О ГАЗЕТЕ
СОБЫТИЯ
АРХИВ
ВАШЕ УЧАСТИЕ
ОТЗЫВЫ
Культурный проект Пермской гражданской палаты АРТЕ_ФАКТ
АРТЕ_ФАКТ
Написать в редакцию
ld@prpc.ru

© Дизайн:
Мария Масло

Газета "Личное дело"

№11(110),
Декабрь 2006

Лицо президента в каждом экране

Главная / "Личное Дело" / Оглавление №11, 2006 г.

РЕАКЦИЯ

Президент - "смотрящий" за страной

Из множества вопросов, обращенных к президенту во время прямой линии, глава государства отобрал совсем немного, в том числе вопрос от заключенных исправительного учреждения строгого режима УТ-389/12 (недалеко от Губахи) по поводу злоупотреблений администрации. Почему на этот раз предпочтение было отдано теме заключенных? Разумеется, выбор был сделан не случайно.

Основанием могла стать необходимость устранения недостатков административной реформы, которые особенно выпукло проявились в скандале, связанном с ограничением допуска работников Министерства юстиции в учреждения Федеральной службы исполнения наказаний. Или проверка способности Генеральной прокуратуры к выполнению поручений президента и наведению порядка в своих рядах после замены руководства. Причиной повышенного внимания к пенитенциарной проблематике могла стать и серия прокатившихся по стране бунтов заключенных и постоянные сообщения о трудностях жизни в заключении Ходорковского, Трепашкина и других, кого сегодня все чаще называют политическими заключенными. Наконец, не следует исключать и того, что свою роль сыграло то, что сейчас на рассмотрении Комитета ООН находится Доклад о выполнении Россией Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания.

Конечно, президент страны должен быть открыт для общения со всеми ее гражданами, даже с теми, кто, по словам командированного для проверки сообщения директора департамента МЮ Юрия Яковлева, "…не совсем наше будущее, но эти люди смогут еще принести пользу…". Президент должен вмешиваться в вопросы ненадлежащего государственного управления, когда оно обращено не во благо человека. Президент должен быть справедливым, то есть милостивым к падшим и карающим тех государственных мужей, кто в милости отказывает. Какой замечательный образ, какая поразительная открытость!

Так и было с блеском преподнесено и, к сожалению, недобросовестно раздуто до совершенно непотребных размеров одной из РОССИЙСКИХ ГАЗЕТ. Крайне досадно, что при этом журналисты воспользовались материалами Пермского регионального правозащитного центра семилетней давности, выдав их за современную информацию. Стремление к скоропалительной сенсации чаще всего не имеет отношения к здравому смыслу. В нашем же случае просто дезавуирует усилия и сотрудников Федеральной службы исполнения наказаний, и Правозащитного центра, предпринятых для улучшения условий содержания, уводит от действительно насущных проблем. В другом ИЗВЕСТНОМ периодическом издании сообщалось, что никто иные как "…защитники с подачи осужденных и отправили послание на "Прямую линию". Имея в виду крайне негативное отношение пермских правозащитников к подобного рода "челобитным", не может быть правдой. С нашей стороны было бы неправильным помогать просить, подчеркивая противные гражданину неравенство и зависимость там, где следует настаивать на выполнении государственным служащим государственных же обязанностей.

Президент давно "поселился" в домах россиян и ежедневно предстает перед ними в разных телевизионных ракурсах и ипостасях. Эти привычные для многих из нас картинки не так безобидны: поселяя в умах оптимизм, они уводят от самостоятельного восприятия окружающего мира. Утрамбованная штампами жизнь лишает граждан темперамента созидания иного, сверх имеющегося содержания и быта. Вряд ли это то, что нужно для модернизации страны. Президент и его окружение, похоже, излишне увлекаются патерналистскими заявлениями. Позиция начальственного радения над сонмом быдл может сослужить Президенту плохую службу, она способно выставить его в глупой роли "смотрящего" за страной. Надзирать за пристойностью чиновников с административного постамента невозможно, но приходится. Власть плохо организована, неэффективна и часто бессмысленна, так как чужда мнению и потребностям людей не во власти, то есть подавляющей части населения. Отсутствие балансов и сдерживающих противовесов лишает власть возможности гуманитарного развития, заставляет предполагать в ней постоянную коррупцию, бездействие, с точки зрения реагирования на жалобы и тотальное насилие как сильнодействующее средство избавления от проблем и подавления источника иных подходов. К сожалению, нередко это можно не только предполагать, но и крепко почувствовать.

