О ГАЗЕТЕ
СОБЫТИЯ
АРХИВ
ВАШЕ УЧАСТИЕ
ОТЗЫВЫ
Культурный проект Пермской гражданской палаты АРТЕ_ФАКТ
АРТЕ_ФАКТ
Написать в редакцию
ld@prpc.ru

© Дизайн:
Мария Масло

"За человека", приложение к газете "Личное дело"

№1(001),
Июнь 2007

Поэт Владислав Дрожащих

Главная / "Личное Дело" / "За человека" №1, 2007

ОРГАНЫ

Дело Дрожжащих: поэты не сдаются!

Поэт на милицейском пути

История про то, как сотрудники милиции в феврале этого года избили нетрезвого пермского поэта Владислава Дрожащих, забрали почти все наличные, а потом еще раз избили, да так, что сломали ногу, прозвучала в СМИ только благодаря известности потерпевшего. В остальном – дело типичное: вроде, милицейский произвол налицо, но разве поверишь на все 100% человеку, который был пьян, пусть и несильно? Тут даже степень алкогольного опьянения не важна – какая разница, слабая или средняя, факт в том, что сомнения в абсолютной правдоподобности показаний Дрожащих у читателей-наблюдателей полностью не исчезнут. Но ничто не мешает нам проанализировать ситуацию на основании постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел и собственного общения со свидетелями. Итак, Владиславу Дрожащих дважды отказали в возбуждении уголовных дел по факту необоснованного применения сотрудниками милиции физической силы. А поскольку следствием занималась в том числе и прокуратура Индустриального района, в отношении самого потерпевшего опять же чуть было не завели уголовное дело как на лжесвидетеля… Но обо всем по порядку.

В тот вечер поэт Дрожащих возвращался из гостей, где выпил настойки. Его путь домой лежал по улице Одоевского в сторону улицы Мира, было около 18 часов, темнело. Затем, как следует из заявления Дрожащих, его окликнули двое в милицейских куртках и сообщили, что «его приметы совпадают с кем-то». Как только мужчина потянул руку в задний карман джинсов, чтобы предъявить свое удостоверение, от одного из сотрудников милиции последовал удар ладонью в лоб, после этого его обыскали и забрали 1140 рублей. Услышав фразу Дрожащих: «Верните деньги!», милиционеры добавили ему еще пару ударов. Голова у поэта закружилась, в глазах стало гораздо темнее, чем на улице. Из последующего он помнит лишь, как его втолкнули в машину, а потом привезли в вытрезвитель.

В то же время из объяснений свидетельницы Елены Щелчковой выяснилось, что в 19 часов Вячеслав Дрожащих был обнаружен ее квартиранткой лежащим в снегу на улице Танкистов (в трех остановках от Одоевского). Щелчкова помогла мужчине встать, но до ближайшего участка милиции довести его не смогла. В одном из дворов Дрожащих упал и не нашел сил подняться, тогда женщина решила сообщить сотрудникам милиции о своей «находке» и сопроводить их до ее местонахождения.

Это первая часть истории, которая произошла на территории Индустриального района. Второй ее виток происходил в Свердловском районе – в том самом вытрезвителе, куда доставили Вячеслава Дрожащих и где коренастый, жилистый, небольшого роста сотрудник милиции, увидев, как тот замешкался со шнурками, пнул ему в правую лодыжку, а потом с силой сдернул ботинок. А дальше вы уже знаете, что было, - врачи травмпункта поликлиники №2 констатировали закрытый перелом наружной лодыжки голеностопного сустава правой ноги.

Преступления не обнаружено

В прокуратурах Индустриального и Свердловского районов заявление Дрожащих по факту применения сотрудниками милиции необоснованной физической силы приняли и начали проверки. Что в одной прокуратуре, что в другой состава преступления не нашли.

Вот, к примеру, следователь Свердловской прокуратуры В. Мамонтов после проверки постановил «отказать в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления в отношении Дрожащих В. Я. в связи с отсутствием в материале проверки события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ» (ст. 286 – «превышение должностных полномочий»). Главным основанием для отказа стала видеозапись из медицинского вытрезвителя УВД Свердловского района г. Перми, которая зафиксировала, что в момент освидетельствования Дрожащих на его обуви отсутствовали шнурки. Правоохранители, видимо, придерживались такой логики: нет шнурков – значит, нет повода медлить при разувании – значит, нет смысла бить. Мысль, что съемку сделали после применения физической силы, уже после того, как Дрожащих расшнуровался, в прокурорскую голову, очевидно, не залетела. Иными словами, видеосъемка не подтверждала невиновность милиционеров и – что, может быть, еще важнее – не противоречила показаниям Дрожащих. Но в своем постановлении следователь Мамонтов делает обратный вывод. И что интереснее всего, Мамонтов во время своей проверки не интересуется главным: наличием у Дрожащих повреждения на правой ноге, сроком появления этого повреждения. И заключением врачей, согласно которому перелом возник от «ударного воздействия тупого твердого предмета, возможно, в заявленный срок», Мамонтов тоже не заинтересовался.

