НОВЫЙ САЙТ ПРПЦ НА NEW.PRPC.RU





Главная / Наша газета / 2005 г. / №9(90)

НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". 2005 г.

О газете
Архив

№9 (90)
Август

логотип газеты "Личное дело"

Жилищное хозяйство

Готовь сани летом, а деньги всегда

"Стоимость квартплаты постоянно растет, причем самая дорогая строка в моем счете - это отопление. Откуда вообще берется сумма платы за отопление, и как ее рассчитывают?" Такой вопрос прислала нам пермская пенсионерка Виктория Арсеньевна Соколова.

Нас в редакции тоже давно интересовало то, кто, как и по каким принципам считает, сколько мы должны платить за отопление и электричество. Поиски привели нас в НПО "Энерготехпроект" - предприятие, которое работает в области энергосбережения, и как раз выполняет расчеты нормативов для ЖКХ, себестоимости энергоносителей и прочего. На вопросы редакции ответила директор Энерготехпроекта" Анна Якубчик.

- Анна Владимировна, как вообще рассчитывается плата за отопление?

- Формула стоимости отопления такая: цена 1 Гкал умножается на количество Гкал, которое потрачено на отопление данного помещения. Цена 1 Гкал для каждого предприятия, производящего тепло (котельная, ТЭЦ), устанавливается Региональной энергетической комиссией (РЭК) на основе затрат, существующих на каждом предприятии. То есть котельные приносят свои планируемые затраты, РЭК проверяет их и утверждает тариф на год. По этим ценам город покупает у котельных тепло, а потом по усредненной цене продает горожанам.

- Получается, кто хуже работает, менее эффективно, тому мы и платим больше?

- Ну, не обязательно хуже работает, могут быть и объективные причины высоких затрат: устаревшее оборудование, например.

- А как такой затратный принцип стимулирует предприятия к снижению тарифов?

- Никак. Если предприятие сократит расходы, то и оплату ему сразу же урежут. Зато если оно сможет как-то убедить РЭК, что затраты возросли, что, в общем, постоянно в Перми и происходит, - тариф возрастет. Всегда ведь есть объективные проблемы. Например, сети слишком старые, ежегодный ремонт обходится, может, уже дороже новых сетей, но на их строительство нужно где-то единоразово найти деньги. Да и кто-то вообще должен это определить, рассчитать, принять решение. А зачем, если РЭК и так все оплачивает? В результате сети бесконечно ремонтируются, затраты растут, проблемы не решаются.

- А ваше предприятие в этом всём как участвует?

- Как вы уже поняли, для энергетической комиссии бывает сложно определить, насколько соответствуют действительности расчеты предприятия - для этого недостаточно ни количества специалистов, ни времени. Поэтому им приходится либо принимать на веру цифры предприятия, либо просто урезать наугад. Если к нам обращаются, мы проводим расчеты. Кстати, это же касается и тарифов на электроэнергию.

- Значит, тариф за единицу устанавливает энергетическая комиссия. Теперь вторая часть формулы: как определить количество потребленного тепла?

- Если у вас стоит теплосчетчик, то по нему. А если его нет, то по нормативу. Такие нормативы принимаются решениями местных дум. У нас в Перми принято, что на отопление 1 квадратного метра уходит 0,388 Гкал в год, в других городах нашей области - от 0,1 до 0,6 Гкал.

- То есть везде разное количество тепла уходит на отопление 1 метра? А почему такая разница большая?

- Как примет местная дума, такое значение и есть.

- А на чем дума основывает свое решение?

- Конечно, должны регулярно проводиться специальные расчеты. Однако на практике никакие расчеты не проводятся. Откуда взялись только что названные нами нормативы, абсолютно неизвестно. По крайней мере, ни в Пермской гордуме, ни в горадминистрации, ни в управлении ЖКХ объяснить нам это не смогли. Вот как раз сейчас к нам обратилась городская дума г. Воронежа с такой проблемой. У них народ бастует, не согласны с ростом квартплаты. Дума решила, что необходимо пересчитать нормы потребления отопления, горячей и холодной воды, - считают, что они завышены примерно вдвое. А пермских думцев, повидимому, плата устраивает.

- И всё-таки хотя бы примерно как вы оцениваете пермские нормы потребляемого тепла? Завышены?

- Скажем так: резервы есть…Специальный расчет норм потребления по Пермской области нами не проводился. А вот что касается тарифов, то оценочно могу сказать, что при оптимальном управлении многие из них могут быть сокращены в 1,5 раза.

- Так, значит, тарифы могут снижаться?

