / №7(64)