Сказанное в полной мере относится к системе исполнения наказаний и совсем не потому, что служащие страдают неумеренным садизмом. Система не делает шагов навстречу социальным изменениям в стране. Если спросить у специалистов, чем российский заключенный отличается от советского ЗК и даже от своего собрата образца 90-х годов, то они ответят, чем. Конечно, не отвратительностью совершенных преступлений, а иным восприятием своей гражданской правосубъектности, возможности отстаивания своих прав и интересов. Самостоятельность и независимость в мыслях и поступках в условиях закрытых учреждений чаще всего расценивается как подрыв устоев, а значит, категорически не поощряется и не находит выхода. Возникает достаточно парадоксальная ситуация, в которой осужденные все чаще опираются на правовые нормы, дающие им дополнительные возможности для решения брачно-семейных, имущественных вопросов, обжалования неправосудных приговоров, решений и дисциплинарных взысканий. Сотрудники же учреждения, призванные осуществлять правоприменение, всем своим арсеналом доблестей и спецсредств сдерживают этот креативный порыв. Обставленная маргинальными правилами традиция предпочтительней и спокойнее разгула правосудия. Но даже в закрытых учреждениях запечатать все источники и каналы выражения непочтения к этим традициям уже почти невозможно. Излишнее усердие в этом администраций учреждений, с нашей точки зрения, чаще всего и становится причиной, вызывающей массовое недовольство в среде заключенных.

Необходимо сделать следующий за поступью середины 90-х шаг. Ввести иные институты, сдерживающие произвольность действий персонала. Их не то чтобы нет сегодня, но они не сдерживают, а значит, бесполезны. Нужно решительно заняться адаптированием международных стандартов правоприменения: Минимальных стандартных правил ООН обращения с заключенными, Европейских пенитенциарных правил. К тому же в той части, которая связана с неумолимостью человеческого достоинства, они не просто уместны и полезны, но обязательны в России. Разумеется, всемерно развивать просветительские программы для персонала. Устранять ограничения, не вызванные лишением свободы. Сделать, наконец, доступным правосудие в пенитенциарном мире. Вспомним, что именно оно в 70-х дало толчок преобразованию тюрем в США, и где они, а где мы? И еще, главное - закрытые учреждения должны быть открыты для общества.

Сегодня исправительные учреждения приоткрыли, то есть позволили представителям некоммерческих организаций посещать исправительные учреждения. Но происходит это без должной обязательности и зависит от резкости оценок и критики чаще всего со стороны правозащитных организаций. Пермский край здесь совсем не исключение, но ГУФСИН МЮ по Пермскому краю и Пермский региональный правозащитный центр нашли общий язык. Благодаря доброй воле и совместным усилиям сторон стал проводиться общественный контроль, к сожалению, не всегда с достаточной периодичностью. Однако правозащитники имеют возможность реагировать на эксцессы насилия. Наверное, это не всегда бывает приятно начальнику главного управления, но он уверен в позитивности сотрудничества с правозащитной организацией. По нашим просьбам, он не раз становился инициатором ведомственных проверок и сам весной прошлого года "результативно" выезжал на места, по которым "прошел" спецназ.

Оговоримся сразу: основания для жалобы на произвол администрации исправительного учреждения ИК-12 у нескольких граждан, отбывающих здесь наказание, были - работниками учреждения к ним была незаконно применена физическая сила и специальные средства. Эта позиция Пермского регионального правозащитного центра была сформулирована еще в середине сентября текущего года, когда его сотрудники посетили названное учреждение для проверки поступившей в адрес организации жалобы. Наша точка зрения была доведена до сведения руководства территориального главка, а в Кизеловскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в ИУ - отправлена жалоба с требованием проведения проверки. На момент грозного "окрика" первого лица государства был известен ответ прокуратуры, никаких нарушений закона не усмотревшей (см. Анализ работы Кизеловской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ).

Над описанной моделью общественного участия в решении самых острых ситуаций, возникающих в исправительных учреждениях, необходимо еще немало работать. Но в целом она доказала свою эффективность, предупреждая массовые нарушения прав человека, снижая риски самоуправства, сговора с надзирающим за деятельностью исправительных учреждений ведомством.

Пермские заключенные предпочитают тюремному бунту "разговор" с президентом государства. Это и хорошо, и плохо, но уж точно не случайно.

В прямом же общении президента с народом может быть только один смысл - установление обратной связи с гражданами страны, тревожность и неудовлетворенность которых является прямым поводом для политических корреляций и изменений.

 

Сергей Исаев,
директор Пермского регионального правозащитного центра

Написать автору

Сергей Исаев

Главная / "Личное Дело" / Оглавление №11, 2006 г.

счетчик посещений contadores de visitas mate1.com


[an error occurred while processing this directive]