Если не было возбуждено уголовное дело по очевидному факту применения необоснованной физической силы сотрудниками вытрезвителя, то что уж говорить по поводу инцидента в Индустриальном районе. Следователь Индустриальной прокуратуры Иван Казанкин берет за основу объяснения Елены Щелчковой и Маргариты Барановой (вторая женщина была свидетельницей того, как милиционеры около 20:00 привели Дрожащих в участок милиции рядом с улицей Танкистов) и объяснения сотрудников 5-й роты полка ППСМ УВД г. Перми А. В. Попова и А. А. Казакова, которые утверждали, что физическую силу к Дрожащих не применяли и деньги у него не похищали. Отсюда следователь делает вывод о том, что слова потерпевшего этим объяснениям «полностью противоречат», а поэтому «являются ничем иным, как лживыми и не соответствующими действительности». Хотя не надо быть семи пядей во лбу, чтобы увидеть, что указанные выше объяснения как раз вписываются в общую картину произошедшего в тот вечер. Дрожащих избили и ограбили сотрудники милиции, которые потом выбросили мужчину подальше от места преступления. Почему бы и не на Танкистов? Именно там его потом и обнаружила сердобольная свидетельница Щелчкова и привела в участок милиции, а оттуда его отвезли в вытрезвитель… Что в этой предположительной картине невероятного и почему это нелогично?

Из потерпевших – в лжесвидетели

Но нет, Иван Казанкин предложил свою версию, которая, по мнению юриста Правозащитного центра Захара Жуланова, вообще порочит честь, достоинство и деловую репутацию поэта. Итак, версия следователя: «Дрожащих, будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения, перепутал все события, которые происходили с ним в тот вечер, и внушил себе, что был избит сотрудниками милиции, а на самом же деле его приводила в чувства гражданка Щелчкова, нанося ему пощечины по лицу, которые он воспринял для себя как удары сотрудников милиции…». Это про применение физической силы. А вот что Казанкин думает о похищении денежных средств: «…он мог утерять и купюры достоинством 1000 рублей и 10 рублей, либо они могли выйти из владения любым другим способом, даже самым маловероятным – например, в силу своего сильнейшего состояния алкогольного опьянения Дрожащих мог просто отдать их кому-то, либо куда-то потратить, а также мог подвергнуться преступному посягательству…». Откуда Казанкиным взята именно «сильнейшая» степень опьянения, не ясно. Потом Иван Казанкин идет дальше и строит предположение относительно мотивов, что заставили поэта Владислава Дрожащих пожаловаться на родную милицию: «Надуманные обвинения гражданина Дрожащих, являющегося членом Союза писателей РФ и относящего себя к российской интеллигенции, следует расценивать как вопиющий факт оговора работников милиции и ничто иное, как попытку опорочить честь и достоинство сотрудников милиции в целом».

По сути, следователь Казанкин этой фразой обвинил Дрожащих в лжесвидетельстве. Но возбуждать дело по ст. 306 ч. 2 УК РФ не стал: «В данной ситуации деяния Дрожащих нельзя расценивать как преступление, так как в его заявлении не содержатся обвинения конкретного лица (лиц)… нельзя утверждать, что Дрожащих умышленно оговорил сотрудников милиции, так как все события, которые он изложил в своем заявлении, происходили с ним тогда, когда он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения…».

Отказ отменить

Но не все так окончательно безнадежно в этой истории с избитым поэтом. Эпопея продолжилась тем, что юрист Правозащитного центра Захар Жуланов обжаловал результаты прокурорских проверок, указав на их поверхностность и неполноту. 3 июня судья Свердловского районного суда Кульков признал решение следователя Мамонтова об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным и необоснованным в связи с тем, что следователь в своем решении ссылался только на объяснения сотрудников милиции, а доводам заявителя внимать не пожелал. Другим аргументом стало отсутствие в деле заключения судебно-медицинского эксперта о телесных повреждениях Дрожащих. Судья постановил устранить допущенные нарушения. Кассационная жалоба, поданная прокуратурой на это судебное решение, была краевым судом отклонена. История продолжается. Дрожащих и Жуланов намерены сражаться дальше. Поэтому некоторые любопытные обстоятельства этого поэтического происшествия мы пока оставляем за кадром, дабы милицейские следы не были заметены. На сегодня ясно одно: полностью спустить на тормозах историю с избиением и ограблением поэта не удастся.

Александра Анохина

Главная / "Личное Дело" / "За человека" №1, 2007

счетчик посещений contadores de visitas mate1.com


[an error occurred while processing this directive]