- Из опыта своей работы в этой области могу сделать вывод, что тарифы будут расти и расти. Пока нет настоящей заинтересованности в их снижении ни у кого из участников этого процесса. Сам затратный механизм тарифообразования - когда производителям платят столько, сколько они умудрились затратить, - и является основной причиной роста тарифов. Все разговоры о рыночных отношениях в ЖКХ еще долго останутся разговорами. Главное - это убедить чиновника, который принимает решение, а чиновник заинтересован только в том, чтобы не вступать ни с кем в особые конфликты. Он находится между Поставщиком и Заказчиком, но если Поставщик активно добивается увеличения тарифа, может оказать давление, то Заказчик (например, в лице городской думы) особенно себя не проявляет. Результат налицо.

- А законы разве не должны регулировать рост тарифа?

- Должны. Только ведь закон, как столб - обойти всегда можно. Пример: законодательно устанавливается ежегодный предельный рост тарифа, например, не более 14 %. Казалось бы, всё ясно. Однако если данную котельную сдали кому-то в аренду, то новая организация получает уже как бы новый тариф, никак не связанный со старым, и может под эти предлогом увеличить его процентов на 40. Вот и плодятся новые собственники как грибы.

- А почему вы нормы потребления пересчитываете в Воронеже и Тамбове, а в Перми не посчитали?

- Действительно, гораздо больше заказов поступает из других городов, чем из Пермской области. Мы интересовались в нашей Пермской РЭК, чем вызвана такая слабая активность как предприятий-поставщиков энергоресурсов, так и органов власти. Нам объяснили, что у нас никаких конфликтов не бывает. У РЭК с регулируемыми предприятиями достигнуто полное взаимопонимание, принимаемые тарифы устраивают все стороны, и потому необходимости в экспертизе количества потерь, норм потребления и других составляющих тарифа не возникает. Вообще наше тарифообразование вызывает много вопросов, но задать их было бы лучше председателю нашей пермской региональной энергетической комиссии, чтобы получить ответы из первых рук.

И.О. председателя региональной энергетической комиссии Пермской области Алексей ХрапковМы воспользовались этим советом и пошли поговорить с и.о. председателя региональной энергетической комиссии Пермской области Алексеем Храпковым.

- Скажите, пожалуйста, Алексей Анатольевич, какова роль региональной энергетической комиссии в росте тарифов на тепло в домах?

- РЭК утверждает тарифы на производство и передачу тепла, электроэнергии и природного газа. Это тариф, по которому производитель будет продавать энергию, или (для электро и теплосетей) - тариф на услуги по транспортировке. Какой будет цена для потребителя, решаем не мы, а органы местного самоуправления (в Перми - городская Дума), поскольку потребление энергии конечным потребителем - сфера компетенции не РЭК, а ЖКХ.

- Как вы оцениваете нынешний затратный способ расчета тарифа, когда тариф принимается не по рыночной цене, а согласно фактически понесенным затратам?

- Это правильно, так как не дает повышать тариф сверх фактических затрат.

- А если фактические затраты слишком велики?

- Мы проводим экспертизу и принимаем только обоснованные затраты на производство, передачу и сбыт энергии.

- Тем не менее, тарифы все время растут. Значит, и необходимые затраты тоже? Если у предприятия устаревшее оборудование, слишком большие затраты, что тогда?

- Собственник оборудования может привлекать частных операторов, чтобы те произвели внешние инвестиции. В Пермской области на данный момент из частных операторов работают ОАО "КЭС-Прикамье" - им переданы в эксплуатацию муниципальные электросети 10 городов области, ООО "ПГЭС" (ПермГазЭнергоСервис) - у них электросеть г.Осы и ряд котельных по области и ООО "НовогорПрикамье", у них водоканал в Перми и Березниках и ряд объектов электрохозяйства. При передаче им в аренду сетей и другого имущества РЭК ставит обязательным условием привлечение инвестиций из внешних источников.

- Поскольку потери при передаче энергии по сетям тоже включаются в тариф как затраты, то нас очень интересует вопрос, как же определяются эти потери?

- В тариф могут быть включены не фактические потери, а только нормативные. Нормативные (технические) потери определяются через технические характеристики оборудования. Для каждой трубы или трансформатора есть утвержденные нормы потерь тепловой или электрической энергии.

- И вы рассчитываете потери для каждого производителя энергии?

- Мы не занимаемся расчетом. Расчеты хозяйствующий субъект делает самостоятельно, мы только проверяем их обоснованность.

- А велики ли эти потери?

- Где-то больше, где-то меньше. Для электросетей КЭС (десять городов) в среднем 24,1%. В Осе (ПГЭС) в тарифе учтены потери 26,3%, в Усолье - 33,8%. Но при принятии тарифа учитываются средние потери энергии для каждого оператора. В некоторых городах сети лучше, там потери меньше, а в некоторых больше. Таким образом происходит некоторая территориальная "перекрестка", которая позволяет перераспределять средства от более эффективных территорий к другим.

