НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2005 г. / №1(82)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2005 г.

О газете
Архив

№1 (82)
Январь

логотип газеты "Личное дело"

Эхо поэзии

Григорий Данской: "Я крепко стою на рельсах…"

Пермский поэтический год получил достойное завершение: Григорий Данской представил свой новый альбом "На верхней боковой". Концерт прошел во дворце культуры Всесоюзного общества слепых при почти полном зале поклонников. Устроившись на высоком стильном стуле, в течение двух часов под акустическую гитару Григорий Данской озвучил свои новые песни и вспомнил "старенькое", немало заведя публику именно тем, что уже слышано. Атмосфера домашнего литературного, студенческого сейшна царила неспроста.

Бард, поэт, филолог Григорий Данской Как Борис Гребенщиков - последовательный буддист, как Андрей Макаревич - идеалист, стремящийся переделывать мир, так Данской - неисправимый филолог. Новый CD так и называется "На верхней боковой. Книга песен", к диску приложен буклет с текстами песен. Таким образом авторы, как коктейль, соединили диск и книгу. Во время концерта Данской не только поет, но и читает собственные стихи, оставаясь то ли поэтом, то ли бардом, то ли автором-исполнителем. И те и другие, и третьи признают его за своего: у Григория Данского есть поэтические сборники, его стихи публикуются в различных литературных изданиях, он бывает на "Грушинском фестивале" и значится в списке на сайте www.bardsong.ru

Стоит ли разводить эти понятия? Наверное, да. Поскольку последний альбом демонстрирует явный крен в сторону КСПешной стилистики (как музыкальной, так и, местами, поэтической), этакой романтической задушевности. Не хватало только спеть "возьмемся за руки друзья…". А именно этот потёртый до дыр девиз то и дело носился в воздухе концерта. Тексты, произносимые от лица крайнего индивидуалиста, которому и в голову не придет призывать кого-то к чему бы то ни было, у Данского перемежались и в общем-то до некоторой степени замусоривались типично бардовскими. А умные поклонники Данского так ждали, что он будет не объединять их какой-либо проблематикой, а напротив жестко ставить слушающего в позицию "Я" (а не "Мы").

Филологический чип вживлен как в сознание самого Данского, так и многих из бывших на концерте. Как любителей бардовской песне объединяет любовь к природе и дружеским посиделкам, так этих объединяет знание "главных" персонажей и магистральных сюжетов русской литературы. Это тоже свое довольно узкое закрытое и дружное сообщество. Поэтому в середине концерта, например, Григорий Данской заявляет, что точно знает, что в зале есть филологи, и далее звучат песни из веселого цикла "Филологический пассаж": тексты с множеством аллюзий, реминисценций, цитат и так далее. У филологической братии, в которой тоже воспитали литературную иерархию ценностей - "Мои друзья - Пушкин, Толстой" - возникает эффект узнавания. Все это неплохо: тешит самолюбие осознанием причастности к узкому кругу избранных посвященных.

Лирический герой Данского, как чуть ли не все персонажи русской классики за исключением Обломова находится в дороге. Вспомним: Онегин передвигался между Петербургом, Москвой и заграницей, Печорин путешествовал по Кавказу, Чичиков гнал в бричке в уездный город N, князь Мышкин прибывал в Москву из Швейцарии. В традициях "великой русской" герой Данского в движении, точнее - в движущемся вагоне. Причем вагон этот приобретает то вполне реальные очертания (и тогда попутчиками становятся непросвещенные, "опрощенные" сограждане), то вдруг инфернальным, мчащим тело героя в поисках затерявшейся души.

    Где ты, душа, осталась?
    ...А было как наяву:
    принесли на станцию
    человека - и в поезд, в Москву.
    Очнулся ночью, в дороге.
    Поезд уже под Москвой.
    И едут вперед его ноги
    на верхней боковой.
    

    Вот незадача почище гоголевской: через два часа будут Мытищи, а дальше, понятно, Москва. Так что это, шутка злая? Откуда и кто такой - он едет, куда не зная, на верхней боковой. ("На верхней боковой")

Как заметил исполнитель, "верхняя боковая" - это особая точка, с которой все видится по-другому. Место в этой жизни герою досталось, надо сказать, не самое фешенебельное и, судя по всему, не в вагоне бизнес-класса. Отсюда и уверенное движение стихов с нового альбома в сторону новой социальной романтики. "Толстовского духа несущий печать" (моралист, стало быть) персонаж разражается почти брехтовскими зонгами против вынужденных попутчиков, из окон электрички бросающих "пластик и различный полимер", засоряющих тем самым натуру-природу ("В защиту натуры"). И путь он держит не на Гавайи, а до какой-то ближней станции, где "мужики с топорами" (банальные дачники):

    Айсберги, пляж с макареной...
    Нет, что я - герой последний?
    Пусть, думаю, Макаревич
    поедет - ему полезней.
    ("Станция Боковая")
    

Лирический герой "На верхней боковой" - это герой-интеллигент нашего времени, не находящий ничего общего с народом, не вписывающийся в рыночную ситуацию и по сути дела стоящий в растерянности:

    Не говори со мной о деньгах -
    Я не знаю что это такое.
    Поговори со мной о покое.
    О счастье со мной поговори.
    Но ты говоришь: "Деньги, деньги".
    Как будто бы я экономист.
    А я никакой не экономист.
    Я самодеятельный артист. 
    ("Грустные размышления медитативного характера о сущности денег")
    

Не случайно в новом альбоме так много песен "дорожной" тематики. "Я крепко стою на рельсах", поет Григорий Данской. Состояние неустойчивое: явно между чем-то и чем-то, и даже опасное. Может быть в следующем альбоме герой и достигнет какой-то цели. А пока - дорога, дорога и Пушкин с Толстым в качестве собеседников.

Юрий Вертов
Размещено 23.01.2005

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2005 г. / №1(82)