НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2005 г. / №2(83)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2005 г.

О газете
Архив

№2 (83)
Февраль

логотип газеты "Личное дело"

Армия и общество

Шипы и зазубрины для первопроходцев АГС

2004 год можно назвать первым годом российской альтернативной гражданской службы. Общественная кампания за принятие закона об АГС в России шла на протяжении целого десятилетия, то разгораясь, то затухая и снова вспыхивая. В 2002 году брешь в противостоянии депутатов Государственной Думы удалось пробить, и долгожданный закон об альтернативной гражданской службе появился на свет. А с 1 января минувшего года он вступил в действие. И хотя многие статьи закона не совпали с ожиданиями претендентов на АГС и правозащитников, первые сто молодых россиян уже отслужили полгода из положенных им трех с половиной лет.

Cолдат мирного фронта Андрей Сергеев. Фото Михаила Фадеева Свидетели АГС и Иеговы

Двое из первопроходцев были приглашены нами в Пермь для участия в семинаре "Вопросы защиты прав граждан, проходящих АГС", организованном Центром поддержки демократических молодежных инициатив, чтобы собравшиеся могли из "первых рук" получить информацию, необходимую для отладки механизма российской АГС. Уверена, что эта информация ценна не только для поборников демократической альтернативной гражданской службы в России, но и для всех, кто заинтересован в том, чтобы наше государство становилось более гуманным и социально направленным.

Итак, Геннадий Бутаков и Андрей Сергеев рассказали о том, как проходят альтернативную гражданскую службу в Городецком психоневрологическом интернате Нижегородской области. Приехали они в славный маленький городок Городец с противоположных концов нашей огромной Российской Федерации: Геннадий из Бурятии, Андрей из Ленинградской области. Привели их сюда убеждения, несовместимые с несением военной службы (оба принадлежат к церкви Свидетелей Иеговы), и указующий перст Федеральной государственной службы труда и занятости, которая принадлежит Министерству Зурабова (так журналисты обычно называют Министерство здравоохранения и социального развития).

Первым альтернативщикам достались все зазубрины и шероховатости еще неотлаженного и непритертого механизма АГС. Из рассказов Геннадия и Андрея видно, что сложности, санкционированные самим законом, еще усугубляются то неосведомленностью чиновников, то их нерадивостью, то желанием усилить тяготы АГС-службы (чтобы она альтернативщикам медом не казалась).

В борьбе за это

Эти зазубрины начинают ощущаться претендентом на АГС задолго до того, как он попадет на свое рабочее место - с подачи в военкомат заявления о замене военной службы альтернативной гражданской. Зачастую работники военкоматов говорят претенденту, что он опоздал подать заявление в срок, и поэтому оно не будет принято. Но военный комиссариат в любом случае, даже если заявление подается за день до начала призыва или в ходе призыва, обязан его принять и передать в призывную комиссию. А уж призывная комиссия потом будет решать, что с ним делать.

Естественно, в военкомате пытаются разагитировать потенциального АГСника: некоторые военкоматчики стремятся преподнести закон в еще более мрачных красках, чем он есть на самом деле. А попросту, отговорить претендента от АГС: зачем, мол, тебе это надо, лучше отслужи 2 года в армии. И кое-кого удается повернуть назад. От совокупности всех этих усилий число подавших заявления резко сокращается. По официальной статистике за весь минувший год оно составило всего около полутора тысяч. Хотя несколько лет назад молодых людей, желающих пойти на АГС, было, по данным социологов, гораздо больше.

Но вот соискатель гражданской службы прорвался через первые кордоны. Далее - встреча с призывной комиссией, где опять же ведущую роль играет представитель военкомата, ко мнению которого внимательно прислушиваются остальные члены ПК. И говорит представитель военкомата претенденту этак иронично: "Ну, рассказывай, что у тебя за убеждения". Претендент - зеленый юнец - перед таким скопищем авторитетных лиц и перед их скепсисом часто теряется, говорит, естественно, не как Цицерон. И вот уже слышит вердикт: "Не доказал наличие убеждений, несовместимых с военной службой". На практике получается, что примерно каждый пятый претендент "не сумел доказать".

На гражданском посту

Остальные, "доказавшие", отправляются к месту службы. Перед отправкой в райвоенкомате им должны выдать проездные документы, а также учетную карточку и удостоверение альтернативнослужащего. Геннадий Бутаков, прослуживший к началу семинара 4 месяца, ни того, ни другого (кроме проездных документов) не имел. Руководство интерната поверило на слово, что именно он направлен к ним для прохождения АГС. А если бы не поверило?