- А разве такой способ подсчета "средней температуры по больнице" не камуфлирует истинные потери и затраты по некоторым неблагополучным объектам, за которые в противном случае давно необходимо было взяться?

- Все это досталось нам в наследство от социалистических времен, мы пытаемся решить эту проблему по мере сил. Сети старые, нужно строить новые линии, внедрять новые приборы учета. Все это требует денег, и разом прекратить перекрестное субсидирование между территориями мы не в состоянии. Но мы все более совершенствуем процесс дифференциации.

- Но может ли затратный принцип стимулировать производителя энергии? Ведь получается, что любые потери просто закладываются в тариф, и производитель не заинтересован в снижении потерь?

- Затратный принцип стимулирует производителей, ведь мы не принимаем сверхнормативные потери, и это заставляет их выискивать резервы и источники дополнительных инвестиций.

- ЖКХ и производители жалуются на большую изношенность оборудования, что приводит к росту потерь, - вы их тоже учитываете?

- РЭК безусловно учитывает проблемы ЖКХ. Износ некоторых теплосетей области доходит до уровня 60-70%, уровень потерь в теплосетях в отдельных случаях может достигать 50%.

- И столь высокие потери тоже считаются обоснованными затратами?

- Потери могут быть большими, однако, это не значит, что они обоснованы, ведь их причина - неэффективное управление.

- И что же, эти потери не включаются в тариф, и производитель работает в убыток?

- Ну почему же, включаются. Но в таких случаях помимо потерь в тариф закладывается еще и инвестиционная составляющая, необходимая для выполнения программы развития.

- Развитие - это различные ремонты? Но это же требует больших вложений?

- Да, требует. Например, необходимо проводить капремонт теплотрасс, но если мы включим в тариф средства для капремонта, это приведет к многократному росту оплаты. Можем ли мы это позволить себе в условиях реформирования ЖКХ? Не всегда.

- Вернемся к потерям в городских электросетях. Вы говорите - 33,8% нормативных потерь - это именно технические потери?

- Нет, конечно, сюда в скрытом виде входят и коммерческие потери, то есть потери от воровства и недоучета. Мы включаем в тариф эти затраты, но обязываем предприятия в течение нескольких лет снизить эти потери.

- А какие потери вы вообще считаете нормальными?

- Яков Уринсон, зам.председателя правления РАО ЕЭС России, назвал цифру 9% для энергосистем (у Пермэнерго сегодня - 14%). Мы пока, конечно, к этому не стремимся. По Осе, например, разработана программа снижения потерь с 30 до 20%.

- А у какого оператора потери максимальные?

- Так говорить нельзя. Ведь эти операторы пришли недавно, все им досталось в таком плачевном состоянии. Эти потери - наследие прошлых времен.

- Тем не менее, ведь при появлении новых операторов тарифы для всех них были приняты выше, чем для муниципальных сетей? И процент нормативных потерь, насколько мне известно, тоже ведь стал выше?

- Ну, знаете, ситуация везде разная, но в целом РЭК ведет борьбу за снижение потерь.

Беседовал Дмитрий Островский

От редакции. Итак, РЭК ведет непримиримую борьбу за наши интересы, а то, что тарифы все время растут - так это "проклятое социалистическое наследие". Но успехи уже достигнуты, дифференциация увеличивается, программы принимаются, однако, разом всего не решишь, а потому тарифы будут расти и дальше. И хотя затраты в тариф можно включать только обоснованные, но включаются и необоснованные, те, что от плохого управления. Так что, если технические потери получаются необоснованно большими, то они все равно включаются в тариф, только сверху еще добавляются затраты на их снижение. А сверх того, включаются еще и коммерческие. И от всех частных компаний, которым передаются котельные и сети, требуют инвестиций, но они их почему-то делать не торопятся, а стремятся повысить затраты, правдами и неправдами. А уж как определяется цена для потребителя, вообще непонятно, местные власти берут её откуда-то с потолка вместе с нормами потребления. Из нашего небольшого расследования выходит, что установленные тарифы устраивают все стороны - по мнению Алексея Храпкова, баланс соблюден.

Только из этого баланса выпала третья сторона - та, на чьи деньги живут и региональные чиновники, и работники служб ЖКХ. Это мы с вами - жители, потребители и плательщики. За нашу сторону мало того заступиться, расчетов сделать некому. Вот и мудрят над квиточками из ЖКО пенсионерки, и думают: чего это - на дворе лето, а плата за тепло растет. Может и мы и есть причина глобального потепления.

Размещено 03.08.2005

 

Вернуться назад На главную страницу сайта Поиск Добавить в избранное


[an error occurred while processing this directive]
 

 Главная / Наша газета / 2005 г. / №9(90)