Ставка санитара в психоневрологическом интернате 670 рублей. Плюс доплата за внутреннее совместительство, плюс разные надбавки, плюс премия. Итого, общая сумма в месяц у альтернативщика выходит чуть больше 2-х тысяч. Из этого высчитывается подоходный налог и профсоюзный взнос, получается 1800. Из этой суммы вычитается за питание около 900 рублей. Остается на все другие расходы чуть меньше тысячи. Военные говорят, что солдату на руки выдается гораздо меньшая сумма. Но ведь солдат живет на всем готовом, и в целом каждый военнослужащий обходится государству в 20 тысяч рублей.

До отправки к месту службы ни Геннадий, ни Андрей не имели опыта социальной работы вообще, тем более в таком специфическом учреждении. Между тем, взаимодействие с людьми, имеющими психические расстройства, требует от санитаров особых знаний и навыков. Но никто не предусмотрел для ребят никакой подготовки. Учатся всему на ходу, наблюдая за работой других санитаров. Андрей Сергеев так сказал о своих ощущениях: "В основном, нагрузка идет моральная. То есть, вынести ночные горшки, поменять постельное белье, принести-унести еду больным - это, в принципе, довольно-таки просто. Трудность для меня в том, как морально выдержать 3 с половиной года жизни и работы в этих условиях".

На первый взгляд, кому-то может показаться сущим пустяком то, что Геннадию и Андрею приходится и работать и жить в здании интерната. Но, наверное, каждый из нас когда-нибудь ощутил, как трудно пробыть рядом с психически ненормальным даже несколько минут. А тут 3.5 года постоянно, и днем, и ночью. Психологи утверждают, что у социальных работников и младшего обслуживающего персонала больничных учреждений после определенного, довольно непродолжительного периода, наступает психологическое сгорание. И они или уходят из этой сферы, или становятся как бы бесчувственными по отношению к больным, или заболевают сами. Вот, наверное, почему альтернативная служба ни в одной цивилизованной стране не длится дольше полутора лет.

Альтернативные гражданские вопросы

Рассказ первых альтернативщиков вызвал у участников семинара массу вопросов. Вот один из них: "Если российский закон обрёк АГСников на 3.5 года службы, почему же работодатель еще усугубляет это предоставлением жилья по месту работы?" И тут же прозвучал ответ работодателя, и.о. директора Городецкого интерната А. Кантемировой: "Да потому, что социальные и медицинские учреждения слишком бедны и не могут строить или арендовать общежития. Но именно эти учреждения больше всего страдают от нехватки санитаров и другого младшего обслуживающего персонала".

Тут уж автора этого материала прорвало целой вопросительной тирадой: "В таком случае, почему сотрудники Федеральной службы труда и занятости послали служить в Городецкий психоневрологический интернат парня из Бурятии, а не жителя того же Городца? Быть не может, чтобы даже в маленьком городе не было двух-трех претендентов на АГС. А для бурятского АГСника неужели не нашлось бы место санитара в социальных интернатах Улан-Удэ? Ведь это и для российской экономики было бы гораздо выгоднее. Посчитайте, сколько денег будет ухлопано только на оплату проезда АГСников к месту службы и обратно домой (за 3.5 года с учетом ежегодных отпусков получается по 5 поездок туда и обратно на каждого)!"

Эксперт Института прав человека Лев Ливенсон, участвовавший в семинаре, так ответил на мои вопросы: федеральный закон "Об альтернативной гражданской службе" провозгласил преимущество экстерриториального принципа прохождения АГС. Но преимущественность не означает обязательность. Значит, Федеральная служба труда и занятости при необходимости может направлять альтернативнослужащего и в учреждения по месту жительства. Главное, чтобы эти учреждения подавали заявки.

Вывод следующий: понятно, что федеральный закон в сегодняшнем его виде слишком жесткий по отношению к претендентам на АГС и требует поправок. Но пока они не внесены, его можно и нужно применять так, чтобы не наносить еще большего ущерба тем, кто, несмотря ни на что, решается проходить АГС.

Ирина Кизилова,
ведущий менеджер по АГС
Центра поддержки демократических
молодежных инициатив

Размещено 18.02.2005

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2005 г. / №2(83)